Попаданка для принца - Ольга Геннадьевна Росса

— Садись, поешь уже нормально, — мягко похлопал он по подушке. — Заодно расскажешь о себе. Я скоро снова буду готов продолжить.

Сглотнув, я схватила полотенце, намереваясь прикрыться.

— Оставь. Зачем оно тебе? — хмыкнул Армес. — Хочу смотреть на твою прекрасную грудь.

Кабир потянулся ко второму кувшину и наклонил его над золотым кубком. Тёмно-красный напиток наполнил сосуд. Я с полным ощущением дежавю наблюдала за действиями мужчины. Вот кабир приподнял кубок и растянул губы в наигранной улыбке. Секунда, и он касается губами смертельного вина. Не раздумывая, я подскочила и выбила кубок из его рук.

Сосуд упал на пол, вино расплескалось по ковру яркими пятнами.

— С ума сошла? Ты что творишь, азра? — сжал кулаки кабир. — Если думала, что таким образом заставишь меня передумать, то ты ош-ш-шиблас-с-сь.

Угрожающее шипение вырвалось из его уст, и стал заметен раздвоенный змеиный язык. От ужаса я затряслась всем телом, понимая, что разозлила кабира.

Одним прыжком мужчина кинулся на меня, повалив на ковёр. С криком я пыталась освободиться от его тяжёлого обнаженного тела, но силы были неравны. Он схватил мои руки, прижав к полу.

— Вино отравлено! — выкрикнула я прямо в лицо нагу, срываясь в истерику. — У меня было видение, как вы умираете после того, как выпили его! — слёзы покатились из глаз, когда я ощутила, как горячий мужской член ткнулся в мой лобок

— Я дариши! Я могу видеть будущее!

Мужчина замер, удерживая мои руки, и сурово посмотрел мне в глаза

— Что ты сказала? — отчеканил он каждое слово.

— Я дариши! — уж лучше пусть он отправит меня в храм, чем будет насиловать столько, сколько ему вздумается. — С детства я вижу вещие сны, а минуту назад у меня было видение, как вы умираете.

Всхлипывая, я тряслась, сжимая бёдра, чтобы его настырный член не вонзился в меня. Наг резко подскочил на ноги, освободив меня. Я попятилась к стене, подальше от него.

— Бахи — взревел наг, глянув на дверь. Тут же в комнату влетел амбал-охранник.

— Забери кувшин и отдай его Икраму, пусть он проверит, отравлено вино или нет. И прикажи кому-нибудь, чтобы разбудили Умиду и привели её ко мне.

Воин кивнул, схватил со стола кувшин и скрылся из покоев.

— Если Умида тебя не признает, не жди от меня нежности и ласки, азра, —угрожающе процедил кабир. — Я разложу тебя прямо здесь на полу и возьму во всех позах с особым пристрастием.

Я сильнее вжалась в угол, где сидела прямо на мраморном полу. Кто такая Умида, я понятия не имела, но имя мне показалось знакомым.

Пока мы ждали её, кабир успел надеть рубаху и шаровары. Мне он кинул всё то же полотенце, чтобы я прикрылась. Трясущимися руками я закуталась в ткань, продолжая сидеть в углу.

— Пока Умида идёт сюда, расскажи о себе, — сурово проговорил Армес, садясь на подушки возле столика. — И хватит трястись. Садись на ковёр, я не трону тебя. Пока.

ЕГО приказной тон не позволил мне ослушаться, и я на негнущихся ногах проползла по полу и села на самый край ковра, подогнув колени. Собравшись с мыслями, я коротко рассказала нагу о себе и о том, как попала в его мир. Он внимательно слушал меня и на каждую фразу хмурил брови, задумываясь.

Прошло немного времени, когда дверь снова отворилась. На пороге появился худой старик в белой мантии в сопровождении охранника. Мужичок низко склонился перед нагом, бормоча: «Мой повелитель», и прямо на коленях пополз к нему, волоча по полу длинную седую бороду,

— Что там, Икрам? — резко спросил его Армес

— В вине оказался сок корня захремара, — проблеял спуга. — Если бы вы его выпили, то…

— Я знаю, что случилось бы. Не нужно напоминать, — оборвал его наг и посмотрел на охранника, который стоял у входа. — Бахт, вызови ко мне твоего начальника.

Срочно!

Воин тут же смылся исполнять приказ.

— Икрам, как же ты пропустил отравленное вино? — с усилием проговорил наг. —Или сам налил отраву?

— Что вы, мой господин! — бухнулся на колени старик, горячо выкрикнув. — Я столько лет верой и правдой служил вашему отцу и вам служить буду до самой воей смерти! Пощади, повелитель! Это не я! Не я! Клянусь Тимсахом!

— Кто же тогда подлил яд? — прищурился Армес.

— Не знаю! Я проверял вино! Оно было чистым! Кто-то потом добавил туда отраву!

— причитал маг — Пощади, Великий кабир!

— Иди отсюда, сахшисс, — прошипел король. — Ещё одна промашка с твоей стороны — и будешь висеть над входом в город!

Старик задом попятился к выходу, подметая пол седой бородой, и также на коленях выполз за дверь.

— Как думаешь, азра, кто добавил отраву для меня? Может, ты?

От такого вопроса я потеряла дар речи.

— Кууда бы я его спрятала? — возмущённо выдавила я из себя. — Я зашла в ваши покои в одном полотенце.

— Ладно, расслабься. Я пока тебя не подозреваю, — пристально взглянул на меня мужчина.

Снова отворилась дверь. На этот раз вошла старая женщина в чёрном балахоне и палантине, расшитыми золотыми узорами. Она шагнула в покои, гордо подняв голову, и мягко, не спеша, ступала по ковру.

Встав перед сидящим на полу повелителем, гостья чуть склонила голову и устало произнесла.

— Великий кабир, зачем звал? Спать не даёшь старой рабыне.

— Умида, поверь, есть более важное дело, чем твой сон, — спокойным тоном ответил наг — Взгляни на эту азру. Узнаёшь ли ты её?

Женщина прищурилась и направила взгляд на меня.

— Накинь, деточка, на голову полотенце, — мягко произнесла она, обращаясь ко мне. — Я получше разгляжу тебя.

Перечить старой женщине не хотелось, и я набросила на себя ткань, скрыв волосы и лоб.

— Да, мой господин, это она! — радостно воскликнула женщина, повернувшись к нагу. — Новая дариши для моего повелителя!

— Но, Умида, ты не говорила, что у неё светлые волосы, — сжал кулаки мужчина, смотря на меня.

— Так в моём видении она была в платке, и волос не было видно, только красивые голубые глаза, — невозмутимо ответила она, а затем прищурилась и подозрительно