Когда-то я была влюблена в него, но он растоптал мои чувства. Собрав осколки сердца, я начала новую жизнь. Но он вновь появился, полный решимости не дать мне выйти замуж за другого. Огромный, пугающий, безжалостный. Готовый на шантаж, чтобы я вновь принадлежала ему…
Я перешла дорогу самому влиятельному человеку в городе, и теперь я его игрушка. Попытки сбежать – тщетны, но с каждым днём мне все меньше хочется покидать этот сладкий плен…
- Я не хочу выходить замуж...
- Могу вернуть тебя обратно, - произносит невозмутимо Давид Юсупов - один из самых влиятельных людей в нашем городе.
От мысли, что я вновь попаду в лапы похитителей, которые причастны к исчезновению моего брата, тело пробивает мелкая дрожь. Лучше с ним, чем вернуться в ад.
- Наш брак не больше, чем формальность, Катя, - произносит Давид. - Когда все закончится, мы разведемся.
Я понимающе киваю и пока не осознаю до конца, что со временем сама не захочу его отпускать.
Джиа влюблена в Раша и уверена, что чувства сильнее в ее жизни уже не будет. Есть лишь одно «но»: еще до знакомства с Рашем она совершила ошибку, сблизившись с его братом Эллиотом, оказавшимся тем еще подонком.
Раш не знает об этом, но Джиа понимает — она должна признаться.
Тем более Раш и Эллиот давно на ножах, на кону большие деньги, и Джиа может стать для Эллиота разменной монетой в этом противостоянии.
Джиа мечтает стать писателем. Она переезжает в престижный пляжный район Нью-Йорка, чтобы в приятной обстановке написать книгу.
Ей удается устроиться на подработку в престижном местном баре. Все бы хорошо, но только хозяин бара — Раш — сразу производит впечатление ну очень плохого парня, а Джиа, на свою беду, неслабо с ним поцапалась при первой встрече.
Надо как-то исправить ситуацию. С такими, как Раш, нельзя быть в ссоре.
Вот только все ее попытки лишь усугубляют ситуацию. Ее новый босс — ее прекрасный кошмар. Неужто война? Ну что ж, Джиа готова.
Артур Волков холодный, равнодушный ко всем, на первый взгляд обычный мажор. О нём говорят, ему завидуют, о нём в тайне мечтают многие девушки нашего универа.
Ему приписывают связи с бандитами и подозревают в боях без правил. Но никто не знает, какой Волков на самом деле.
И я не планировала сближаться с ним, мне не было до него дела, но мы продолжали бесконечно сталкиваться, пока я не заметила странность. Волков позволяет мне то, что не позволяет другим, и он всегда рядом, когда я нуждаюсь в помощи…
Почему у меня чувство, что я упускаю нечто важное?
— Ну здравствуй, Александровна, — я запираю дверь в аудиторию, скрывая нас с Александровной от посторонних глаз.
Она буравит меня своими голубыми омутами, и взгляд ее, страхом наполненный, меня убивает просто. Ну чего ты испугалась малышка? Разве я хоть раз тебя обидел? Разве позволил себе причинить тебе боль? А ты позволила. Растоптала практически, уничтожила.
— Как жизнь супружеская? Счастлива?
Она смотрит на меня, словно я приведение. Нет, Александровна, я вполне реален и очень серьезно настроен.
— Ну чего ты молчишь? Счастлива, спрашиваю?
— Это женский туалет, Волков, выйди немедленно, — она пытается говорить громко, но голос дрожит.
Я закрываю за собой дверь, делаю несколько шагов к Александровне. Она оглядывается по сторонам, в поисках пути отступления, но я не позволяю ей даже подумать, прижимаю к умывальнику с одной стороны и к себе с другой. Черт. Как же я скучал по ее запаху и близости. Меня просто уносит в чертов рай.
— Чего ты добиваешься, Волков? Ты хоть понимаешь, что сейчас опозорил меня перед классом.
