Жена-танкистка - Евгения Владимировна Потапова

Ната целовала девочку в щечки и носик и плакала.

— Какие вы у меня замечательные, как я по вам соскучилась, — она легонько чмокнула Мишу в губы и немного засмущалась.

— Папа, бери чемодан и поехали домой, я устала, — скомандовала Лиза.

Наташа вместе с Лизой уселись на заднее сиденье машины, и по дороге обе уснули.

Наталья утром проснулась в чужой квартире. Рядом посапывала маленькая Лиза. Она стала вспоминать, как прилетела ночью в город, и как ее забрал Миша с дочкой. За окном было уже светло. Она потихоньку встала с кровати и пошла по коридору. На кухне на столе лежала записка: «Убежал на работу. В морозилке пельмени, в холодильнике яйца и колбаса. В тумбочке ключи от квартиры. Целую своих девочек. Мишка».

Наташа расплылась в улыбке, ей было очень приятно, и где-то в груди защемило. На ней была огромная Мишкина футболка. Надо же, она даже не проснулась, когда они подъехали к дому, и когда он ее переодевал. Позади нее послышалось сопенье.

— Ты куда ушла и чего там делаешь? — спросила Лиза.

Девочка терла глазки и смотрела на нее чуть сердито. Но даже хмурое личико девочки умилило Наташу. Ей захотелось обнять малышку и начать ее целовать, что она и сделала. Лиза задорно захихикала, то уворачиваясь, а то подставляя мордашку.

— Что там папа написал? — спросила она.

— На, читай, — протянула Наташа ей записку.

Девочка нахмурила бровки и стала изучать письмо, затем вернула его обратно Наташе.

— Ну, всё понятно, тут написано, что папа нас сильно любит и разрешает нам заказать большую пиццу, мороженое, конфетки и сходить в парк с аттракционами. Вот, — малышка хитро посмотрела на женщину.

— Вот так прямо и написано?

— Конечно, — кивнула Лиза, — Ты разве читать не умеешь?

Наталья задумалась, конечно, можно было бы все это заказать, купить, сходить в парк, но она толком и не знала, можно ли это все девочке. Мишке она позвонить не могла, у него на работе было запрещено ходить с телефонами. Они их оставляли утром в шкафчике. Значит, надо было звонить его маме, но Ната не знала ее номера телефона.

— Так, давай начнем с завтрака. Чем тебя обычно кормит папа и бабушка? — спросила Наташа.

— Обычно кормят кашей, но я люблю бутерброды с колбасой, — улыбнулась девочка.

— А я ем творог на завтрак, — ответила Ната, — Но от бутеров с колбасой тоже не откажусь.

Если Мишка написал про колбасу и яйца, значит, это все можно есть Лизе. Наталья поставила чайник и отправилась умываться. Выйдя из ванной, она увидела, как девочка пытается отрезать от колбасы кусок.

— Решила тебя накормить бутербродами, ты же у нас в гостях, — кивнула девочка. — А я хорошая хозяйка.

Ната аккуратно забрала у нее нож и быстро настругала кусочки колбасы и хлеба.

— Неправильный у нас с тобой завтрак, Лизка, — сказала Наташа, откусывая бутерброд.

— Зато вкусный. Вот скажи мне, тетя Наташа, почему всё полезное такое не вкусное? — спросила девочка.

— Почему невкусное. Вот йогурт вкусный, творог с вареньем вкусный, сыр хороший, курочка, яйца, каша манная, клубника, яблоки, бананы, — стала перечислять все женщина.

— Хорошо, уговорила, но вот каша манная — это беее, — Лизка сморщила личико.

— А я люблю манную кашу, — ответила Ната.

— Как ее можно любить? Это же бееее.

Они позавтракали, и Наташа пошла звонить маме и узнавать номер телефона Мишкиной мамы. Надо было уточнить, чем можно, а чем нельзя кормить ребенка.

— Ты у Миши ночевала? — осторожно спросила мама.

— Да, он меня забрал из аэропорта, а я уснула у него в машине, — ответила Ната.

— Наташенька, а не рановато ли ты роман закрутила? — поинтересовалась женщина, — Только мужа похоронила, а уже шашни крутить начала.

— Мама, бывшего мужа, бывшего. Мы уже с ним в разводе были, и ты сама видела, как Игорь себя вел в последнее время. И с Мишкой у нас пока ничего не было. Дай мне номер телефона тети Люды, и закроем на этом тему. Хватит мне промывать мозги на тему, а что люди скажут. Сама мне говорила, что не стоит жить с Игорем.

— Не жить с Игорем — это одно, а через месяц после его смерти спать с другими мужиками — это совсем другое, — ответила мама.

— Мама, мне тридцать пять лет. Я траур по этому козлу должна держать пять лет?

— Сейчас я скину тебе ее номер, — буркнула мама и выключила телефон.

— Вот и поговорили, — проворчала Ната, — Хоть бы спросила, как я доехала, как там отдохнула. Сто лет нигде не была, нет, зацепилась за Мишку.

Лиза тяжело вздохнула рядом.

— Хочешь, я спрошу, как ты долетела? — сказала девочка, — Не ругайся на нее, она же твоя мама. Если бы ты была моей мамой, то я бы никогда с тобой не ругалась.

Лизонька забралась на коленки к Наташе и обняла ее за шею. Через минуту пришла эсэмэска от мамы с номером телефона и приписка: «Не обижайся, я тебя люблю».

— Давай бабушке твоей позвоним и узнаем, чем тебя можно кормить, а чем нельзя, — сказала Ната.

— Всё можно. Ты мне не веришь? — девочка заглянула в глаза Наталье.

— Верю, но я боюсь тебе навредить, я же себе никогда не прощу, если с тобой что-то случится по моей вине, — Наталья обняла девочку.

Наташа позвонила Мишиной маме и стала спрашивать про то, что можно, а что нельзя ей есть.

— А ты у Мишки ночевала? — спросила женщина.

— Нет, он мне просто оставил ребенка, — отрезала Наташа.

— А-а-а, жаль, конечно, а то я уж было обрадовалась. Наташенька, ты такая хорошая девочка, и чего Мишка тянет. Я бы на его месте давно бы тебя от мужа увела, а тут ты теперь и свободная, и Лизонька хорошо к тебе относится. И чего тянет? Может, ты его сама как-нибудь подтолкнешь?

— Что можно есть Лизоньке? Пиццу можно, а мороженое с конфетами? — прервала поток Наталья.

— Пиццу можно, но только не острую, а вот конфетами ее лучше не кормить. Сразу на лице сыпь появляется. Мороженое можно в стаканчиках, большие ведра не бери, ну и не ведись на газировку.

Наталья вспомнила, как Лизонька на прогулке из них веревки вила, то мороженку, то пироженку, то газировку сладкую, а оказывается, почти всё это под запретом.

— Наташа, если что звони, ну и Мишку как-нибудь подтолкни, — сказала женщина.

— Спасибо, — поблагодарила ее Ната.

Наталья предложила Лизоньке прогуляться в парк. Там была отличная