Где воскресают бабочки - Нана Рай
– А если вы лжете?
Мужчина с улыбкой кивает на дверь:
– Выход свободен.
Ева глубоко вздыхает и открывает документы. Буквы летят перед глазами, и смысл доходит до нее не сразу, а слова мужчины зависают где-то над головой и звучат тихо-тихо, но при этом въедаются под кожу:
– Не представляю, как вы жили все эти годы, задаваясь одним и тем же вопросом: почему я сошла с ума? Заставила закрыть себя в лечебнице на долгие четыре года. А ведь после этого так сложно наладить личную жизнь… Никто не берет на работу, мужчины сбегают, едва узнав о вашем прошлом. Но кому? Кому я обязана своим одиночеством? Неужели только себе… Или же?..
Холодная слеза сбегает по щеке Евы.
Глава 6
Неупокоенные говорят правду
В салоне тепло и пахнет знакомыми восточными пряностями. Да, это его парфюм. Сложно спутать. Приятный, сладковатый запах щекочет ноздри.
Но Элина напряжена, как перед операцией. По удалению сердца. Она вжимается в сиденье и не отводит взгляда от профиля Владлена, пытаясь разглядеть в его облике какие-нибудь метаморфозы. Но, видимо, пять лет обошли мужчину стороной. В свои тридцать четыре он все так же притягателен.
– Рада тебя видеть, – натянуто произносит Марго.
Она сидит впереди и старается поддержать светскую беседу, но с Владленом всегда было трудно разговаривать. Вот когда он примерял на себя образ Цепеша – его блогерский имидж – другое дело. Обаятельный блеск улыбки сводил с ума любую девушку, сердце Элины тоже дрогнуло.
Владлен страстно жаждал, чтобы Элина была с ним, и поэтому пять лет назад с помощью гипноза стер ей память о том, что именно он убийца Ливии. Но наперекор всему Элина вспомнила. И тогда он ее отпустил, потому что она не смогла бы остаться с ним. Просто не смогла.
Элина выбрасывает из головы навязчивые воспоминания. Лбом упирается в холодное стекло. Перед глазами мелькают серые поля, пролегающие вдоль трассы. Они еще не оттаяли после зимы, местами белеет талый снег, покрывая землю наледью. И сейчас Элина дорого бы отдала, чтобы оказаться посреди полей. Одной. И закутаться в беспросветный туман.
– Ты уверена? – усмехается Владлен.
Впервые он заговорил, если не считать короткого «садитесь». Его голос… Он не изменился. Такой же бархатистый, томный и порочный.
– Ну да. Ты исчез. Алексей Борисович очень переживал, – мямлит Маргарита.
– У него есть внучка и коллекция бабочек. Поверь, этого ему более чем достаточно для счастья.
Владлен мельком смотрит в зеркало заднего вида, и Элина сталкивается с ним взглядом. Подавляет рефлекс отвести глаза, упиваясь чувством беззащитности. Глубокий цвет морской воды с зелеными крапинками – его глаза столь же яркие, как и пять лет назад.
– Зря мы сели в твою машину. Ты можешь быть заодно с Альтер-Эго. Кстати, ты в курсе, что его теперь зовут Георгий? – Элина пытается говорить холодно, но в ушах стучит кровь, а лицо горит. Очень сложно оставаться равнодушной, когда внутри полыхает пожар.
– Если бы не сели, рано или поздно вас отыскал бы Вла… Георгий, – спотыкается Владлен. – И да, я в курсе. Все-таки он мой брат, – последние слова звучат с легкой ноткой ностальгии.
Элина не выдерживает и наклоняется вперед, зависая возле лица Владлена:
– Тогда докажи, что ты не собираешься нас убить! – шипит она.
Марго ахает. Владлен резко бьет по тормозам, и дикий визг шин разрывает воздух.
Элина с трудом удерживается на сиденье, чтобы не улететь в лобовое стекло. Она не успевает заметить, как Владлен выскакивает из машины.
– Нет! – вскрикивает Марго, когда он рывком открывает дверь и вытаскивает Элину наружу.
– Поговорим, – коротко предлагает Владлен и захлопывает позади нее дверь. Бросает на Маргариту пронзительный взгляд, и в его глазах горит ясное предупреждение: не вмешивайся.
Элина прижимается спиной к покрытой легкой изморосью машине. Только сейчас она замечает, что накрапывает вредный и незаметный дождь.
– Собрался меня загипнотизировать? – желчь сквозит в ее голосе.
– Я не практикую уже пять лет, – парирует Владлен и делает шаг к Элине, заставляя ее сильнее вжаться в автомобиль. – А ты все еще боишься, – с откровенной грустью замечает он.
– А как я должна относиться к убийце моей сестры?
– Но ты ведь не сдала мое признание в полицию. Я думал, простила…
Элина задыхается от его фразы. Взглядом скользит по лицу Владлена, отмечая некогда любимые черты. Черные густые волосы падают на лоб, который пересекают тонкие морщины. И между бровями залегла глубокая складка. Он часто хмурится. Чаще, чем улыбается.
– Простила? – еле слышно произносит Элина. – А что толку от твоего признания? Прийти в полицию и заявить, что ты убиваешь с помощью гипноза? Боюсь, меня не просто засмеяли бы, а упекли бы в камеру по соседству с Владимиром. Невозможно простить смерть сестры… даже если ради этого ты пожертвовал братом. Хотя мне кажется, ты сделал это больше ради себя, а не меня. Чтобы обрести свободу.
Лицо Владлена не выражает эмоций. Он холодно на нее смотрит, и его дыхание горячим ветром касается Элины. По шее приятной волной бегут мурашки. А дождь накрапывает все сильнее, назойливо напоминая о своем присутствии.
– Жаль, – коротко бросает он и возвращается в машину.
И все? Ради этого Владлен вытащил ее на улицу? Элина обхватывает себя за плечи и смаргивает слезы обиды.
«А что ты хотела? Молчишь… Боишься признаться даже самой себе…»
Она дергает за ручку и садится в машину, громко хлопая дверью. Но вопреки ожиданию Владлен не заводит мотор. Наоборот, включает аварийный сигнал и поворачивается к Марго:
– Хочу сразу прояснить ситуацию. Я узнал, что Георгия освободили…
– Как? – прерывает его Элина. – Ты же исчез, растворился! Чтобы тебя отыскать, похитили Регину!