— Да брось, Ксения Александровна, все и так в курсе, что я от тебя без ума, я этого и не скрывал, — обхватываю пальцами ее подбородок, поднимаю голову, вынуждая смотреть мне в глаза. Слезы в уголках ее глаз мне душу рвут, все-таки я скот.
Ни для кого не секрет, что еще в детстве я решила, что когда-нибудь выйду замуж за друга моего старшего брата. Сам друг от этой перспективы, кстати говоря, не в восторге. Но разве его мнение кого-то волнует?
- Ден…
- М?..
- Спасибо, что не сдал меня Моте.
Он останавливается, чешет мочку уха и поворачивается в мою сторону.
- Не успел.
- Ясно, - вздыхаю разочарованно, - значит, расскажешь?
- Не расскажу…
- Правда? Спасибо!
- Я молчу про клуб, а ты забываешь про то, что было в моей комнате.
Могла ли я представить, как круто повернется моя жизнь. Еще вчера - воспитанница детского дома, а сегодня - студентка престижного Вуза, в котором учится сын самого губернатора.
Безэмоциональный, высокомерный и циничный, хоть и… красивый. И пахнет от него незнакомо. Дорогим парфюмом, деньгами и превосходством над остальными.
- Я пойду? – говорю робко.
- Денег дать? – вдруг спрашивает он и, не дожидаясь моего ответа, достает из внутреннего кармана кожаной куртки бумажник.
Открыв его, вынимает две купюры номиналом пять тысяч. Смотрю на них, а перед мысленным взором проносятся новые ботинки, теплая куртка… нормальная еда.
Герман, видимо заметив мою реакцию, холодно усмехается.
- Бери.
Встречаюсь глазами с его серым взглядом и невольно ежусь. Он намеренно меня унижает.
- Нет.
- Мало?..
– Ты должна мне двадцать девять дней. Вместе.
– Шутишь?! Я рядом с тобой и пяти минут быть не желаю!
– Нет, не шучу. Предельно серьезен. Ты же сама все это тогда придумала. Слово свое держишь? Придется отдавать.
Я только вернулась в академию. Думала, что парню, который в прошлом разбил мне сердце, я больше не интересна. Но он требует вернуть долг – двадцать девять дней моей жизни. Когда-то я обещала провести их с ним. И теперь, к моему ужасу, он намерен использовать каждую секунду.
Ночь, которую Майкл посчитал досадным недоразумением, приносит свои плоды. Я беременею и, решив скрыть это, пропадаю со всех радаров. Вот только судьбу не обманешь. Три года спустя я вынуждена обратиться к нему за помощью. Он откликнулся. Теперь мы с ним живем под одной крышей. Я готовлю ему ужины, отстирываю рубашки от чужой помады и молчу, когда он называет меня другим именем.
Для меня жизнь — это вечная борьба с ним и ему подобными, а для него веселый праздник. Развлечения золотой молодежи в элитной школе Англии не имеют границ.
И я до сих пор не знаю, какой день проклинаю больше — когда мать, будучи беженкой, устроилась прислугой в дом его отца много лет назад, или же когда она стала его любовницей…
Уехав в другой город, порвав все связи с прошлым, я надеялась, что смогу спокойно родить и воспитывать свою малышку. Но у моего прошлого оказались другие планы.
- Я не хочу с тобой никуда ехать. У меня здесь своя жизнь, своя дочь, и снова становиться твоей игрушкой нет никакого желания.
- У тебя моя дочь, - произнес он с такой уверенностью, что мне тут же стало не по себе.
- Нет...
- Да! И выбора, мышка, тебе давать никто не собирается.
Наша кулстори с налетом на абсурд началась едва он появился в моем ТикТок хаусе. Хотя нет, вру. Она началась немногим ранее. Когда как-то на спор я поцеловала рандомного парня, играющего на улице на скрипке.
