Троцкий. Вооруженный пророк - Исаак Дойчер

Дойчер И.

Д62 Троцкий. Вооруженный пророк. 1879 —1921 гг. / Пер. с англ. Т.М. Шуликовой. — М.: ЗАО Центрполи-граф, 2006. — 527 с.

ISBN 5-9524-2147-4

Исаак Дойчер — известный историк, журналист и политолог, крупнейший специалист по проблемам Советского Союза и коммунистического движения, автор целого ряда исторических и социологических исследований. В своей книге автор рассказывает о самом важном периоде в жизни одного из признанных народом вождей революции Льва Троцкого. Дойчер лично знал и восхищался Троцким — мыслителем, пророком и мучеником, он ярко и рельефно представил панораму его идей в развитии. В талантливом изложении одного из лучших европейских исследователей вы узнаете о личной жизни выдающегося публициста и оратора, воспламенившего своими идеями полмира.

ББК 63.3(2)

© Перевод, ЗАО «Центрполиграф», 2006

© Художественное оформление, ISBN 5-9524-2147-4 ЗАО «Центрполиграф», 2006

ПРЕДИСЛОВИЕ

Когда я впервые задумался написать биографическую трилогию о вождях российской революции, я не собирался включать в нее подробное жизнеописание Троцкого, а хотел дать лишь обзор его пребывания в ссылке. Последние годы жизни Троцкого и его трагический конец глубже волновали мое воображение, чем первая и более житейская половина его жизни. Однако по зрелом размышлении я засомневался, что описание жизни Троцкого в ссылке будет сколько-нибудь понятно без рассказа о начале его истории. И потом, обдумав исторические материалы и биографические источники, часть которых оказалась совершенно новой для меня, я понял яснее прежнего, насколько глубоко коренится драма последних дней Троцкого в первых, быть может, даже самых ранних этапах его жизненного пути. Поэтому я решил посвятить Троцкому две отдельные взаимосвязанные книги — «Вооруженный пророк» и «Безоружный пророк». В первой рассказывается о «взлете» Троцкого, во второй о его «падении». При этом я решил обойтись без этих привычных терминов, потому что, на мой взгляд, подъем человека к вершинам власти не всегда совпадает с апогеем его жизненного пути, а утрату высокого положения не всегда нужно приравнивать к падению.

Названия этих двух книг подсказал мне отрывок из Макиавелли, который я процитирую далее. Биография, которую вы держите в своих руках, иллюстрирует истинность его слов, но еще и содержит некоторый иронический подтекст. Слова Макиавелли о том, что «все вооруженные пророки побеждали, а все безоружные гибли», конечно, очень разумны. Сомнения вызывает лишь то, что между пророком вооруженным и пророком безоружным, как между победой и гибелью, всегда существует различие в той же степени, в какой это представлялось автору «Государя». В дальнейшем на страницах этой книги мы увидим, как сначала безоружный Троцкий одерживает победу в величайшей революции нашей эпохи. Потом мы увидим его во всеоружии победителя, склонившегося под тяжестью брони, — эта глава, где он изображен на самой вершине власти, называется «Поражение в победе». А затем, размышляя о названии «Безоружный пророк», неизбежно зададимся вопросом: а нет ли большой доли победы даже в самом его поражении?

Мой рассказ о роли Троцкого в русской революции для некоторых станет неожиданным. В свое время в течение почти трех десятков лет мощная пропагандистская машина сталинизма яростно силилась вычеркнуть имя Троцкого из анналов революции или оставить его в роли архипредателя. Для современного читателя история Троцкого уже представляется чем-то вроде древнеегипетской гробницы, о которой известно, что в ней покоилось тело великого человека и повесть о его деяниях была начертана золотом на ее стенах; но воры-гробокопатели разграбили его гробницу и оставили ее пустой и заброшенной. А в случае с Троцким вандалы расстарались так, что сумели заметно повлиять даже на взгляды независимых историков и ученых Запада.

Вопреки всем стараниям, летопись жизни Троцкого сохранилась в нетронутом виде в его многотомных, но теперь почти забытых трудах и архивах; в многочисленных воспоминаниях современников, питавших к нему и дружеские, и неприязненные чувства; в протоколах заседаний ЦК и стенографических отчетах съездов партии и Советов. На Западе почти все документы доступны для посетителей публичных библиотек, хотя некоторые из них можно найти только в частных собраниях. Я воспользовался всеми возможными источниками. Вместе с моей женой, которая наравне со мной участвовала в исследовании, да и вообще немало сделала для этой работы, я особенно тщательно изучил коллекцию российских дореволюционных газет, хранящихся в Калифорнии, в Гуверовской библиотеке Стэнфордского университета, где отыскались материалы, которые раньше практически не использовались историками, исследовавшими революционное движение в России. Вместе с женой мы также изучили архивы Троцкого в Хотонской библиотеке Гарвардского университета — самом крупном собрании оригинальных документов советской истории за пределами СССР.

Следовательно, на этот раз у меня нет оснований жаловаться на скудость биографических материалов, как я жаловался в предисловии к своему «Сталину». Главная причина этого в том, что Троцкий был настолько же откровенен касательно своей жизни и работы, насколько Сталин был скрытен. Троцкий позволял совершенно незнакомым людям свободно углубляться в изучение всех сторон его жизни, написал автобиографию, но, что еще важнее, явный, хотя и неосознанный автобиографический мотив красной нитью проходит через десятки