Ресурс-9 (СИ) - Прыгин Константин

— Это урфенжусы пластиковые! Я их голову мотал! Для на себе даже не оставлял. Ишак их маму делал, мозги для головы не заделал!

— Ладно, — сменил тему Академик. — Ещё сутки пути, а там уже в полдень будем на наших землях. Там, как дома будешь, спокойно всё и мирно.

Эта комната была сильно меньше, чем предыдущая. Ту комнату местные называли столовой, а эту — приёмная. Здесь также стоявший по центру стол был наполнен едой и напитками. Только посадочных мест было всего лишь на пятерых. Южанин по имени Талиб за три десятка своей осознанной жизни так и не привык к этим стульям. Конечно, он знал, как с этим обращаться, но удобства в этом не находил. Он уже хотел если не грубо, то в какой-то совсем простой форме речи отказаться от этой мебели и потребовать свой ковёр и тюфячки, но вовремя поймав на себе взгляд своего проводника вспомнил, что именно здесь скоро появится правитель этих земель. Все трое вошедших расселись на предложенные им места. Через некоторое время в комнату заглянула немолодая женщина и, приоткрывая плотные занавески окна, суетливо поинтересовалась, надо ли гостям чего-либо ещё. Впрочем, те не успели ответить, в комнату по-хозяйски зашёл молодой мужик с завидными размерами в плечах и росте.

— Здравствуйте, дорогие гости! — он не спеша каждого приветствовал рукопожатием и неизбежным последующим объятьем. — Как вам у нас? Всё ли устраивает? Вы уж, если чего, не обижайтесь на наших, к нам же гости редко приезжают, не видали людей других, вот и дивятся покуда… — он не договорил, радушно обнимая Талиба, услышал прохрустывание костей. — Ой! Прости, гость дорогой, — парню пришлось суетливо осматривать того, поправляя ему халат. — Я ж не это. Я ж, ну так. Ты как?

— Нормально. Это я так не подождал такое. Такое крепкое не подождал совсем.

— Ну да. Ты ж не баба, чтобы нежно тебя, — парень понял, что пример не удачный и резко сменил тему. — Да вы садитесь, кушайте, пейте. Батя вот-вот скоро уже будет. Академик, ну расскажи, нашёл ты там решения по горючке? Ох уж и нравится мне за рулём машины. Вот уж где сила! Мужики, вы горючкой торгуете? — он, обойдя стол, присел напротив Талиба.

— Дениска! Отстань от гостя! — в комнату вошёл заметно превышающий параметры парня мужчина матёрого возраста. — Хуже мухи прилип к человеку. Здравствуйте, гости дорогие! — в отличии от того этот обошёлся лишь рукопожатиями, не менее горячими и крепкокаменными.

— Талиб. Это Олег Вячеславович. Бурый, — наконец-то включился Академик. — А это его старший сын, Денис Олегович.

— Тоже бурый? — решил поинтересоваться южанин.

— Родом, Бурый, стало быть, — нашёл выход Академик. — Олег, а это гости твои люди торговые из земель южных. Талиб, сын Мансура неудержимого путешественника со двора дастопочтимого Зелимзан Махди. А это его верный друг Бахадор, сын известного в их краях мудреца Хабиббуллы.

— Очень рад знакомству! — Олег обошёл стол и сел на своё место, которое по всем признакам никто не решался занимать. — Отдохнули ли вы с дороги? Не станет ли нагрузкой для вас беседа в это время?

— О! Досточтимый Олег! Гостеприимство твоё такой высокий, как гнездо горных птиц. Я у себя дома не попадал бы такое. Ещё величественно я подвидал только во дворце великого Зелимзан Махди.

— Ох-ох, — усмехнулся Бурый. — Ну уж конечно! Куда уж нам? Где Султан — с Богом стоящий, а где мы — люди под Богом живущие?

— Зелимзан не наречён Султаном, уважаемый Олег, — всем видом покорно винясь уточнил Талиб.

— Он великий правитель, — с позволения Талиба включился его напарник. — Но, чтобы Султана ему, ещё три сложные тяжёлые шаги. У Всевышнего к нему ещё три вопроса. Время много пройдёт, Зелимзан ещё не ответит. Дела делает. Махди ему к имени говорят уже. Султан не готов ещё.