Откуда ж мне было знать, что в последующем нам придется жить под одной крышей и… играть фиктивную пару ради пиара? Эээ… Что? В смысле так прописано в моем контракте? Хм, ну ок. Надо так надо. А ему об этом кто сообщит?
– Помнишь парней из Акулы? Они Марика избили... – Варвара показывает Полине фото, на которых разукрашенное лицо её брата и разбитая тачка. – Отец в бешенстве. Марик в бешенстве. Крови хочет…
– Почему вы решили, что это – те же?
– Марик узнал того, который хотел подняться на наш балкон… Кстати, к тебе хотел…
Поля пытается не выдать эмоций, хотя Варя и ждет реакции.
Она знает, что к ней хотел.
Он и подошел, просто позже.
У неё до сих пор будто его руки на теле лежат, посредине ладони горит поцелуй. Ещё и в голове проносится: «Он тебе очень дорог, Полюшка?».
– Марик не успокоится, пока эту гниду не уничтожит, – Варя тянет задумчиво, у Полины по коже мурашки.
– За машину?
– Его унизили, мась… Наши такого не прощают.
История Гаврилы из За семью замками (читается отдельно)
Он — ее большущая проблема…
Наглый, заносчивый, циничный, ожесточившийся на весь белый свет профессор экономики, получивший среди студентов громкое прозвище «Серп». В период сессии он же — судья, палач, дьявол.
Она — заноза в его грешных мыслях…
Девочка из глубинки, оказавшаяся в сложном положении, но всеми силами цепляющаяся за свое место под солнцем. Дерзкая. Упрямая. Чертова заучка.
Они — два человека, страсть между которыми невозможна. Запретна. Смешна.
Но только не в мечтах! Только не в мечтах!
— Станцуй для меня!
— ЧТО?
— Сними одежду и станцуй!
Пауза. Шок. И гневное:
— Не буду!
— Будешь!
— Нет! Если я работаю в ночном клубе, это еще не значит…
— Значит, Юля! — загадочно протянул Каримов. — Еще как значит!
У меня большие проблемы. Я доверилась не тому человеку. Теперь я беременна, и выход из его ужасной семьи не предусмотрен. Его старший брат меня ни за что не отпустит!
Демид. Дэм. Этот человек слов на ветер не бросает, в отличие от моего мужа. Мой личный демон.
— Я хочу развод!
— Это исключено, Злата. Развода не будет.
Отворачиваюсь, закрывая лицо. Чувствую, что он стоит за спиной. Очень близко!
— Убирайтесь к черту!
— Злата… со мной не стоит так разговаривать. Я тебе не Родион.
От этой внезапной близости и раздавливающего голоса меня окатывает волной горячего страха. Мне есть чего бояться!
— Извините…
Тим – кошмар ее детства. Сын друзей родителей. Гадкий, наглый. Без тормозов. Арина – домашняя девочка отличница. Переведенная в школу-интернат для детей богатых родителей. Он пообещал превратить ее жизнь в ад, и он сдержит свое слово. Несмотря на то, что эта худшая дружба обернется самой сильной и именно поэтому, такой болезненной любовью.
Ему 29. Он плюёт на правила и не видит берега. Он привык добиваться своего. Однажды он решает, что хочет ее. Ей 23. Она боится людей, избегает их, знает: они слишком легкомысленно творят зло, но однажды решает рискнуть и впустить в свою жизнь именно его.
— Почему молчишь?
— Думаю о тебе и твоих странностях, Агата. Давай уточним. Тебе 23. Ты стараешься не выходить из квартиры. Не общаешься с людьми вживую. Никогда не ходила на свидание. Ни с кем не целовалась. О сексе я молчу. Ты работаешь в интернете, по сути живешь в нём. В детстве с тобой что-то случилось, но говорить ты не готова. Всё верно?
— Да. Теперь ты должен покрутить пальцем у виска и выйти из чата…
— Должен. Но я сделаю иначе. Если я найду твой адрес — пустишь? Я хочу открыть семь твоих замков. Я хочу оказаться внутри.