Арабский кофе со сливками - Евгения Романенко

Разочарование затопило его душу.

- Нет, конечно! – Света уже окончательно превратилась в его законную жену. Смуглое тело, черные вьющиеся волосы и огромные оленьи глаза.

Фархан испуганно дернулся и проснулся. Первое, что он увидел – Гульзар, оседлавшую его бедра, а возбужденный орган уже наполовину был в ней. Мужчина рывком оттолкнул жену и с ужасом уставился на безумно хохочущую Гульзар.

- Ты… Ты… - задыхаясь от праведного гнева, прошипел Фархан.

- Ну, да, да… Я! А не твоя девка! – яростно проорала Гульзар. – Я! Ты ласкал мое тело! Ты хотел меня!

- Что это все значит? –холодно проговорил Фархан, обматывая бедра простыней.

Возбуждение резко ушло, оставив после себя гадкое чувство опустошенности.

- Что значит? – Гульзар изогнула правую бровь. – Мы занимались любовью…

- Нет! Ты просто воспользовалась моим сном. Я любил не тебя, а ее! –запальчиво поговорил Фархан. – ЕЕ! СЛЫШИШЬ!

- Тварь! Ненавижу! Тебя! Ее! – мне надоело весь месяц бороться с фантомом твоей шармуты! Пусть Аллах проклянет ее! Гнусная русская шлюха!

- Заткнись! – тяжело дыша, прохрипел Фархан и сжал кулаки. – Еще одно слово и я ударю тебя, женщина.

Гульзар недоверчиво посмотрела на мужа. Его черные глаза пылали ярко-алыми искрами. Кудри были всклочены, брови насуплены и все его мощное тело дрожало от едва сдерживаемой ярости. Гуль в этот момент поняла, что переборщила вновь с тем зельем, что передал ей надежный человек в торговом центре. Удивительно, что он смог скинуть с себя наркотический сон. Это было глупо, так глупо, что теперь ей было безумно страшно.

Гульзар ощутила, как ее судьба решилась прямо сейчас. Она задрожала всем телом, когда услышала мерный голос мужа:

- Ты меня достала своими посягательствами. Ты оскорбила меня. То, что ты творишь, это аморально. С тобой невозможно жить…

- Я просто хочу ребенка! –взвизгнула Гуль.

- На то воля Аллаха – давать нам детей или нет.

- Но ты за этот месяц ничего не сделал, чтобы они были!

- Молчи, женщина. Я – муж твой, хозяин и господин, и только мне ведомо, что и когда делать, - холодно возразил Фархан. – Хватит с меня!

- Ты… ты.. ты не можешь! – с жаром прохрипела Гульзар! –Неужели ты уйдешь к той дочери ослицы? Шармута!!! Недостойная иноверка! Она ведь даже не мусульманка! Какая может быть у тебя с ней жизнь?

- Гульзар, - Фархан выпрямился во весь рост, шагнул к женщине и прямо в глаза, сказал. – Ты для меня не жена. Ты для меня не жена. Ты для меня не жена[3]…

- Нет! Нет! – Гульзар упала на колени и зарыдала, уткнувшись в колени Фархана.– Нет!

- Да, Гульзар, ты не жена мне больше. Поднимайся. Завтра с утра я отправлю тебя родителям, - ровно проговорил мужчина, брезгливо отцепляя от себя дрожащие пальцы бывшей жены.

- Но у нас только что все было! – прорыдала Гульзар, жалостливо глядя на Фархана.

- Нет, я не закончил и не пролил в тебя свое семя. Твоя компаньонка сказала, что у тебя уже были месячные после того раза. Гульзар, повторяю еще раз - ты для меня не жена! Уходи из моей комнаты на свою половину. Утром уедешь к родителям. На днях получишь все бумаги от юристов и свое приданое. Все будет согласно законам. Более того, я дам сверх того, чтобы ты смогла выйти вновь замуж за того, кто волею Аллаха полюбит тебя и подарит тебе сыновей. Будь счастлива, бывшая жена моя.

Женщина пораженно замерла на месте, во все глаза глядя на Фархана, а слезы уже высохли. Ее бывший муж спокойно стоял и смотрел на нее. Ему не было никакого дела до нее… Никакого… В этот момент, с пронзительным треньканьем что-то лопнуло у нее в груди. Гуль с удивлением поняла, что больше не любит Фархана. Ей уже все равно. Она устала бороться за то, что никогда не принадлежало ей – сердце всегда было в руках русской незнакомки.

- Ладно, пусть будет так, -равнодушно проговорила Гульзар. – Я уйду.

Прикусив губу, она встала на ноги и, шатаясь, пошла к дверям. На шум уже давно сбежались перепуганные слуги и Айша. Старуха неодобрительно смотрела на обнаженную Гульзар.

- О, Аллах, Аллах, срамота девонька! – проговорила она, и, стащив с седой головы легкое покрывало, укутала дрожащую Гульзар.

Без сомнения она слышала формулу развода ее господина. И безоговорочно приняла ее.

- Айша, - Фархан обратился к своей няньке. – Собери Гульзар в дорогу. Все что я ей подарил, пусть забирает. Завтра вызови Фарука с документами.

- Как скажете, господин Кубара, - покорно проговорила старуха и почтительно наклонила голову.

- Все свободны! –повелительно проговорил Фархан и остался один.

К его большому удивлению, на душе у Фара было неимоверно легко, словно только что снял с шеи огромный непомерный груз. Он мечтательно улыбнулся, представляя себе счастливые мгновения встречи с любимой и сыном. Он так по ним соскучился! Фархан прикинул, что документы, продажа дома займут некоторое время, но оно того стоит. Да, конечно придется пожить в квартире, подаренной ему отцом на восемнадцатилетие, но оно того стоит. Он свободен! Да, не станет пока что звонить Свете. Сделает им сюрприз! Фархан рассмеялся, раскинул руки и упал на кровать, упиваясь неожиданной свободой от нелюбимой жены. Конечно, ему было не слишком приятно, что пришлось вот так вот, используя закон шариата, разводиться с Гульзар, но она действовала просто аморально. Фархана до сих пор воротило от ее методов.

Его размышления прервал пронзительный телефонный звонок. Мужчина метнулся к телефону. На дисплее красовалась довольная физиономия брата.

— Али? — удивлённо прошептал Фархан, нажав на приём.

— Да, ты там ещё не спишь, братец? — в динамике лился довольный голос парня.

— Нет… Уже нет, — пробурчал мужчина. — Что хотел?

— Ты это… сядь.

— Сел, — недоумевая, проговорил Фархан и послушно плюхнулся на кровать.

— Отлично. Ты только сильно не паникуй. Отец прилетел ко мне.

— Что?! Зачем?

— Думаю, чтобы встретиться со Светой, — авторитетно заявил Али. — Какие у него могут быть дела зимой в нашем городе? Ты сам подумай…

Перед глазами Фархана потемнело. В динамике ещё слышался голос Али, но мужчина на автомате нажал отбой. Виски пульсировали от боли.

Его отец там, где она. Если Саид Кубара захочет, то сумеет надавить туда, куда надо.