В этой жизни я смелая! - Снеталия Морозова

«Уже всё? Я магесса? Это мой муж?»

- Надия, рад приветствовать во владениях графа Бернара Говарди, ваш супруг на приеме у короля, скоро будет. Давайте руку, вы как раз к завтраку подоспели, познакомитесь с детьми.

Сердце стучало даже в горле. Глаза добрые у этого дяденьки, уффф. Я протянула руку, уставившись на свою ладонь: нежная ручка с розовыми аккуратными ноготками.

- Меня зовут Генри, я дворецкий, не бойтесь, милая Надия, я вам помогу.

- Спасибо!

Я вылезла из кареты, путаясь в подоле длинного платья темно-серого цвета, с головы свисал платок, нет – головной убор монахини.

- Монашка?! – вырвалось у меня непроизвольно.

- Настоятельница мне рассказала ваш секрет, Надия.

Я подняла глаза на мужчину.

- Я знаю, что вы бы не остались при монастыре после окончания. Вы хотели учить магов, вот вам и предоставился такой случай, племянники нуждаются в вас.

«Так и взяли бы учителем, замуж-то зачем?» - я начала волноваться.

- Но нам ждать нельзя, вам девятнадцать, за два года Софи и Фред потеряют себя.

«Девятнадцать???!!!! Мне – девятнадцать! Меньше, чем Милане. Ни хрена себе!!!!! Даже не знаю, радоваться или огорчаться? Радоваться, однозначно!»

Я не материлась, в отличие от моей Оли, но тут в голове выстроились трехэтажные в очередь.

Мы подошли к высокому красивому забору, Генри отворил ворота, пропуская меня.

Перед домом был разбит парадный вход в виде полукруга, по краям, видимо, были когда-то клумбы, сейчас просто трава.

Дом. Вот ты какой! Двухэтажный из бледно-бежевого известняка с вкраплениями темного гранита, высокие окна с дубовыми рамами и винтажами в верхних секциях, темно-коричневая крыша, на двери герб.

Дом не кричал о богатстве, не такая у него цель – не такая.

Я уставилась на него, беззастенчиво разглядывая.

«Ты красивый! Шепчешь о тех, кто жил тут и соблюдал традиции, помнишь тех, кто любил тебя и друг друга».

Откуда я это знала? Интуиция, наверное.

Мне показалось, что крыша приподнялась чуть. Я уставилась на неё, тряхнув головой.

Генри стоял рядом, молчал, давая возможность мне прийти в себя.

Он указал на дверь, предлагая мне открыть. Как будущей хозяйке, наверное…

Ладно. Я взялась за деревянную резную ручку, она под рукой становилась теплее, я непроизвольно погладила дерево в ладони, шепнув: «Спасибо!».

Мужчина внимательно смотрел на меня.

«Прими меня, красавец, прими и полюби свою новую хозяйку, я обещаю беречь тебя, содержать в чистоте», - держа ручку двери, я говорила мысленно с домом.

Мы вошли в холл. Просторно, но безжизненно, здесь же двое детей, где шум, визг?

- Вы голодны, Надия?

- Я бы позавтракала с детьми, да.

- Пойдёмте.

Мы прошли в столовую, за столом сидел подросток, класс седьмой-восьмой, вскинул глаза на меня, откинулся на спинку стула, перекрестил руки на груди. Ага, занял оборону. Пубертат…что ж…и не с такими имела дело.

- Фред, это Надия – жена отца, сестра твоей мамы. Она бу..

Не успел договорить, Фред продолжил:

- Монашка? Интересно! Ну, проходи, расскажешь, тетушка, как жилось тебе в монастыре, сколько лет-то тебе, молодая?

Ничего себе, а парнишка-то борзеет…

- Фред, мне девятнадцать, жилось хорошо. А тебе сколько?

Я села за стол, вытерла руки хлопковой влажной салфеткой, что протянул мне Генри, разглядывая сервировку. Стол был накрыт на пятерых.

- Двенадцать, на днях уже тринадцать.

В это время домой пришел Бернар, он почувствовал, что дом ожил, но притаился пока. Граф не проходил в столовую, спрятавшись у стены, слушал диалог сына и Надии.

- Фред, не называй меня тетушкой. Маму я вряд ли тебе заменю, а вот быть наставником, помощником, подругой – это можно попробовать. Обращайся ко мне по имени.

Бернар, подняв брови удивленно, кивнул, слушая дальше.

- Надия, а в монастыре одни девушки?

- Да, Фред.

Бернар отметил красивый нежный голос, что лился спокойно и плавно, а главное – уверенно. Той скоромности, даже в голосе, что была у Ирми, не было у её младшей сестры. Это порадовало графа.

- А ты в курсе, чем отличаются мужчины и женщины?

Этот малец хотел меня вывести из равновесия, нагло себя вел, умышленно ставя в неловкую ситуацию…меня сорокаоднолетнюю женщину…в душе.

- В курсе.

- О, и поэтому предпочла моего отца? За большие деньги или за большой… хм-хм…

Бернар хотел выйти и вмазать сыну, но услышал:

- Фред, я понимаю, что в твоем возрасте мысли все ниже пояса, это говорит лишь о том, что у тебя нет подружки…пока. Качай мозги, пока сердце свободно. И, выбирая между большим сердцем и большим чл…гмм, как ты сказал: «хм-хм», я предпочту доброе сердце у мужчины.

- А ты забавная!

- Ты тоже!

Бернару захотелось её увидеть, мужчина улыбался.

Но тут Литиция привела в столовую Софи.

- Софи, поклонись и поздоровайся с новой мамой, - безэмоционально и четко, как по инструкции, произнесла женщина, чуть подтолкнула малышку в плечо.

Маленькая бледная девочка, со светлыми кудряшками, лет пяти-шести, наклонила головку, присела, тихо произнеся:

- Здравствуйте, новая мама.

Сердце облилось кипятком. Голубые глаза на бледном болезненно-худеньком лице смотрели на меня, словно ждали чуда.

Я соскочила со стула, подошла к малышке:

- Софи, привет, да, я твоя мама теперь.

Я решила не бояться в этом доме никого, я помогу этой малышке, какой бы отец у нее не был. Решила не тянуть, приступать к роли мамы сходу, сразу, прямо сейчас. Девочка робко улыбнулась. Я обняла ребенка, руки сами потянулись к ней, сжимая хрупкое тельце.

- Это что? Корсееет?

Я была в шоке.

Суровая мадам, не поведя и бровью:

- Так положено.

- А вы сами почему не в нём?

- Мне не положено.

- Она же ребенок! Как есть можно в таком? Тут кусок не пролезет в горло, а ниже горла и подавно. А бегать, гулять?

Бернар округлил глаза, свел брови, осмысливая слова юной Надии.

- Генри, Фред, кто-нибудь может проводить нас. Софи, пошли переоденемся, я тоже сменю свой наряд, совсем неуместный сейчас.

Фред поднял веселый взгляд на Литицию. Та поджала губы.

- Я провожу, - низкий мужской голос с хрипотцой заполнил столовую, заходя в помещение.

И мы уставились друг на друга, рассматривая.

Я была в свободной монашеской одежде, лишь мое лицо было доступно его взору. Мне бы самой посмотреть на себя. А вот я за несколько секунд увидела все, что хотела:

Так, муж мой, похоже. Ему лет сорок, или около того, красив, темноволос,