Сергей Дубянский - Арысь-поле

— «Досуг день и ночь». Рады вас слышать, — ответил приветливый голос, — чем можем помочь?

— Не могли бы вы скрасить наше одиночество?

— Безусловно. Вам двух девочек?

— Естественно. Что мы, извращенцы? — обиделся Вадим.

— У нас тут разные встречаются, — хихикнул голос, — каких девочек предпочитаете?

— Одну должны звать Анжела, но ее у вас наверняка нет…

— У нас есть Анжела! — перебил голос.

— Она должна быть худенькая, с маленькой грудью — мой друг любит таких, а от этого имени он просто тащится.

Слава погрозил кулаком, а Вадим прикрыл ладонью рот, чтоб не рассмеяться.

— Ой, знаете! — радостно воскликнул голос, — у нас есть такая девушка, как вам нужна!..

— Прекрасно. А вторая, — Вадим задумался. Слава, ухмыляясь, обрисовал огромную грудь, огромные бедра и для пущей наглядности надул щеки, — вторая… — продолжал Вадим, — должна быть… неважно, как ее зовут. Я не так помешан на именах, как мой приятель, но… у нее должны быть длинные волосы, — выдал он первое, что пришло на ум.

— Это совсем без проблем. Вам доставить девочек или воспользуетесь нашими номерами?

— Лучше вашими.

— Чудесно. Четыреста рублей в час с человека, устроит?

— Вполне.

— Запомните адрес…

— Поехали в вертеп? — Вадим спрятал трубку.

— Поехали. Слушай, никогда не был в публичных домах. Даже интересно.

— Я тоже не был, но надо же начинать вкушать плоды свободы и демократии. Поедем на такси?

— А на чем же? Пьяным я за руль не сажусь, а как без бутылки с таким контингентом общаться?.. Лично у меня фантазии не хватит.

«Номера» находились на третьем этаже обычной «хрущевки», за облезлой зеленой дверью. Открыл им охранник в камуфляже с суровым лицом и дубинкой на поясе. Тут же появилась потасканная тетка в джинсах с ярким макияжем, делавшим ее какой-то старой и нелепой.

— Мы к Анжеле, — таинственно произнес Вадим.

— Анжела и Шарлота вас ждут. Только деньги вперед.

— Куда ж мы отсюда денемся? — Вадим усмехнулся, но полез за бумажником.

«Мамка» пересчитала купюры и спрятав в карман, повела гостей мимо кухни, где парень в майке аппетитно ел борщ.

— У вас еще и кормят? — пошутил Слава.

— Это наш водитель. Должен же быть у человека обеденный перерыв? — не оборачиваясь, пояснила «мамка».

Следующая комната оказалась закрыта, но оттуда доносились приглушенные женские голоса.

— Вам сюда, — «мамка» открыла другую дверь, — подождите.

Интерьер напоминал декорации с фотографий, которые показывал Виктор — обои, вытертые над изголовьем огромного дивана, мохнатое покрывало, трельяж, стол, два стула и светильник с розовым абажуром, который должен, видимо, обеспечивать интим.

— Мы будем все вместе на этом сексодроме? — Вадим удивленно повернулся к Славе.

— А что? Зато меняться удобно.

«Мамка» вошла, не стучась, поставила на стол бутылку водки и четыре стакана.

— Закуска нужна или так? У нас выпивка входит в стоимость, а закуска отдельно.

— И почем у вас фрукты? — ехидно спросил Слава — его безумно веселила вся эта ситуация.

— Двести рублей блюдо, — ответила «мамка» серьезно.

— Давай блюдо! — он по-купечески махнул рукой, — гулять, так гулять!

«Блюдо», оказавшееся обычной глубокой тарелкой, появилось незамедлительно.

— Два апельсина и три яблока за двести рублей — это хороший бизнес, — Вадим закурил, присаживаясь на диван, — интересно, презервативы здесь полагаются или свои надо носить?

— Сейчас узнаем, — Слава открыл бутылку, — паленая, блин — спиртягой воняет. Будешь?

— Не отравят?

— Анька придет, спросим.

Но первой появилась Шарлота. На вид ей было лет двадцать пять — самый цветущий возраст, только «цветок» этот вырос явно не на клумбе. Глупая улыбка никак не скрашивала грубоватые черты, а плохо промытые волосы и вовсе отбивали любые желания, но зато они, действительно, были длинными, так что придраться не к чему — заказ выполнен в точности. Аня вошла следом, опустив голову, как провинившаяся школьница.

— Ба, знакомые все лица!.. — засмеялся Слава.

— Вы?.. — Аня замерла, — ну, зачем?.. — голос ее звучал так жалобно, что Вадим удивился — вчера-то она выглядела более уверенно. Анина же напарница переводила удивленный взгляд с одного клиента на другого, не зная, как вести себя, если здесь уже существовали какие-то свои отношения.

— Садись, — Слава придвинул ей стул, — тебя как зовут?

— Шарлота.

— Ладно заливать-то! А то была у нас тут Анжела, а теперь, вот, стала Аня. Нормальное русское имя, так ведь?

— Наташа… — Шарлота покраснела.

— Во, другое дело. Пить, Наташа, будешь?

— Буду.

— Не отравлено? — Вадим кивнул в сторону бутылки.

— У нас этим не занимаются, — Аня покачала головой.

— Тогда, девчонки, — Слава разлил водку, — за вас!

После того, как все выпили, Вадим увлек Аню к окну.

— Слушай, — он обнял ее за плечи, — не знаешь, Игорь нашелся или нет? — от такого неожиданного вопроса девушка даже отпрянула, но Вадим держал ее крепко, — ты знаешь его телефон или какие-нибудь Юлины координаты?

— Без понятия. Но она с Катькой все время тусуется в «Бегемоте». Ты за этим пришел? — голос ее сделался обиженным.

— Естественно, нет… — конечно, он пришел за этим, но произнести вслух почему-то язык не поворачивался. Вадим задумчиво уставился на поникшие от жары тополя.

Аня подождала минуту, потом сама взяла его руку и положила на свою грудь, словно уча, что надо делать дальше, тем более, Слава с Наташей уже барахтались под простыней, смеясь и что-то горячо шепча друг другу.

— Ань, я час оплатил, но мне не нравится здесь. Давай не будем… кстати, за вчерашний день… — Вадим достал бумажник, но девушка поспешно закрыла его ладонь и оглянулась.

— Не сейчас. Наташка обязательно «мамке» стукнет, и та накажет меня за то, что беру мимо кассы. В другой раз.

Пряча бумажник, Вадим подумал, что другого раза, скорее всего, не будет. Говорить было не о чем, и он закурил, ожидая, пока Наташа отработает свои деньги. Освободившись от совсем не жарких объятий Аня последовала его примеру; оперлась локтями о подоконник, расставила ноги, но и эта поза не заинтересовала Вадима.

Покинули «номера» они за двадцать минут до конца оплаченного часа и оказавшись на улице, почувствовали, что дышать стало свободнее — вроде, отваливалось с них что-то грязное и липкое.

— Никогда больше не пойду к нашим проституткам!

— Почему? — Вадим наивно вскинул брови.