Где-то всегда светит солнце - Кристина Миле

Пол кивнул, за секунду постарев на несколько лет, потом повернулся ко мне:

– Я бы ни за что не дал согласие на вашу свадьбу, если бы видел, что ты этого не хочешь. Я всего лишь просил дать ему шанс, попробовать рассмотреть в нем то, что ты увидела в…

Он не договорил и закусил губу. Мне стало стыдно.

– Прости, прости за мои слова!

Я взяла его руки, и он крепко их сжал.

– Помни, о чем я тебе говорил: несмотря ни на что, придерживайся нашего плана! Покажи документы полиции!

Он поспешно достал папку из своей сумки и протянул мне.

– Но, Пол, что будет с тобой? Почему ты так говоришь, словно я буду одна? – дрожащим голосом спросила я.

Он не ответил, возвращаясь на свое место, чтобы пристегнуть ремни для посадки.

– Пол! Что может случиться? Скажи мне!

Я пыталась перекричать звук моторов, но Пол, казалось, не слышал меня.

Самолет слишком резко сел и немного подскочил. Я рефлекторно вцепилась пальцами в сиденье, думая, что лучше бы он никогда не останавливался, потому что самое страшное будет тогда, когда нам придется из него выйти. Но мы все-таки снизили скорость и покатились в сторону парковки. В запотевшем окне замелькали огни полицейских машин.

«Пол говорил о своем аресте!» – наконец догадалась я и, наскоро отстегнувшись, подлетела к нему:

– Я не дам им тебя забрать!

Он громко выдохнул:

– Все под контролем! Я уже предупредил своего адвоката.

– Нет, нет, нет! – как заведенная повторяла я, видя, как открывается люк и внутрь врываются полицейские.

– Кристина, возьми документы! – строго крикнул Пол.

Словно в замедленной съемке, я видела, как на него надевают наручники, разъясняют права при задержании, его сердитый взгляд, бумаги на моих коленях…

– Это ошибка! Он ни в чем не виноват! – кричала я, пытаясь удержать Пола, пока его выводили из самолета, но меня сразу же оттеснили, не обращая никакого внимания на мои слова.

– Сделай как я сказал! – прокричал Пол еще раз, пытаясь извернуться и посмотреть на меня.

Они держали его с двух сторон и вели вниз по трапу. Мне казалось, что я сплю и вижу ужасный кошмар. Я подошла к своему креслу и взяла документы, пробежав глазами содержимое: похищение, подделка документов, удержание против воли, господин Бенджамин Скотт, брачный договор… Сделав медленный вдох и выдох, я сложила бумаги обратно в папку и вышла из самолета.

С одной стороны стояли две полицейские машины, в одну из них усаживали Пола. По моей вине. Я даже не представляла, сколько он вынес из-за меня за последний месяц. Чувство вины сдавило мне горло мертвой хваткой. С другой стороны около машины стоял Амир, его лицо было устрашающе неподвижно. Он думал, что я бросила его.

– Документы, Кристина! – отчаянный крик Пола с левой стороны.

Я взглянула на него и одними губами прошептала: «Прости…» – и медленно пошла вниз. Ко мне навстречу направился один из полицейских, что забирал Пола, а с другой стороны – Расул, которого Амир послал забрать меня.

– Тот господин, – сказал полицейский, указав на Пола, – утверждает, что вы хотите заявить о незаконных действиях господина Данифа.

Расул остановился, давая мне шанс все закончить. Я была ему благодарна, но не воспользовалась им.

– Нет, – ответила я. – Это просто недоразумение, он не то имел в виду.

Я чувствовала разочарование Пола, не видя его лица. Кивнув удивленному полицейскому, я направилась к Амиру, следом за мной пошел Расул.

– Я не хочу никуда уезжать, – тихо сказала я, остановившись перед Амиром.

Он смотрел на меня, но не в мои глаза. Я протянула ему папку:

– Этого никто не видел, но ты должен отпустить Пола. Он сделал это ради меня.

Я дотронулась до его руки, но он убрал ее и молча разорвал все бумаги на мелкие кусочки, бросив Расулу:

– Передай им, что у нас больше нет претензий.

Пола выпустили из машины и сняли с него наручники. Я без сил упала на колени, хватая ртом воздух. Казалось, я не дышала несколько минут и только сейчас поняла, что в легких совсем нет воздуха.

Расул осторожно присел рядом, придерживая меня.

– Вам плохо? – спросил он.

Я покачала головой.

– Ты можешь попрощаться с ним, – сухо промолвил Амир.

Сдерживая рыдания, я поднялась на ноги и нерешительно подошла к Полу, ждущему меня около самолета.

– Прости, я не могла иначе. Я хочу остаться с ним… – прошептала я.

Он провел ладонью по моей щеке, убирая с лица волосы.

– Теперь я не смогу больше быть рядом.

У меня задрожали губы, я подняла на него глаза:

– Я буду очень скучать по тебе.

Его глаза намокли. Он поспешил дотронуться губами до моего лба и, не оборачиваясь, пошел к самолету.

Я молча следила за его уходом, а когда за ним закрылась дверь, из груди вырвался тихий стон. Я сделала ужасный выбор, который, я надеялась, никогда не настигнет меня и который теперь навсегда останется безобразным рубцом на моей душе.

Когда я повернулась, Амира уже не было. Он уехал, даже не выслушав меня.

Рядом стоял Расул.

– Пойдемте. Я отвезу вас домой, – тихо сказал он.

– Куда он поехал? – спросила я.

– Не знаю. Сказал, будет позже.

В его голосе не было осуждения, но я видела, что он расстроен из-за своего господина.

– Я могу ему позвонить? – спросила я.

Он помотал головой. Я вздохнула и посмотрела на огни самолета, который увозил от меня Пола. Они уже были далеко.

«Неужели Амир правда мог посадить его в тюрьму? – задумалась я, и эта мысль меня испугала. – Есть ли у него границы, за которые он не переступит?..»

У меня до сих пор нет уверенного ответа на этот вопрос.

* * *

Дома прямо к машине подбежала Зухра:

– Что случилось, госпожа?

Она смотрела на меня, словно умоляя опровергнуть все, что ей успели рассказать.

– Неужели вы…

– Я потом все объясню, Зухра…

У меня не было сил переживать весь этот долгий день заново.

– …Но я не хотела уезжать.

Она взволнованно всхлипнула и посеменила за мной:

– А где господин Амир?

– Он