Жена-танкистка - Евгения Владимировна Потапова

Он все документы отдал девочке-помощнице, выяснил, чего хотят клиенты.

— Проверки какие-нибудь нужны? — спросил он.

— В смысле? — не понял Игорь. — У нас все документы в порядке.

— Например, если клиент хочет узнать, нет ли у вас проблем с психикой, или квартира в залоге, или банкротство, — спокойно пояснил нотариус.

— Там при банкротстве, вроде, стоит запрет на проведение сделки, ее просто не пропустят в Росреестре? — спросила Наташа.

— Проверок никаких не надо, — помотал головой Борис. — Чем быстрей, тем лучше. Я доверяю людям. Вам же можно доверять? — он внимательно посмотрел на Игоря.

Тот втянул голову в плечи.

— Да-да, конечно, — закивал он.

— Деньги как будете отдавать? Сейчас или при получении документов? Наличка, депозит, банковские ячейки? — спросил нотариус.

— Я внес залог, пятьсот тысяч рублей, — сказал Борис.

— Аванс, — поправила его Наталья.

— Какая разница, — отмахнулся Борис. — Оставшиеся деньги могу отдать сейчас.

— На банковский счет? — спросил нотариус.

— Наличкой! — поморщился мужчина.

— Хорошо, у меня есть чем посчитать и чем проверить, — кивнул нотариус. — Подождите в приемной, сейчас составят договор с учетом ваших пожеланий и акт приемки-передачи. Расписку об авансе передайте мне, пожалуйста.

Все покинули кабинет нотариуса и вышли на улицу подышать воздухом. Солнце светило вовсю и пригревало своими лучами землю, кое-где пробивалась зеленая трава, хоть и в тени местами лежал снег. На улицу вышли и Миша с дедушкой. Дед присел на лавку, щурился и улыбался.

— Борька, сюда садись, тепло, птички, хорошо, — похлопал он по скамейке.

— Нет, дедусь, я постою.

— Не кури, — пригрозил старик пальцем.

— Не курю, — кивнул Борис.

— Статья какая? — спросил его Мишка.

— 108, превышение самообороны, — ответил он, глядя вперед.

— И, конечно, ты ни в чем не виноват? — усмехнулся Михаил.

— Как это не виноват? Человека убить — это тебе не букашку раздавить, даже если он сам нарывался, в любом случае я виноват.

— Что произошло?

— У меня был тату-салон и парикмахерская, барбершоп, всё в одном месте. Барбер был парень странный, но стриг отменно, какая ориентация у него была, меня не волновало. Я вообще в личную жизнь к работникам не лезу, лишь бы свое дело делал хорошо. В этот день набиваю тату, слышу шум из зала, где стригут. Оставил клиента и пошел выяснять, что произошло, а там какие-то отморозки моего барбера бьют. Я их раскидал, а одного так швырнул, что он головой ударился и сразу того самого, даже скорую не успели вызвать, — Борис смотрел куда-то в сторону.

— Не повезло, — хмыкнул Мишка.

— Жизнь разделилась на до и после. Жил с девушкой, у нее копили на свадьбу, на большую квартиру.

— Не дождалась?

— Нет, — мотнул головой мужчина. — Да я ее и не виню. Люди меняются, я не тот, что прежде, не тот человек, которого она любила.

— А наличка?

— Это с салона и с барбершопа, от их продажи. До суда успел продать бизнес. Спрятал деньги у деда в квартире. Он меня вырастил, воспитал, на ноги поставил. Меня посадили, а он один остался. После суда резко состарился. Обманули его, квартиру отжали. Когда я вышел, дед мой жил в том же доме, вот только под лестницей, и это на старости лет, — Боря говорил с горечью. — И это ведь не черные риэлторы были, а соседи, люди, которых я с детства знал. Благо они деньги не нашли, я их забрал, а вот с квартирой не стал бодаться, я же бывший зэк. Сейчас сняли с ним квартиру, там живем, временная прописка.

— А как же с работой? — поинтересовался Миша.

— А что с работой? — рассмеялся Борис. — Руки-то вот они, никуда не делись. Я там не кирпичи клал и варежки шил, а всё тем же занимался, что и на свободе. Навык не потерял. Подзаработаю и зубы себе нормальные поставлю. Они же мне их выбили, а как садиться без передних зубов? Поставил то, чтобы по времени быстрее было. Для всех остальных устроюсь на нормальную работу дворником.

— Повезло тебе, — усмехнулся Мишка.

— Сам виноват, не надо было в драку лезть, надо было вытащить своего парикмахера, да полицию вызывать. А тут и человека нет, и жизнь наперекосяк у такого количества народа.

— Поэтому и не торговался? — спросил Мишка.

— Нет. Меня люди как только на пороге видели, так дверь закрывали, разговаривать не хотели, отказывали. Я и сам знаю, что выгляжу сейчас не очень, но нет у меня времени ждать, когда я буду выглядеть более-менее. У меня дед не в себе, да и прописка нужна, да и деньги на руках, всё равно кто-нибудь прознает про наличку, — он покачал головой.

Видно было, что мужчина откровенно рассказывает про себя, не юлит, не ищет оправданий, говорит всё как есть.

— Наталья хорошая женщина, а вот ее муж Игорь — гнилой человек. Ей бежать от него надо. Я с людьми давно работаю, вижу всех как стеклышко.

— А деда зачем с собой притащил?

— У него то ли деменция, то ли последствие проживания под лестницей, не знаю, пока этим не занимался. Он один оставаться боится. В съемной квартире в шкафу прячется, я боюсь за него, вдруг что случится, — устало посмотрел на Михаила Борис.

— К врачу ему надо, лекарства нужные выпишут, ему самому полегче станет, — покачал головой Мишка.

— Будет жилье, будет прописка, а там и врачи нужные появятся. Мы же с ним пока бомжи, — улыбнулся Борис своими золотыми зубами.

Выскочила девочка-помощница и позвала народ в кабинет к нотариусу. Договора были составлены, соглашения прописаны, оставалось отдать деньги и всё подписать. Все всё прочитали, подписали.

Борис отдал деньги. Сначала их пересчитала Наталья, перебирая маленькими пальчиками каждую пачку. Снова наткнулась на запачканную банкноту. Проверили ее на детекторе, оказалась настоящей. Но женщина всё равно попросила ее заменить, не нравилась она ей. Затем деньги проверку прошли и были пересчитаны при помощи счетной машинки.

— Документы будут готовы в течение пяти дней. Обычно всё делается быстрей, но сами понимаете, не всё зависит от меня, — сказал нотариус. — Как право собственности будет зарегистрировано, так я вам позвоню. Всего вам доброго, приятно было иметь с вами дело, — он улыбнулся.

Все вышли из конторы. Игоря всего трясло, он хотел получить свою долю.

— Игореша, как человек доки получит, так и тебе отдадим все денежки, — спокойно сказала Наташа.

— Я должен ждать пять дней? И вообще, я не все вещи забрал. А как же мои зимние шмотки и обувь?

— Я все тебе соберу, — ответила Ната. — Не переживай, не обману.

Он зло посмотрел на всю компанию, фыркнул и ушел. Борис вызвал