Усадьба с памятью - Полина Змееяд

Нем­но­го по­ду­мав, я по­про­си­ла Фе­до­ра пе­ре­не­сти по­ка вниз са­мые све­жие из кар­тин, а са­ма на­пра­ви­лась в спаль­ню. Взя­ла от­ту­да кни­гу с пе­реч­нем мо­е­го при­да­но­го, на­шла стра­ни­цы с пол­ной опи­сью всех книг и спу­сти­лась вниз, ту­да, где то­ми­ки сох­ли в теп­лой по­лу­ден­ной нети.

Опу­сти­лась на край тряп­ки, ко­то­рую ак­ку­рат­но рас­сте­лил слу­га, и, ис­ко­са на­блю­дая, как он спус­ка­ет­ся с лест­ни­цы с кар­ти­ной под мыш­кой, вдох­ну­ла уми­ро­тво­ря­ю­щий за­пах ве­сен­не­го вет­ра и ста­рой бу­ма­ги.

Раз ру­ка­ми ра­бо­тать я се­го­дня не мо­гу, по­про­бую хо­тя бы моз­га­ми. На­до про­ве­рить, все ли кни­ги на ме­сте и что из них про­да­но. В рас­пис­ках, ко­то­рые мне от­дал управ­ля­ю­щий, точ­но­го ука­за­ния их на­зва­ний не бы­ло, толь­ко опи­са­ния, а зна­чит, недо­ста­чу при­дет­ся ис­кать вруч­ную.

На­ча­ла я бод­ро: пе­ре­би­ра­ла то­ма, вы­ис­ки­ва­ла в кни­ге на­зва­ния и рас­кла­ды­ва­ла бу­ду­щую биб­лио­те­ку в несколь­ко групп. От­дель­но со­би­ра­ла кни­ги, ко­то­рые по­чти не по­стра­да­ли, от­дель­но те, ко­то­рые еще мож­но спа­сти, и от­дель­но – те, что на­мок­ли и ис­пор­ти­лись слиш­ком силь­но.

Все шло хо­ро­шо до тех пор, по­ка я пе­ре­би­ра­ла то­ма на рус­ском, но как толь­ко де­ло до­шло до фран­цуз­ско­го – или фрак­ско­го, как его на­зы­ва­ли здесь, – ста­ло труд­нее. Са­шень­ка зна­ла этот язык, но не на­столь­ко хо­ро­шо, как хо­те­лось бы. А ко­гда ста­ли по­па­дать­ся кни­ги и на гре­че­ском, про­цесс и во­все встал: в кни­ге от­ца на­зва­ния всех то­мов бы­ли за­пи­са­ны толь­ко по рус­ски.

– Алек­сандра Кон­стан­ти­нов­на, – по­звал Игорь в тот мо­мент, ко­гда я си­де­ла с рас­кры­тым на ко­ле­нях гре­че­ским тек­стом и со­кру­ша­лась об от­сут­ствии в этом ми­ре пе­ре­вод­чи­ка по фо­то.

Его го­лос тут же на­пом­нил об обе­де, и я, ед­ва успев успо­ко­ит­ся, сно­ва разо­зли­лась. За­чем его сю­да при­нес­ло? Не мог в ка­би­не­те по­си­деть?

– Что-то хо­те­ли, Игорь Пав­ло­вич? – хо­лод­но спро­си­ла я, под­ни­мая взгляд от непо­нят­но­го тек­ста.

– Я лишь хо­тел из­ви­нить­ся, – от­ве­тил Игорь, но так фор­маль­но, что я разо­зли­лась толь­ко силь­нее.

– Ну что вы? Раз­ве прав­да мо­жет оби­деть? – не ме­нее хо­лод­но улыб­ну­лась я и от­вер­ну­лась к кни­ге, да­вая по­нять, что не хо­чу его сей­час ви­деть.

– За­ви­сит от то­го, как она по­да­на, – вдруг смяг­чил­ся муж и, опу­стив­шись на ко­ле­но ря­дом со мной, ак­ку­рат­но за­брал кни­гу. – Что это у вас тут? Ого!

Игорь да­же ды­шать стал ре­же, про­во­дя по жел­той стра­ни­це длин­ны­ми паль­ца­ми так неж­но, буд­то ка­сал­ся не кни­ги, а те­ла воз­люб­лен­ной.

К ще­кам при­лил жар, но я тут же пе­ре­ве­ла взгляд с его ру­ки на стра­ни­цу.

– Что это за кни­га? – спро­си­ла де­ло­ви­то и взя­ла опись на­след­ства.

Раз уж при­шел, пусть пе­ре­ве­дет текст. С пар­ши­вой ов­цы – хоть шер­сти клок.

– Ко­пия ве­не­ци­ан­ско­го из­да­ния “Исто­рии” Ге­род­о­та. Ори­ги­нал на­пе­ча­та­ли в на­ча­ле шест­на­дца­то­го ве­ка, этот том… – Игорь пе­ре­лист­нул стра­ни­цу, – пят­на­дцать лет на­зад, то­же в Ве­не­ции.

Я на­шла со­от­вет­ству­ю­щую стро­ку в от­цов­ской кни­ге и от­ме­ти­ла на­про­тив нее ед­ва за­мет­ную га­лоч­ку гри­фе­лем. Су­дя по за­пи­сям, отец от­дал за эту кни­гу весь­ма нема­ло. И с го­да­ми она ста­нет толь­ко цен­нее.

