Хозяйка северных земель - Натали Эмбер

– Ты можешь не верить мне, – говорю тихо. – Можешь думать, что я лгу. Что пытаюсь спасти себя, оговорив невиновных.

Да, я пытаюсь спасти себя, но в первую очередь я спасаю Эрика. Даже если он сам этого не понимает.

– Если ты не примешь мои слова, то прими хотя бы этот отвар. На случай если яд уже в тебе.

Я поднимаю кувшин с отваром, протягиваю его Эрику. Он смотрит на кувшин. Потом на меня. Потом снова на кувшин.

Сердце пропускает удар. Я стою напротив него не двигаясь. Терпеливо жду и молюсь всем богам, чтобы он выпил хотя бы отвар.

Наконец, Эрик забирает кувшин из моих рук. Наши пальцы на мгновение соприкасаются. Он подносит кувшин к губам. Затем делает несколько глотков, морщится и возвращает его мне.

– Пей, – читаю короткий приказ по его губам.

Он тянется к кувшину, подносит его к моему лицу. В нос ударяет запах ромашки и мяты. Делаю несколько глотков. Отвар согревает меня изнутри.

Спохватившись, протягиваю кувшин обратно ему. Мы пьём по очереди. Не глядя друг на друга. Когда отвар заканчивается, я опускаю пустой кувшин на стол.

Поднимаю глаза на Эрика. Если он разделил со мной отвар, значит ли это, что он поверил?

Он мог отказаться и вылить отвар, мог просто выставить меня за дверь. Но он не сделал ни того ни другого. Я открываю рот, чтобы поблагодарить его, но не успеваю.

За дверью слышны чьи-то шаги. Я вздрагиваю, всё тело напрягается, как струна, натянутая до предела. В ночной тишине каждый шорох кажется чужим, враждебным. Сердце пропускает удар, а потом начинает биться с удвоенной силой так, что, кажется, его слышно во всём доме.

Кто это? Беорн? Мэри? Или кто-то ещё хочет его смерти?

Эрик тоже слышит шаги. Я вижу, как его рука инстинктивно тянется к поясу, туда, где висит нож. Пальцы сжимаются на рукояти. Взгляд становится острым, как лезвие.

Я задерживаю дыхание. Но шаги отдаляются. Становятся тише, пока совсем не исчезают в ночи. Наверное, кто-то просто шёл на кухню или куда-то ещё.

Я медленно выдыхаю. Эрик стоит ещё несколько мгновений прислушиваясь. Потом ложится спать. Задуваю свечи и тоже ложусь, накрываясь медвежьей шкурой. На полу прохладно, но я быстро согреваюсь и засыпаю.

Тело, наконец, сдаётся усталости, но даже во сне меня не отпускает тревога. Мне снится туман. Он ползёт по земле, поднимается выше, обволакивает дома, людей. Вдруг в нём загораются огни. Они движутся слишком быстро. Я пытаюсь кричать, но голоса нет.

И в этот момент что-то тяжёлое обрушивается на меня.

Я резко просыпаюсь. Пытаюсь вдохнуть, но вдох застревает в горле. Чья-то рука мгновенно зажимает мне рот, не давая издать ни звука. Сердце срывается в бешеный бег.

– Тихо, – шипит над самым ухом знакомый голос.

– Тихо, – шипит над самым ухом знакомый голос.

Низкий. Хриплый. Полный злой усмешки.

Беорн!

Сердце срывается в бешеный бег. Пытаюсь ударить его ногой, вырваться, но мои руки связаны. Беорн огромный и тяжёлый, как медведь. Он наваливается на меня всем телом, прижимает к полу так, что я не могу пошевелиться.

Его ладонь зажимает мне рот. Резкий запах чеснока, кислятины и пота ударяет в нос. Я задыхаюсь от отвращения и от паники, которая выключает разум. Не могу кричать. Только глухое, беспомощное мычание вырывается из моего горла.

В комнате полумрак, но я успеваю увидеть вторую фигуру. Тёмный силуэт стоит у двери, прислонившись плечом к косяку. Руки скрещены на груди. Он караулит, чтобы никто не вошёл.

Внутри всё сжимается, у меня начинается паника. Пытаюсь повернуть голову, найти глазами Эрика, понять, что с ним, но не могу. Беорн держит слишком крепко. Моя щека прижата к деревянному полу.

– Ты слишком долго возишься. Может, просто прирезать девку? – доносится от двери. – У нас слишком мало времени. Скоро рассвет. Люди проснутся.

Холод пробегает по позвоночнику. Я узнаю этот голос. Ульвар. Тот самый ярл, что предложил Харвальду идти в поход под покровом тумана. Он заодно с Беорном!

Мысль приходит с запозданием, но она объясняет всё: почему поход закончился так быстро, почему конунг погиб, почему Беорн так уверенно обвинил меня.

Они убили Харвальда. И теперь собираются убить Эрика.

– Заткнись, Ульвар, – рычит он. – Я хочу, чтобы Эрик всё видел.

Он злобно усмехается. Его рука сжимается на моей груди. Грубо, больно, нестерпимо.

Вскрикиваю от боли, но звук тонет в его ладони. Раздаётся только едва слышное мычание. Я снова пытаюсь дёрнуться из последних сил, пытаюсь укусить его ладонь.

– Она сопротивляется, – Беорн наклоняется ближе, почти касаясь моего лба своим Его глаза блестят. – Так даже интереснее.

Он наслаждается моей беспомощностью. Думает, что я его добыча, и никуда не денусь.

Паника накрывает с головой. Краем глаза замечаю Эрика со связанными руками. Он пытается встать, отталкиваясь плечом. Но верёвка привязана к тяжёлой массивной кровати и мешает ему подняться.

Его взгляд полон ярости. Они даже не потрудились завязать ему рот. Хотя какое это имеет значение?

Эрик не может говорить. Привязанный к кровати без оружия, без голоса, он может только наблюдать за нами. За тем, что Беорн собирается сделать со мной.

Он наклоняется ближе, его дыхание обжигает кожу.

– Смотри внимательно, – бросает он Эрику, – Ты спас её… а теперь ты увидишь её падение и смерть.

Он хочет не только избавиться от меня, но и сломать Эрика.

Меня трясёт крупной дрожью. Снова пытаюсь вырваться, но он только сильнее вжимает меня в пол. Грубо раздвигает мои ноги коленом.

– Веди себя тихо, – добавляет он, крепче зажимая мне рот.

Пожалуйста… кто-нибудь…

Я мычу в его ладонь что есть силы. Надеюсь, что кто-то пойдёт по коридору и услышит. Но сейчас глухая ночь. В доме тихо.

Чувствую, как его рука скользит вниз, задирает подол моего платья. Холодный воздух касается голых ног. Беорн долго возится, пытаясь одной рукой спустить свои штаны, сопит над моим ухом. А потом происходит то, чего никто не ожидал.

– Не тронь девку! – хриплый голос Эрика разрывает тишину, словно рычание разъярённого зверя. – Приказ конунга!

Беорн замирает на мгновение. Его рука на моём бедре останавливается. Пальцы расслабляются совсем чуть-чуть, но я чувствую это.

Я не верю своим ушам. Может быть, это галлюцинация,