Где-то всегда светит солнце - Кристина Миле

Я вздохнула и покачала головой.

– И я уверен, что ты все еще любишь его, – с улыбкой добавил Стив. – Просто ты упертая, как старый осел!

Я опять бросила на него молчаливый взгляд.

– Так! Это никуда не годится! – рассердился он. – У тебя бокалы есть?

Я покачала головой.

– Боже мой! Что это за художник без бокалов в мастерской? Сейчас приду, – поднялся он и направился к выходу. – Не можем же мы пить это вино из кружек!

Я не стала возражать, да это было абсолютно бесполезно. Я опять повернула голову к картине.

«Я могу еще все исправить. Может быть, сходить к судье и поговорить с ней? Или уехать на эти три месяца, чтобы он не мог меня найти?»

В голове крутились разные и в основном странные мысли, пока Стив не распахнул дверь с победоносным видом:

– Все! Нашел!

Он деловито прошел к столу и, достав из кармана штопор – не знаю, всегда ли он носил его с собой или достал вместе с бокалами, – ловко открыл бутылку и разлил вино.

– Так, вдохни аромат, – шумно втянул он воздух. – Хотя ну его, сразу пей!

Он резко поднял бокал так, что я едва не захлебнулась. Я сглотнула, откашлялась и тут же сделала еще один большой глоток. Горло приятно согрелось.

– Так, все! – Стив уселся напротив меня. – А теперь говори.

– Он попросил меня сказать, что я его не люблю. Сказал, что, как только я это произнесу, все закончится. А я не смогла, – на одном дыхании прошептала я.

– Конечно! Зачем же тебе врать? Да ты и не умеешь, – нежно похлопал он меня по щеке. – И что же?

– Суд назначил срок для примирения, максимально возможный – три месяца.

– Даже суд считает, что вам надо помириться! – воскликнул Стив. – Но почему ты так переживаешь?

Я молча налила себе второй бокал, отглотнула и сказала:

– Я хочу быть с другим мужчиной.

– Что? В смысле? У тебя правда кто-то есть? Та картина серьезно, что ли, посвящена другому? – выпучил на меня глаза Стив.

Я кивнула.

– Кто это? Я его знаю?! – заверещал он.

– Пол.

– Что? В смысле Пол? Твой Пол?

Я опять кивнула, опустив глаза. Мне точно не хотелось видеть сейчас спектр всех отрицательных эмоций на лице друга.

Он подскочил и начал ходить туда-сюда, то хватая себя за голову, то бормоча что-то странное себе под нос. Потом остановился напротив и осторожно спросил:

– Вы что, вместе?

– Да, и та картина посвящена ему.

– Вы что… – Стив сглотнул. – Вы…

По его брезгливой гримасе было понятно, о чем он собирается спросить.

– Нет, но…

Он не дал мне договорить, облегченно выдохнув:

– Слава богу! У тебя остались какие-то мозги!

– Стив! Я знаю, он тебе не нравится…

– О чем ты говоришь? Мне он не нравится? Он годится тебе в отцы! – зажал он один палец.

– Ну, теоретически… – начала оправдываться я.

– Да хоть как! Он был другом твоего отца! – зажал он второй палец.

– И что?

Он так говорил, будто я этого всего не знала.

– Тебе недостаточно? А как насчет Дэвида? Я сейчас не буду вспоминать, что он сам тебя чуть не женил на себе, – раздраженно выдохнул он. – Как он к этому отнесется? Он знает об этом?

– Он перестал с нами общаться, – признала я.

– Я не удивлен! Ты хочешь стать его мачехой? – закатил он глаза, потом еще громче спросил: – А ты вообще подумала, что если у вас будут дети, то Дэвид будет их родным братом?

Я устало закрыла глаза. Конечно, я обо всем этом думала, но в представлении Стива все звучало ужасно.

Он сел рядом и взял меня за руки:

– Крис, послушай меня внимательно. Ты запуталась! Ты была очень несчастна, увидела в нем спасение и ухватилась. Ты думаешь, что любишь его, но это не так. Он всегда стремился контролировать каждый твой шаг, и, уверен, сейчас он тоже крутит тобой как хочет!

– Стив, он не такой. И мы… – начала я, но он опять перебил меня:

– Дай договорить! Ты встретила любовь, которую не каждому дано испытать. Но ты бежишь от своих чувств туда, где не страшно! Да, может, ты и будешь с Полом счастлива, но ты никогда не будешь смотреть на него так же.

Я знала, что он прав, но не хотела в это верить.

Он подлил мне вина:

– На, выпей и расскажи мне все по порядку.

* * *

Через пару часов мы заканчивали вторую бутылку, которая оказалась в его рюкзаке, и Стив еще с большим рвением промывал мне мозги.

– Он знал, что ты его любишь? – спросил он и сам же ответил: – Знал. Тебя спросили, ты ответила. Ну, или не ответила, неважно! Какие к тебе претензии? – объяснял он, тыча в меня пальцем для большей убедительности. – Так, дальше. Он нанял какую-то стерву, а потом накричал за то, что ты посмела спросить почему? Так кто же тут не прав?

Я бы подумала над ответом, но в голове уже стоял плотный пьяный туман.

– Знаешь, что тебе надо?

По его лицу можно было предположить, что идея, пришедшая в его голову, просто гениальна.

– Взять тайм-аут на время! Перестань общаться с обоими, и в твоей голове сразу все прояснится!

– Может, ты и прав, – пробормотала я, задумчиво покручивая в руке бокал. Мысль казалась неплохой.

– А ты что, сомневаешься? Я всегда голос разума! – самодовольно сказал Стив. – Из того, что ты мне рассказываешь, ты сама бы уже вернулась несколько раз к Амиру, если бы не Пол!

– Да нет, – пробовала отрицать я.

– Как это «нет»? На балу ты увидела, что он изменился. Да-да, – закивал он сам себе. – Именно там ты поняла, что простишь его.

– Боже, Стив, – закатила я глаза, пытаясь удержать его от очередного философского монолога.

– Не перебивай! – прикрикнул он. – Потом в галерее… Ведь ты еще не знала, что он рядом