– Как ду­ма­е­те, сколь­ко бу­дет сто­ить та­кой том сей­час? – уточ­ни­ла я, за­ду­мав­шись.

Игорь взгля­нул на ме­ня, на­хму­рив­шись.

– Ду­ма­е­те, про­да­жа от­цов­ско­го на­след­ства ре­шит ва­ши про­бле­мы? До сих пор это по­мо­га­ло, но ра­но или позд­но ваш чер­дак опу­сте­ет, – хо­лод­но от­чи­тал ме­ня он, слов­но школь­ни­цу.

Я сжа­ла гу­бы. Упрек-то по де­лу: мне и са­мой не нра­ви­лось, что управ­ля­ю­щий ре­шал фи­нан­со­вые во­про­сы за счет на­след­ства Са­ши, но не при­зна­вать­ся же, что под­пи­си на ста­рых до­ку­мен­тах ста­ви­ла не я?

– На­де­юсь, мне не при­дет­ся опу­стить­ся до это­го вновь, – при­шлось пой­ти на по­пят­ную мне.

– Вам и не нуж­но бы­ло, – с неожи­дан­ной го­ре­чью от­ве­тил Игорь. – Ес­ли вам че­го-то недо­ста­ва­ло, вы мог­ли на­пи­сать об этом мне. Но я так и не по­лу­чил от вас ни од­но­го пись­ма, мои день­ги вы пред­по­чи­та­ли пу­стить на ве­тер, мои по­дар­ки – ис­пор­тить и вы­бро­сить. И для че­го? Лишь для то­го, что­бы за бес­це­нок про­дать ан­ти­ква­ри­ат, остав­лен­ный вам от­цом, и жить на эти ко­пей­ки? И да­же не по­ста­вить ме­ня в из­вест­ность!

За бес­це­нок? А я ведь не об­ра­ти­ла вни­ма­ния, да и не мог­ла знать, сколь­ко на са­мом де­ле сто­и­ли те ве­щи, ко­то­рые про­дал управ­ля­ю­щий. Я ведь да­же не ви­де­ла их. Все это он про­во­ра­чи­вал за спи­ной Иго­ря, а ко­гда тот вер­нул­ся, на­вер­ня­ка за­ве­рил его, что эти сдел­ки за­клю­че­ны по мо­е­му го­ря­че­му же­ла­нию.

В моз­гу за­ше­ве­ли­лась смут­ная до­гад­ка, но до­ду­мать ее мне не поз­во­лил муж.

– Ес­ли так вы ви­ди­те свою бу­ду­щую неза­ви­си­мость, вы­нуж­ден вас разо­ча­ро­вать: та­кой сво­бо­ды я вам не поз­во­лю, – то­ном че­ло­ве­ка, ко­то­рый аб­со­лют­но уве­рен в ис­пол­не­нии сво­ей во­ли, за­явил он.

Я по­чув­ство­ва­ла, как в гру­ди на­рас­та­ет ярость. Как он сме­ет? Сам ед­ва ли ин­те­ре­со­вал­ся де­ла­ми же­ны и толь­ко по­сы­лал ей день­ги. Са­шень­ке да­же вра­чей не удо­су­жи­ва­лись вы­зы­вать! А те­перь он вер­нул­ся и ко­ман­ду­ет, буд­то у се­бя до­ма.

– Вы не име­е­те пра­ва рас­по­ря­жать­ся мо­им при­да­ным, – про­ши­пе­ла сквозь зу­бы я, уси­лен­но ста­ра­ясь про­жечь в му­же ды­ру ярост­ным взгля­дом.

Игорь в от­вет на вспыш­ку мо­е­го гне­ва вдруг тон­ко улыб­нул­ся.

– Дей­стви­тель­но, та­ко­го пра­ва у ме­ня нет. По край­ней ме­ре до тех пор, по­ка вы дее­спо­соб­ны, – ми­ро­лю­би­во по­яс­нил он, но в его об­ман­чи­во по­теп­лев­шем тоне толь­ко по­след­няя ду­ра не рас­слы­ша­ла бы угро­зы.

“Си­дит ти­хо, или сдам в пси­хуш­ку”, – та же угро­за, ко­то­рую я уже ви­де­ла в пись­ме.

Я сжа­ла паль­ца­ми кни­гу с опи­сью и по­хо­ло­де­ла от вне­зап­ной, но та­кой ло­гич­ной мыс­ли: уже не же­нил­ся ли Игорь на Са­шень­ке толь­ко ра­ди ее ан­ти­квар­но­го при­да­но­го?

И по­че­му я рань­ше об этом не по­ду­ма­ла? Ведь ес­ли так, то все ло­гич­но: уехал, оста­вил управ­ля­ю­ще­го, ко­то­рый за­пер же­ну в по­ме­стье, и ве­лел не пус­кать к ней док­то­ров, что­бы она ти­хо и без скан­да­ла ото­шла в мир иной. Толь­ко не преду­смот­рел, что от безу­мия же­на нач­нет рас­про­да­вать на­след­ство.

С дру­гой сто­ро­ны, Игорь – и не преду­смот­рел? С мо­им впе­чат­ле­ни­ем о нем это ни­как не вя­за­лось. Да и за­чем ему эти ве­щи? Из люб­ви к ис­кус­ству раз­ве что. Он ведь на­вер­ня­ка по­стро­ил свой за­вод не