Астарион - Урсула Вернон

— Кто там?

— Далирия.

Астарион приоткрыл дверь, следя за тем, чтобы дерево оставалось между его телом и коридором. Когда через мгновение ничего не произошло, он заглянул за край и увидел Далирию и… Йоусена?

— Мы можем войти? — спросила Далирия, нервно оглядываясь через плечо.

Астарион был почти уверен, что вдвоем они не составят для него проблемы.

— Свободно и по собственной воле, — сказал он, отступая в сторону. Эльфийка и гном протиснулись внутрь, и он закрыл за ними дверь.

Казалось, как только дверь закрылась, Далирия расслабилась.

— У нас… э-э… есть к тебе предложение.

— Дорогая, я польщен, но подходящее ли сейчас время?

Йоусен покраснел, но Далирия лишь закатила глаза.

— Ты знаешь, что я имею в виду. Это состязание. У нас — у меня и Йоусена — нет никаких шансов на победу. Мы это знаем.

Астарион был с этим согласен, но счел бы бестактным сказать об этом вслух.

— Продолжай.

Они переглянулись. Затем Далирия выпалила скороговоркой:

— Если он сделает победителя настоящим вампиром, мы бы предпочли, чтобы это был ты.

Вот теперь он действительно был польщен, пусть и слегка.

— Лучше я, чем Петрас или Вайолет, ты хочешь сказать? А как же Аурелия?

— Ушла, — ответила Далирия. — Мы сначала пошли к ней. Извини.

Это вызвало у него смешок.

— Вряд ли я могу вас за это винить. Но вы же понимаете, что это, скорее всего, не имеет смысла? Наверняка это какой-то фокус. Он никогда не сделает никого из нас вампиром.

— Вероятно, нет. — В глазах Далирии горел подавленный огонь. — Но готов ли ты рискнуть, допустив, что он серьезен, и приз достанется кому-то другому?

Может, докторша и не слишком хорошо разбиралась в людях, но Астариона она явно знала достаточно хорошо.

— Нет. Нет, не готов. Но если вы просто пришли пожелать мне удачи, я благодарен, но вообще-то довольно занят.

— Мы можем тебе помочь.

Он приподнял бровь. Связи Далирии как врача вполне могли оказаться полезными, но Йоусен сбежал бы при малейшем намеке на опасность.

— Да неужели?

Далирия посмотрела ему в глаза, что делала крайне редко.

— Я знаю, где взять кровь бога.

Астарион со свистом втянул воздух сквозь стиснутые зубы.

Тоненький голосок Йоусена добавил:

— А я тот, кто может тебя туда провести.

* * *

— Итак, давай проверим, правильно ли я все понял. Йоусен собирается провести меня по туннелям под Подземным городом к культу нежити, который поклоняется артефакту, и этот артефакт, как Далирии случайно известно, является кровью мертвого бога.

— Верно, — подтвердила Далирия.

— Маска, бога воров и теней, если быть точным.

— Верно.

— Но кровь все еще жива.

— Так говорят мои источники.

— Откуда твоим источникам это известно?

Далирия с минуту изучала потолок, явно раздумывая, сколько ему рассказать. Астарион скрестил руки на груди.

— Я знаю, моя дорогая, что никому из нас это не дается легко, но если ты хочешь, чтобы я принял участие в этой погоне за призраками, тебе просто придется мне довериться.

Она кивнула ему, а может быть, и потолку.

— Ты знаешь, что Касадор поручает мне поиск различных ингредиентов и реагентов для него.

— Действительно. — Астарион жестом предложил ей продолжать.

— Несколько лет назад я пустила слух, что меня особенно интересует экзотическая кровь. Именно поэтому тот глупый волшебник продолжал пытаться продать мне свой струп единорога. Другой, более надежный источник сообщил мне о культе, но у меня не было реальной возможности до него добраться. Ты же, с другой стороны…

Астарион помассировал виски. Он чувствовал, как начинает болеть голова.

— Если вы двое хотите меня убить, должен сказать, это чересчур сложно.

— Мы не хотим тебя убивать, — горячо заверил Йоусен. — Мы хотим, чтобы ты победил.

— Вы же понимаете, что я не смогу вас обратить, даже если стану вампиром. Вы все равно останетесь отродьями Касадора. Только его кровь может превратить вас в настоящих вампиров.

— Нет, конечно, нет, — ответила Далирия. — Но если победишь ты, Вайолет и Петрас проиграют. А мысль о том, что власть будет у тебя, мне гораздо симпатичнее. Ты, по крайней мере, поддерживал мои эксперименты.

Это была чистая правда. Астарион постучал наманикюренным ногтем по нижней губе. И зачем бы ты так старалась с ней подружиться, если не ради таких вот моментов? Йоусен, конечно, презренный маленький негодяй, но даже он может оказаться полезным, хотя бы в качестве источника запасного флакона.

— Скажем так: предварительно я принимаю ваши объяснения. Но больше всего меня беспокоит то, что, по-видимому, под городом десятилетиями существует культ нежити, и никто не удосужился об этом упомянуть.

Йоусен выглядел удивленным.

— Ты не знал?

— А ты знал?

— Откуда, по-твоему, в канализации берутся все эти скелеты?

— Я полагал, что люди покупают их, когда те еще маленькие и милые, а когда они вырастают и становятся неуправляемыми, хозяева спускают их в уборную.

Йоусен хотя бы рассмеялся. Лицо Далирии осталось непроницаемым.

Астарион пришел в легкий ужас, осознав, что он действительно рассматривает их предложение. Не то чтобы у тебя были идеи получше. А если это окажется погоней за призраками, ты всегда можешь заглянуть в «Крысиный лаз» и попросить ракшасу о пожертвовании на благое дело.

— Есть кое-что еще, — сказала Далирия.

Ну вот, приехали. Астарион даже почувствовал некоторое облегчение, услышав, что у нее есть скрытый мотив. Он бы и так предположил его наличие, а теперь не нужно было ломать голову, в чем он заключается.

Она протянула ему свой флакон.

— Возьми два образца крови бога. Я не собираюсь отдавать свой Касадору. Я хочу проводить с ней эксперименты.

— Струп единорога не сработал? Как неожиданно.

— Он многому меня научил. Если бы у меня был живой единорог, готовый перелить свою кровь прямо в мои вены и принять мою взамен, возможно, со временем это смогло бы очистить меня от вампирской скверны. — Ее губы скривились в усмешке. — Или, возможно, все бы пошло в обратную сторону, и мы бы получили вампира-единорога, порабощенного Касадором.

Астарион снова потер виски.

— Это было бы, несомненно… оригинально.

— В любом случае, это не имеет значения, поскольку у меня нет живого единорога, готового помочь мне в моих исследованиях. К сожалению, я не верю, что его целительная сила сработала бы, будь он невольным пленником. — Далирия вздохнула, явно раздосадованная отсутствием в мире единорогов с научным складом ума. — Тем не менее, я возлагаю большие надежды на живую кровь бога. От вампиризма нет магического лекарства, но если мы предположим, что бог — это