Прикованная к Анубису - Дани Медина

Мое тело горело от его прикосновений и жаждало лишь оргазма, но то, что он мне дал, было настоящим откровением. Моим пальцам никогда не удавалось заставить мой разум погрузиться в белую, пустую комнату, казалось, ничего не работало. Когда пульсация удовольствия свела мое тело судорогой, я вцепилась в него, словно падала, а мои ноги стали как желе. Когда он отстранился, я едва не умоляла его этого не делать.

Я трясу головой, когда понимаю, что ерзаю на стуле, ища хоть какой-то контакт, который вернул бы меня к тому, что он заставил меня почувствовать.

— Сосредоточься на том, чтобы выбраться отсюда, а не на том, чтобы быть озабоченной извращенкой, жаждущей поскакать на члене Анубиса-Извращенца, — ругаю я себя и смеюсь над прозвищем, которое ему дала.

Потому что то, как он направлял мое удовольствие, показывает, насколько он опытен и насколько порочен. Мортиус загипнотизировал меня своим запахом и при этом взял мой разум в плен.

— Забудь о том, чего не можешь получить, — я наполняю стакан молоком и делаю большой глоток.

Я сосредотачиваюсь на еде, плотно ужинаю и пытаюсь забыть об обжигающем жаре между ног. Сон делает меня вялой, и как только я заканчиваю есть, я иду к его кровати. Забравшись на мягкий матрас и чистые простыни, я накрываюсь и кладу голову на подушки, полностью отдаваясь послеоргазмической усталости.

Я чувствую под собой энергетическую волну, от чего открываю глаза. Поняв, что произошло, я прихожу в недоумение. В одно мгновение Мортиус полностью преобразил обстановку: передо мной возвышается огромная кровать, увенчанная внушительным балдахином, украшенным тонкими роскошными тканями. Свет, заливающий это место, пугает меня своим розоватым оттенком, а когда я смотрю вверх, мне открывается завораживающая туманность во всем своем совершенстве.

Я спускаюсь с кровати, а пол вокруг кажется украшенным светящимися и почти гипнотическими иероглифами. В этот момент мне хочется, чтобы Мортиус был здесь и мог рассказать мне историю каждого из них. С бьющимся от любопытства сердцем я брожу по всему помещению, и в каждом углу, куда бы я ни пошла, нахожу все большее совершенство в богатстве деталей.

Он поставил диваны, ковры и кушетки. Множество старинных книг, полных историй, никогда не открытых человечеству, стоит рядом на каменном стеллаже, которого здесь раньше не было. Сгорая от любопытства, я подхожу к нему и начинаю открывать книги, погружаясь в каждую деталь, и каждое новое открытие заставляет меня желать узнать еще больше.

— Моя мать продала бы душу, чтобы оказаться здесь, изучить каждую из этих книг и совершить невероятные открытия… — когда я думаю о своих родителях и друзьях, меня вдруг осеняет. — Сукин сын!

Этот ублюдок хочет заманить меня в ловушку моего же любопытства, чтобы я забыла о своей цели уйти. Я с силой захлопываю книгу и решаю, что пришло время попытаться вернуться домой.

Я оглядываюсь в поисках чего-нибудь, чем можно было бы обмотать ноги, и нахожу вешалку с туниками. Это подойдет. Я начинаю рвать ткани и обматывать ими ступни, создавая удобную защиту для предстоящего мне пути. Оглядываясь по сторонам, я иду к проходу, ведущему по коридорам в купальню, но, дойдя до большого зала, сворачиваю в другую сторону и нахожу выходную дверь.

Я бегу к ней, подхожу ближе и с удивлением обнаруживаю, что она приоткрыта, ведь я точно не смогла бы ее открыть. Проходя через нее, я пугаюсь, увидев двух Анубисов, застывших, словно огромные статуи, охраняющие храм. Они не выглядят живыми, и кто знает, может, это всего лишь скульптуры?!

Я иду на Юг, даже не оглядываясь. Мне нужно вернуть свою жизнь, и я от этого не откажусь. Поначалу я пугаюсь, так как пески Дуата кажутся движущимися, как морские воды. Однако состояние неба облегчает путь, и, чтобы побыстрее уйти, я срываюсь на бег.

Мортиус даже не найдет меня в этой пелене пыли, скрывающей меня. Я закрываю нос и рот тканью туники и сохраняю сосредоточенность. Я должна показать ему, что никогда не сдамся без боя, а когда окажусь далеко отсюда, буду жить своей жизнью, даже не вспоминая о его прикосновениях к моему телу.

Все это останется лишь хорошим сном.

6. Проваленный тест

МОРТИУС

Я нахожусь у портала переправы, направляя души. Очереди становятся все длиннее, и работа никогда не останавливается. Судьба и суд каждой из них в моих руках. Кто платит больше, тот может больше. Золото скапливается горами, но не все могут с легкостью получить проход.

— Господин, — Руатан приближается, и я ставлю одного из Анубисов легиона во главе переправы.

— Да, — я смотрю ему в глаза и догадываюсь, в чем дело.

— Солдаты доложили, что она сбежала, — я ухмыляюсь краешком губ.

— Я так и думал, что она не пройдет этот тест, — он смотрит на меня с любопытством.

— И что вы теперь будете делать? Ее запах может дестабилизировать Дуат.

— Не волнуйся, она не сможет пройти сквозь защитный барьер, но ее следующая встреча заставит ее переосмыслить свой побег, — сообщаю я. — Оставайся здесь, я пойду разберусь со своей сбежавшей спутницей.

— Да, господин. Надеюсь, это станет для нее уроком.

— О, еще каким, не сомневайся.

Взмахнув руками, я позволяю вихрю поглотить себя, исчезая и материализуясь в нескольких метрах позади Анабет. Не буду отрицать, ее сила невероятна, а ум хитер — она именно та самка, которая нужна мне рядом.

Я слышал, как она планировала отправиться на Юг, но чего она не понимает, так это того, что вдали от меня, после нашей связи, она не сможет выжить. Я еще даже не знаю, как сохранить ей жизнь в Дуате, но рядом с собой я могу делиться с ней своей жизненной энергией, пока решаю проблему ее пребывания здесь.

Я следую за ней. Я слышу, как бешено бьется ее сердце, и ее запах источает страх. С каждым шагом ей становится все страшнее, но она не сдается. Ее запах заблокирован за пределами защиты, но у нас тут есть несколько ядовитых и опасных тварей, которые также заперты вместе с нами и которые будут охотиться за ее энергией, как паразиты.

Эти существа не заставляют себя долго ждать, и в этот момент в нескольких метрах от нее в ярости вырывается из песка гигантский песчаный червь.

— Аааааа! — ее крик эхом разносится по всему Дуату.

Крутанув в руке посох, я прыгаю на