Моё проклятие - Мария Меркер

— Хватит! — выплюнула я ему в лицо. — Всё это — бред! Вы выдумали эту чушь про какие-то правила, про подчинение, только чтобы держать нас на поводке! Вы просто играете с нами, как с куклами! Заставили меня поверить, что это всё что-то значит!

Я видела, как сузились его зрачки, но я уже не могла остановиться. Вся боль и унижение последних дней требовали выхода. Я должна была выплеснуть этот гнев на Даниила, но... Когда я смотрела на него, меня всё время что-то останавливало. Словно его присутствие и вправду подавляло мою волю. Словно между нами была какая-то связь. С Натаном этого не было.

— Ты… ты просто больной извращенец, Натан! Вы оба — психи, которым доставляет удовольствие ломать жизни другим людям! — выкрикнула я, уже не боясь, что Даня может услышать. — Вы просто... Вы...

Я пыталась подобрать слова, но Натан не дал мне закончить.

Его движение было таким молниеносным, что я даже не успела моргнуть. Пальцы мужчины стальными тисками впились в ткань моей футболки на груди. Одним резким движением он приподнял меня и буквально впечатал в стену.

Спина отозвалась тупой болью, дыхание перехватило. Натан навис надо мной, его лицо было в сантиметре от моего. В его глазах больше не было льда — там полыхало что-то по-настоящему пугающее.

— Ты даже не представляешь, насколько ты сейчас близка к краю, — прорычал он, и я почувствовала, как его пальцы еще сильнее сжимают ткань. Костяшки почти впивались в моё горло. — Никогда больше не смей открывать свой рот в таком тоне.

— Посмею! — процедила я сквозь зубы. — Думаешь, ты поступаешь правильно? Ты издевался над моей сестрой, заклеймил ее, ты сделал ей ребёнка и продолжаешь издеваться! И твой брат... Он точно такой же, как и ты!

— О нет, лапочка, — Натан, всё ещё держа меня за грудки, поставил на ноги. Его губы растянулись в улыбке. — Он не такой, как я. Он ещё жалеет тебя. Знаешь... Я тут подумал. Что, если мне заняться тобой?

— Что?

— Отказываешься подчиняться моему брату, тобой займусь я. Я не слышал, как ты кричишь в постели с ним. Не слышал, как просишь его остановиться. Как ты жалобно стонешь. Я заставлю тебя кричать, — он наклонился ко мне и коснулся носом шеи. Я не могла пошевелиться. Оцепенела. Как тогда, когда Даниил впервые заявил о своих намерениях, но ещё хуже. Тогда помимо страха был и трепет. Сейчас только неподдельный ужас.

— Я... Я верна ему, — не зная, что сказать ему, пролепетала я. Сейчас только эти слова казались мне правильными. — Я обещала.

— Тогда держи своё обещание! — стукнув ладонью по стене, он прорычал мне в лицо. — Иначе я не сдержу своё!

Поджав губы, я закивала головой, и, заметив движение боковым зрением, почувствовала, как пол уходит из-под ног. Даниил, полусонный и бледный смотрел на нас, скрестив руки на груди.

Глава 16

Всё произошло так быстро, что я не успела закрыть глаза, чтобы не видеть. Даниил стоял спокойно, исподлобья смотря то на меня, то на своего брата. Натан уже открыл рот, чтобы придумать какое-то объяснение своему поступку или просто отмазку, но не успел.

Один широкий шаг, взмах кулака, тяжёлый удар обрушился на челюсть старшего брата. Голова Натана развернулась градусов на сто двадцать, не меньше, он пошатнулся и врезался в столешницу и рухнул на бок. Он не был готов к удару, не ожидал, что брат вспылит.

Но Даня и не всплылил. Он не кричал, не продолжил размахивать кулаками. Драки не случилось. После того, как он вмазал своему брату, он просто стоял, спрятав меня за свою спину, а когда Натан поднялся и молча подошёл к раковине, чтобы смыть кровь с разбитой губы, он взял меня за руку и повёл наверх. Только мы зашли в спальню на чердаке, и мой испуг прошел, я вспомнила все свои слова, как назвала их обоих психами. Слышал ли он это?

Или только то, что я верна ему? Если слышал всё, то наверняка мои слова о верности выглядели как попытка защитить саму себя.

Но, заведя меня в спальню, он молчал. Усадил меня на кровать и начал молча раздеваться...

— Ты что? — спросила я, глядя на то, как он снимает с себя футболку, стаскивает штаны.

— Ничего, Ев. Собираюсь в душ. Если есть желание, раздевайся, идём со мной, — он говорил так, будто ничего не произошло.

Я ничего не сказала. Сидела и смотрела, как он раздевается с каким-то пугающим, механическим спокойствием. Он только что ударил старшего брата — человека, который, казалось, был его единственным союзником, и не только, разница в возрасте, как у меня и Аниты, больше пяти лет сказывалась на их поведении. Натан был не только братом, но и опорой, но на лице Дани после произошедшего ни разу не отразилось ни капли раскаяния или волнения. Бросив одежду на пол, он, абсолютно нагой и отстраненный, взял полотенце и скрылся за дверью ванной.

Я сидела, глядя на свои дрожащие пальцы и чувствуя себя так, словно меня окатили ледяной водой. Это равнодушие пугало больше, чем любая вспышка ярости. Не в силах оставаться наедине со своими мыслями, я разделась, как и он, догола, убрала наши вещи, чтобы потом рассортировать для стирки и вошла в ванную следом за ним.

Душевая кабина была достаточно просторной для двоих, это мы уже испытали... Струи горячей воды вовсю хлестали по кафелю, наполняя пространство густым паром. Даниил стоял под потоком, подставив лицо воде.

— Потри мне спину, — не оборачиваясь, тихо попросил он и добавил спустя пару секнуд: — Пожалуйста.

Я взяла мочалку. Руки слегка дрожали, когда я коснулась его кожи. Мышцы под его лопатками сильно напряглись, и это напряжение чувствовалось даже через плотную мочалку. Я терла его спину, смывая невидимую грязь этого дня, а потом он молча забрал мочалку у меня и сделал то же самое, но уже аккуратнее, чем я. Татуировку он не шоркал, бережно погладил намыленными пальцами. Мы не проронили ни слова о Натане. Ни о том, за что он его ударил, ни о том, что будет дальше.

Я хотела открыть