Ведьмочка в Академии Магов 5 - Оксана Гринберга

Меня зовут Сильвеста Норрис, и я ничего не помню.Родители нашли меня едва живую рядом с Источником Тьмы три недели назад. Но пусть мои силы восстановились, память возвращаться не спешит.

Поэтому я собираюсь в столицу. Говорят, в Академии Шаддара новый набор, потому что старые студенты почти все закончились. Но думаю, что именно там мне помогут вспомнить, что со мной произошло.

Или же я сгину, как и остальные.

А еще говорят, что уже скоро из Светлого мира вернется боевая четверка Шаддара, а их капитан - что за романтическая история! - даже шагнул в Источник, чтобы спасти свою возлюбленную.

Он выжил, а она нет.

Но мне-то какое до этого дело? Для меня главное - вернуть память… Ну и купить себе чулочки. Уж очень хочется!

Глава 1

День клонился к закату, а я все еще работала в поле, хотя уже скоро с неба должны были исчезнуть последние проблески света.

К ночи со стороны Черных Гор до нашей деревни могла докатиться еще и гроза – над темными пиками сверкали фиолетовые молнии, но сегодня они были непривычно яркими, а до моего слуха то и дело долетали отдаленные раскаты грома.

Грохотало порядком, и все это перемежалось с завываниями ветра.

С каждым часом звуки становились все громче и громче. Гроза определенно двигалась в нашу сторону, но она все еще могла зацепиться за Отроги Демонов, которые защищали вход в долину, и остаться в горах.

Такое уже случалось, я сама была тому свидетелем.

Но была ли наша долина безопасным местом?

Я бы так не сказала – потому что с другой стороны от гор огромным бездушным столбом чернел Источник Тьмы, и от нас дотуда было и рукой подать.

Тьма вырывалась из-под земли и убегала ввысь, в запредельные дали. Возможно, в Светлый мир, а оттуда к самим Светлым Богам, я этого не знала.

Потому что я мало что знала и ничего не помнила из своей прошлой жизни. Вообще ничего – ровный и голый ноль.

- Пошевеливайтесь уже, ленивцы! – заявила я двум букхам, запряженным в плуг, после чего похлопала ближайшего по чешуйчатому черному боку.

Можно было и по спине, но роговые наросты на их спинах оказались слишком уж острыми – без седла на букхе не проехаться.

Черныш тут же попытался положить мне на плечо раздвоенный хвост, намекая, чтобы я его погладила, но я ловко увернулась.

- Давайте закончим все за сегодня и вернемся домой. В амбаре я вас распрягу, накормлю и поглажу, – пообещала ему и Светлячку, второму букху.

После чего с отвращением посмотрела на землю под моими обутыми в разбитые сапоги ногами.

Странное дело, пусть я была из крестьянской семьи и, по словам матери, дальше нашей долины – хорошо, еще на ярмарку в Отрыжку Демонов, как назывался ближайший город, – никуда не выезжала, но я искренне ненавидела копаться в кормившей нас земле.

И свои ужасные сапоги – их я тоже на дух не переносила.

Возможно, причиной этому стало случившееся со мной три недели назад несчастье, которое сильно меня изменило.

Зато в моей жизни ничего поменяться не могло – как только мне стало получше, пришлось вернуться к работе, иначе нам, Норрисам, было не прокормиться.

Который день я помогала отцу вспахивать поле, чтобы мы успели засеять его озимыми перед приближающимися холодами. Заодно я вытаскивала из земли остатки горькой черной брюквы и складывала их в заплечную корзину.

Пусть пахота была мужской работой, но букхи – помесь лошадей с зубастыми шестилапыми тварями, иногда приходящими из Источника, – слушались меня лучше остальных.

Не взбрыкивали, не пытались прогрызть упряжь или накинуться на хозяев. Наоборот, ластились ко мне как только могли.

- Сильва! Сильва, детка, иди домой! – услышала я разнесшийся над полем голос матери. – Пора ужинать!

Вообще-то, меня зовут Сильвеста Норрис, но мама называет меня Сильвой, а младший брат – Силь. Ну и еще «идиотка» или «дура глазастая», с него и не такое станется.

Впрочем, я тоже не оставалась в накладе.

Зато отец не обращался ко мне вообще никак, да и глаза почему-то отводил, словно ему было стыдно.

Но за что?! За то, что охотники нашли меня, его глупую дочь, неподалеку от Источника – хорошо хоть живую, но полностью истощенную, а заодно и без памяти?

Как именно я там оказалась, никто не знал, а я не помнила.

Похоже, отец винил в этом меня – потому что я ослушалась и подошла к Тьме слишком близко, хотя в Топях, так звали нашу деревню, все знали, что Источник – это самое черное зло, существующее в Шаддаре.

Как мне вообще пришло в голову приблизиться к Тьме?!

- Сильва, да где же ты?! Румах, идите уже домой! – снова раздался окрик матери, обращенный к отцу, и я, не став дожидаться его разрешения, повернула букхов к амбару.

Решила – к демонам это поле, завтра закончим. Пора ужинать!

Но сперва я вымыла руки, затем ушла на женскую половину избы, чтобы переодеться в платье. Скинув мужскую одежду, я полезла в свой сундук.

Достала оттуда расческу и мутное зеркальце на костяной ручке, в котором увидела свое бледное лицо с глазами янтарного цвета, обрамленное темными, пропахшими пылью волосами.

Странное дело, все остальные в семье были рослыми и светловолосыми, одна лишь я уродилась непонятно в кого.

Затем в который раз скептически осмотрела свое приданое. Все выглядело жалким и… каким-то неродным.

Я видела нижние юбки и тонкую, подаренную мне на совершеннолетие сорочку, но мне ни разу не захотелось ее развернуть, чтобы потрогать кружево. Смотрела я и на вышитый, по словам матери, мною пояс, который я должна буду подарить своему суженому.

И никак не могла взять в толк…

Не чувствовала, что эти вещи принадлежали мне, а при мысли о вышивке я испытывала такое же сильное отвращение, как и глядя на бесформенные сапоги, которыми я ступала по черной земле.

Странное дело – две ночи назад мне приснились чулочки на моих ногах, обутых в туфельки на маленьком остром каблучке. Туфли были красными, чулочки – черными, с красной атласной ленточкой.

Я видела их настолько ясно, словно держала в