— Посмотри на то, как живёт обычный человек и поймёшь, как живёт его правитель, — вновь вернул себе слово Талиб. — Твой народ счастлив, он свободностью своей счастлив. Он защиту знает себе и детям. Крыша у каждого. Еда у них. На твоём столе еда. Сильный правитель сильного народа! Сильный наследник, — тот даже повёл плечом, вспоминая объятья Дениса. — Я много уверенный, что торговать с таким правителем, с таким народом не боятся надо. Уверенно для меня вот эта всё.

— Мы может быть всё так и к делам перейдём? — Денис явно заскучал. — То, что мы все тут такие хорошие, это понятно, а так вот если по делу? — парень тут же ощутил тяжёлый взгляд отца и поспешил оправится. — Нет, ну вы кушайте, пейте, на здоровье. Просто уже очень хочется понять, как вы там, что вы там, горючка есть, нет?

— Сын, молодой и горячий воин! — поправил ситуацию Талиб. — Это во много раз величит достоинства Отца! Милостью Всевышнего, придёт время, и мудрость Отца приумножится в этом человеке.

— Как говорят у нас: «Твои слова да Богу в уши».

— О, Олег, уши Всевышнего всегда и всех слышат, — поклонился Талиб.

— Тогда не будем его гневить, — таким образом решил сменить тему Бурый. — И поговорим о мирском. С чем приехал к нам человек торговый? Смотрю скотину привёл.

— Ой, мне стыдно такое! Да тут товар — не товар, такое тут. Маленько так, маленько так. Пока и нет такой товар в общем. Твой поручик — мудрый Академик, да хранит его разум Аллах, что попросил, и то малую часть собрали. Мы же на Столицу везли, до вас и мысли не был ехать. Но твой Академик уговорил нас лично посетить твои земли и напрямую наладить торг, — Талиб как будто бы вспомнил что-то и пояснил. — Великий Зелимзан Махди не разрешал вести торг с северянами мимо Столица. Я привёл свой караван к тебе подперёк его воля, на свой риск.

— Надо отметить твою отвагу, мой дорогой гость Талиб, сын Мансура, — Бурый, подняв свою кружку, намекнул ему поднять такую же возле него. — Выпьем же этот медовый отвар, за то, чтобы этот твой поход в семь раз оправдал тебя в глазах Зелимзана, и в десять раз приумножил твой доход!

— Прости моё нудный очень, дорогой Олег, но я надо тебе напомню, что мусульманин не положен алкоголинг.

— Я это прекрасно помню, гость мой дорогой. Но здесь северная сторона владений Всевышнего, а так как Бог един, то мы говорим об одном и том же ВЕЛИКОМ! — Олег, поставив кружку, обеими ладонями воззвал к небесам. — Нам же он велел, дабы сохранить род свой в морозах здешних, как эликсир жизни принимать легкоусвояемый алкогольный напиток в определённых дозах. Другими словами, говорит, надо понемногу, но периодически. Климат, знаешь ли. Заболеть так сильно можно, что и….

— Я понял, — неожиданно для местных он вдруг согласился, и оба гостя подняли кружки. — Любое лекарство, если перестараться, убивает.

— Вот! — Олег обрадовался точным пониманием Талиба. — Давай! Мы сейчас к вам рядом лекаря приставим. Она глядеть за вами издалека будет, если перебор увидит, остановит тут же.

— Это женщина? — в голос удивились торговцы.

— В этом вопросе лучше женщины нет никого в природе, — Бурый поспешил дополнить. — Ты не переживай. Она беспокоить тебя не будет. Просто в нужный момент в кружке окажется чай, а не мёд. Ты главное кушай, кушай.

— А вот этот мясо, это не барашка, — Баходор указал на тарелку вяленного мяса. — Корова вашего дома тоже нету.

— А, — понял Олег к чему клонит гость. — Свинины тут нет, клянусь всевышним. Так уж вышло, мы последнего кабана в наших лесах уже как год завалили. На людей кидались, мы всё приручить хотели, да вот не справились.

— Но мясо же это коровье! Академик говорит, тебе кАрова надо.

— Правильно он говорит. Надо корову мне. А мясо это из лесной коровы. Лось. Знаете зверя такого?

— Это дикий корова в лес побежал, который?

— Если ты про тех коров, что до войны у людей были, так те не выжили. Хищник как лёгкую добычу всю сразу сожрал. А вот лось у нас из покон веков сам по себе в лесу живёт. И до сих пор вот охотникам на добычу попадается. Вот кстати погляди, — он вдруг вспомнил яркое доказательство, что было в этой комнате как украшение. — Вот глянь, рога над дверью висят. Лосиные как раз. Прикинь тело какое? Корова, не меньше. Да что там? Больше, всяко больше.