Киберсант - Анатолий Белоусов

– - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - – - -

Найти и снять подходящую комнату ему удалось только три недели спустя. Это была угловая башенка на крыше старого пятиэтажного дома, окно которой выходило на широкую оживленную улицу. Также из этого окна открывался совершенно потрясающий вид на Глаховский пруд и возвышавшийся за ним Восточный холм. «Будет очень романтично сидеть здесь на подоконнике при свечах, глядя поверх крыш домов в сторону пруда на холм и потягивать при этом горячий чай с шиповником и мятой, – подумал Алексей Николаевич и тут же сам себе усмехнулся: – А я все-таки неисправим. Тридцатилетний романтик, блин! Бездельник и созерцатель…»

По размеру комнатка оказалась совсем небольшой, что-то около двенадцати (или около того) квадратных метров. Но содрали с него за нее три с половиной тысячи, сразу за три месяца вперед. Санузел и туалет находились в общем коридоре, и пользоваться ими, как и общей кухней, Барскому приходилось совместно с жильцами еще трех сдаваемых в этой квартире комнат. К счастью, телефон у него стоял индивидуальный, единственный на всю коммуналку. И за него пришлось доплачивать дополнительно. А без телефона эта комната ему и даром была бы не нужна. Возможность подключения к Сети при поиске квартиры он вынес в самую вершину списка своих требований.

Часть мебели – шкаф, столик, два стула и кресло – Алексей Николаевич перевез из гаража Змеева сразу же, как только въехал в свое новое жилище. А сегодня, двенадцатого декабря, в День Конституции и первый день длинных предновогодних праздников (отдыхать предполагалось целых четыре дня подряд), он забрал из Змеевской кладовки и свой компьютер. Собрал его, все подцепил, настроил, проверил. Машинка работала исправно, выход в Интернет – имелся! Словом, новая точка была полностью оборудована и готова. С этого дня Барский переставал быть бомжом. Отныне, как в старые добрые времена, в котельную он будет ходить исключительно на работу, а не обитать там на ПМЖ.

Ближе к вечеру, когда за окном окончательно стемнело, а в небе зажглись звезды и половинчатая луна повисла над городом, в гости к Алексею Николаевичу заскочил Змеев. Он привез с собой литровую бутылку кашасы и очень удивился, когда Барский, всегда любивший дегустировать редкий заморский алкоголь, вдруг отказался от этой дичайшей экзотики. Это было настолько невероятно, словно бы тигр отказывался от куска мяса или же кролик от сочных капустных листьев.

– А сегодня что, постный день? – поинтересовался профессор голосом Ручечника из фильма «Место встречи изменить нельзя».

– Да нет, день сегодня обыкновенный, скоромный, – подыграл ему Барский, отвечая голосом Глеба Жеглова, и уже своим собственным голосом закончил: – Вот только не пью я больше. Вообще не пью. Даже кашасу, текилу или соджу.

– И давно? Серьезно? А в связи с чем, позволь осведомиться, такая схима и надолго ли? Почему я узнаю об этом только сейчас?

– Понимаешь, – Алексей Николаевич смутился, но отступать было поздно, и он решил рассказать все как есть, начистоту, – дело в том, что квартиру свою я не продал. Я ее, как бы это сказать помягче… Пропил!

– Как пропил? – совершенно опешил Змеев.

– Да вот так и пропил, – пожал плечами Барский. – Точнее, даже не совсем пропил. Просто во время последнего запоя меня развели черные риелторы и обманом переписали мою квартиру на какую-то совершенно левую, явно подставную тетку. Хата ушла фактически даром, я за нее даже денег не получил. Так, несколько тысяч на продолжение запоя, не более того…

И он во всех подробностях, ничего не скрывая и не приукрашивая, рассказал своему другу, что именно с ним произошло. Рассказал про «Договор», про бандитов, про угрозу оказаться в безымянной могилке под колышком с инвентарным номером. Поведал, как с тех самых пор обитал в котельной, с милостивого разрешения начальника, и что вот только теперь ему удалось найти и снять (пока на три месяца) эту комнатку.

– Ну вот, – подытожил он, завершая свой рассказ, – а теперь я начинаю новую жизнь. Потому и решил полностью завязать с алкоголем. Не знаю, навсегда или на ближайшие несколько лет, но пока не куплю себе новую квартиру, точно капли в рот не возьму!

Змеев ничего не ответил, так как явно был до глубины души шокирован услышанным. Однако бутылку со стола убрал, спрятав ее в портфель, с которым пришел.

– Помнишь, Коль, – продолжал Барский, – ты мне как-то, месяца два назад, загадку такую логическую загадывал? Дескать, что бы я делал, окажись в незнакомом городе без документов и денег. Ну так вот, теперь мне предстоит эту загадку решить не в уме, а в реальных условиях. Так сказать, на практике. Я должен понять формулу, объясняющую, почему и как люди становятся богатыми. Я должен научиться делать деньги из ничего, с нуля и как минимум до уровня нескольких миллионов!

– Зачем? – совершенно неожиданно спросил Змеев.

– Что значит зачем? – удивился Барский. – Разве это плохо – уметь зарабатывать большие деньги и быть богатым?

– Нет, не плохо, – пожал плечами тот, – но тебе-то это зачем? Тридцать лет ты жил, как все, а теперь вдруг, бац! И решил стать миллионером?

– Теперь, после происшествия с квартирой, я вдруг понял, что это мой шанс. Я понимаю, звучит все это по-идиотски, но я просто чувствую, что таким вот парадоксальным образом судьба дала мне «волшебный пинок». Теперь у меня есть ровно два варианта: либо оставаться таким, какой я был и медленно опускаться на дно, либо же принять этот вызов, кардинально поменять свою жизнь и научиться делать большие бабки. Стать финансово независимым, а значит – свободным!

– Но почему именно деньги? Почему ты не увидел в этом знак судьбы, советующий тебе уйти в монастырь, например, или пешком оправиться на Тибет?

– Понимаешь… – Алексей Николаевич подошел к окну и посмотрел на темный ночной пруд, на светящиеся вокруг него городские огни. – Эта тема, тема богатства, денег, волнует меня уже очень и очень давно. Еще в юношестве я задавался вопросом: почему один человек, хороший, умный, образованный, всю жизнь остается нищим, тогда как другой, тупой беспринципный