"Непрофильный" факультет. Уборка по-некромантски - Александра Антарио

По пути к общежитию разговорились. Сначала о спиритизме и духах, а потом как-то свернули и на планы на сегодняшний вечер. Тут и выяснилось, что на завтра Сира уже договорилась с ир Ледэ и ир Вильосом о том, чтобы с утра её выпустили из-под купола, а вечером впустили обратно. У однокурсников тут же обнаружились требующиеся им в городе вещи и продукты.

И если сначала девушка кивала, то потом возмутилась:

— Имейте совесть, я столько не дотащу!

— Одна нет, — вмешалась Иль, — но я могу тебе с этим помочь. Мне нужно очистить доски, если сегодня напишу, с утра парные как раз успеют передать с утренним диллижансом. — Однокурсники оживились. Пришлось их спустить их с небес на землю: — Напишите список: запоминать кому и что нужно, я не намерена. Но слишком не увлекайтесь, у нас все же ограниченная грузоподъемность.

Очередная проверка фона подтвердила устойчивое снижение того в корпусе — способ ир Сармати работал. Впрочем, сказывалось и что купола почти над всеми полигонами восстановили, соответственно теперь излишки фона защита нижних уровней сбрасывала уже под них, а не в общий купол.

— Снимать его всё равно нельзя, — предостерёг ир Серде, собственно и отчитывавшийся о текущих значениях фона.

— Это все понимают, — заверил его ир Норт. — Вопрос не в снятии купола, а в том, когда мы можем вернуть младшие курсы в МАН. Нагонять уже и так много. Или надо сдвигать сессию.

— Мне кажется, мы уже это обсуждали! — возмутился декан фундаменталистов. — Сдвиг сессии не является оптимальным вариантом!

— Пока, не является. Но если протянем…

— Господа, давайте вопрос с переносом сессии мы пока поднимать не будем? — попросил ир Арвей. — Что там по границам полигонов? Вы все осмотрели? Составили список и картосхемы, где и что нужно подвинуть?

— Мы в процессе, — хором заверили фундаменталист и боевик.

— Вот на этом и сосредоточьтесь. АПиС, чувствую, и так выставит нам счет на круглую сумму, давайте не будем её увеличивать новыми вызовами пространственников?..

Деканы насупились, но возразить им было нечего. Обсуждение вернулось к делу — срокам, когда можно будет вернуть младшие курсы, статусу завершенности сортировки, ремонта, списков для полигонов, проектов расписания и прочим организационным вопросам. И наверняка бы это всё растянулось ещё не на один час, но ир Арвей сегодня собирался за пределы академии, а потому следил за временем ещё внимательнее обычного.

В кабинете ир Вильоса уже поджидали новости — камешек снова светился. Как, впрочем, и в прошлое, и в позапрошлое его возвращение в башню — писали проректору постоянно. Но носить всю стопу досок с собой он всё равно не рвался — для этого уже требовался не органайзер, а рюкзак. Желательно тоже с камешком, чтобы понимать, когда проверять.

На этот раз писал ир Юрн, а не кто-то из подчиненных, отчаявшихся найти начальство на просторах академии. Он накануне вернулся в Тиль, но пока разбирался с другими делами, так что в МАН не заглядывал.

«Есть новости по конструкту?»

«Теоретики и спиритисты пока разводят руками. Никто с таким раньше не сталкивался. Где оставил тело, он молчит, — написал Чарльз. Потом дописал: — Подробности могу приехать и рассказать».

Ответ появился довольно быстро — ир Вильос только-только успел пробежаться взглядом по списку дел — видимо, начальник держал доску под рукой.

«Не трать время. Я уже нашёл нам чистые доски, испишем эти, просто поменяем. У меня есть толковый неболтливый артефактор на примете. Лучше съезди к жене».

Совет был несколько неожиданным, но комментировать это, тратя место, он не стал, написал о другом:

«Мне нужна ваша подпись на кое-каких документах: ир Шрот разворошил архив и наши кабинеты. Часть бумаг испортил, использовал для своих записей».

«Хотя бы полезных?»

«Как сказать. Мы нашли его тайник в четвертой башне, — номер той проректор не удержался и подчеркнул. — Там горы записей, похоже, за разные годы. Старые ещё внятные, но последние в основном совершенно безумны, просто набор слов, вообще никак не связанных между собой. Пока их просматривают, но уже понятно, что испортил он немало».

«Значит и подпись нужна будет не раз и не два. Сам заеду к вам когда получится. Заодно поговорю с ир Сармати и ир Ламартом. Просто подготовьте то, что мне нужно подписать. Но, раз там много, сильно не усердствуй, лучше действительно отдохни — последние недели выдались безумными. Изменить мы сейчас ничего не можем, так что рвать жилы нет смысла».

Это было не похоже на ир Юрна, но в одном он был прав — изменить сейчас они ничего действительно не могли. Оставалось ждать, где проявят себя сбежавшие, и когда студенты и преподаватели закончат с сортировкой и списками.

Последние, правда, уже должны были передать на изучение личам. Решение со стороны ир Арвея несколько неожиданное, но зато позволяющее пресечь лишние вопросы. В конце концов, ир Ламарт — опытный боевик, заняться ему, будучи запертым в теле дракончика, нечем, вот пусть и поработает на благо академии. Отработает, так сказать, нервы и время, ушедшие на его поимку. Тем более, с ним и ир Сармати спорить желающих найдётся меньше, чем даже с ректором.

А ир Арвей с ир Вильосом смогут позволить себе заняться другими делами. Например, куполом, который приходилось регулярно открывать, чтобы кого-то выпустить и впустить, обычной академической текучкой и восстановлением пострадавших документов. Тем более что последних у них много. Чарльзу очень хотелось бы понять, чем ир Шроту не понравилась нормальная бумага или хотя бы чистые бланки⁈

Теоретики вскоре после завтрака снова засели за разбор записей экс-ректора. Оливия ир Верс должна была появиться в МАН только вечером, а ир Ледэ ничем помочь им не смог, так что пока пришлось действовать, как и раньше: просматривать записи ир Шрота на предмет чего-нибудь интересного и выписывать в таблицу название документа, дату, кто подписывал, и в какую стопу определили испорченный вариант.

В целом приноровиться к способам изложения безумного магистра теоретики худо-бедно смогли, по крайней мере, в той части, что включала расчеты — формулы заметно отличались от набора слов, кажется, связанного с целительством, так что вычленить их было проще. В разрозненном виде, правда, в них едва ли можно было что-то понять, прав был ир Арвей, нужно было переписывать это всё по отдельности.

Правда, и это ничего не гарантировало.

— Тарабарщина какая-то, —