Кэрол Мортимер - Сад для моего любимого

– Что там? – быстро спросила Джез, охваченная страшным предчувствием.

Бо пожал плечами.

– Какое-то письмо. Ты что? – запротестовал он, когда Джез выхватила конверт у него из рук. – Что это?

Джез крепче сжала конверт.

– Если мне повезет, то внутри окажется оплаченный счет. – Она пыталась отшутиться, чувствуя, что ей это плохо удается. Но нельзя ни с кем обсуждать эти письма, тем более с ним. Джез открыла дверь.

– Желаю приятно провести время, Бо, – беззаботно сказала она.

– Тебе того же, – рассеянно ответил он, все еще хмуро глядя на нее. – Джез…

– Господи, какой холодный вечер! – Она сделала вид, что дрожит от холода.

Бо посмотрел на темное небо, по которому неслись облака.

– По прогнозу в конце недели ожидается снегопад.

– Этого еще не хватало! – с чувством воскликнула Джез.

Он усмехнулся:

– Не очень хорошо для растений?

– Совсем нехорошо. Б-р-р. – На этот раз она непритворно вздрогнула. – Осторожнее на дорогах завтра.

Бо поморщился.

– Говоришь сейчас, как моя мать.

– Я думаю, что когда ты рядом, мое эго тоже не может раздуться! – негодующе воскликнула она. Его мать, надо же!

– Я думаю… – начал Бо. Протянув руку, он ласково провел ею по бархатистой щеке Джез и увидел, что девушка покраснела.

Не в силах шевельнуться, Джез провела кончиком языка по пересохшим губам, завороженная нежным взглядом Бо, смягчившим его обычно высокомерное лицо.

– Ты думаешь?.. – повторила она.

Бо внезапно вышел из транса. Выпрямившись, он отдернул руку от ее щеки.

– Я думаю, что твоему эго не помешало бы немного вырасти, – резко сказал он. – Даже больше, чем немного.

Джез сердито сверкнула потемневшими глазами.

– Ты…

– Джез, только слепой не заметит, что у тебя комплекс неполноценности величиной с гору, – безжалостно продолжал Бо. – Почему – не имею представления…

– Как ты смеешь? – Она задохнулась от возмущения. Кем он себя вообразил? Психологом-любителем? Он не имеет права!

– И я намереваюсь узнать – почему, – мрачно заключил Бо.

Джез внезапно замерла. Едва дыша, она со страхом смотрела на него, сжимая в руке непрочитанное письмо, которое внезапно показалось ей невероятно тяжелым.

– Что ты хочешь сказать? – едва выговорила она.

– То, что сказал, Джез, – отрубил Бо. – Должна быть причина, по которой одна половина Абертона жалеет тебя, а другая смотрит с подозрением.

Да, именно так к ней относятся в деревне. И этому человеку не потребовалась и недели, чтобы понять это…

Джез презрительно скривила губы.

– У тебя слишком богатое воображение…

– Неужели? – резко спросил Бо. – Что ж, посмотрим!

– Что ты имеешь в виду?

– Я не совсем уверен, – признался Бо. – Но одно становится мне все яснее… – он нахмурился.

Что? Джез затаила дыхание. Письмо, казалось, жгло ей пальцы. Он невесело улыбнулся.

– Мне следовало получше познакомиться с деревенской жизнью, прежде чем покупать здесь дом. Я думал, что Лондон – минное поле сплетен и вымыслов, но его не сравнить с Абертоном!

Джез ахнула.

– По-моему, ты немного несправедлив!

– Неужели ты так думаешь? Учитывая все обстоятельства, это очень великодушно с твоей стороны. Я здесь чужой, живу в деревне всего несколько дней, и, несмотря на это, уже несколько человек не постеснялись обсуждать со мной тебя.

– Это не совсем так, – с негодованием возразила Джез. – В словах Барбары, Бетти и Мэдлин не было ничего обидного, а что касается Денниса… Он был другом моего отца…

– Тем более, – холодно заявил Бо.

– Да, – нетерпеливо согласилась Джез. – Но папа был очень уязвлен тем, что мать бросила его…

– А ты? Сколько лет было тебе? Семнадцать. Тот возраст, когда требуется любовь и руководство матери. Но вместо этого тебе достались жалость или предубеждение…

– Ты не понимаешь, Бо, – устало прервала его Джез.

Потому что он не знает всю историю – и она не намерена рассказывать ее.

– Не понимаю, – вздохнул он. – Твоих родителей нет в живых, бабушки и дедушки тоже, так какого черта ты все еще живешь здесь?

Джез в изумлении посмотрела на него. Никто никогда не задавал ей подобного вопроса. И теперь она не знает, что ответить.

Куда она может уехать? Ведь она родилась и выросла в Абертоне.

Но достаточно ли это веская причина, чтобы оставаться в деревне?

– Поразмысли над этим, – посоветовал Бо.

Она вымученно улыбнулась.

– Я думаю, тебя это не касается. Ты очень щедро раздаешь советы, говоришь, что мне следует или не следует делать. Для человека, который… – Джез умолкла, закусив нижнюю губу. Она поняла, что необдуманные слова едва не сорвались с ее губ.

– Ну, продолжай, – тихо произнес Бо.

Она едва не перешла опасную черту, но Бо обидел ее.

Джез покачала головой.

– Забудь об этом, – сказала она, стараясь не встречаться с ним взглядом.

Бо заглянул ей в лицо.

– Нет, не думаю, что забуду, – насмешливо произнес он. – Что ты, интересно, напридумывала, пытаясь попять, почему я приехал в Абертон?

У Джез перехватило дыхание, и краска начала заливать лицо.

– Я… – виновато начала она.

– Осторожнее, Джез, – язвительно предостерег Бо.

Она бросила на него сердитый взгляд.

– Вы здесь не на своем шоу, мистер Гэрретт, – огрызнулась Джез. – Кажется, вы больше не имеете… – Она испуганно умолкла, поняв, что едва не проговорилась. – Извини. Я не имела в виду…

– Нет, имела, – возразил Бо, отчужденно и высокомерно глядя на нее. – Но у меня нет настроения удовлетворять любопытство сплетников – и твое тоже – и объяснять, почему я приехал сюда. Тебе холодно, – сказал он, заметив, что девушка дрожит.

Только эта дрожь была вызвана отнюдь не холодом, а ледяным презрением, которым веяло от Бо.

– Да, – спокойно подтвердила Джез. – Желаю приятного уикенда, – тихо добавила она.

Бо насмешливо поклонился и вышел на улицу.

– И тебе того же, – протянул он.

– Но куда ты поедешь, Джез? – озабоченно глядя на нее, спросила Мэдлин. Она была явно удивлена.

Джез заглянула к ней по пути домой. Большую часть дня она проработала в саду Бо Гэрретта, стараясь избегать разговоров с Деннисом Дейвисом, продолжавшим трудиться над крышей, и теперь у нее возникла потребность в женском обществе и совете. Мэдлин была единственным человеком, с которым она могла поговорить. Кроме того, подошло время послеобеденного чаепития, и Мэдлин, несмотря на весьма неэлегантное одеяние Джез, была рада выпить чаю со своей неожиданной гостьей.

Пожав плечами, Джез взяла предложенную ей чашку.