Кошачий переполох. Котик, ты будешь моим! - Алекса Алс

Мы вошли внутрь. Наше появление было встречено странными заинтересованными взглядами всех присутствующих. Ну, нет, водички я точно просить больше не стану!

— Может вина? И перекусить что-нибудь? Попробуйте наше фирменное блюдо — «язык болтуньи в сметанном соусе» или может быть не менее популярное «картошка в депрессии»? Или самый шик — козюли под шубой из глазуньи? — ошарашил меня демон за стойкой, — козюли не простые, а породистые! — гордился он.

Козюли⁈ Серьезно⁈ «Ну не простые же, а породистые! Надо брать!» ехидно подсказал мой разум. К таким кулинарным изыскам меня жизнь не готовила. Желудок же пожелал покинуть мою скромную зареберную обитель, если только я попробую в него запихать болтунью вместе с языком или козюлю в странной шубе.

— Это еще что за мишленовские изыски? — тихо спросила я Валериуса.

— Болтунья — это такая животинка, вроде ваших коров, только болтает без умолку, легче прибить, чем переслушать. Козюли — это как козы вашего мира, но только рога вниз растут.

— А глазунья? — спросила я на свой страх и риск, даже не особо желая знать ответ.

— Небольшой зверек, размером с белку, как увидит кого-то особо ей понравившегося — будет смотреть, и смотреть на тебя днем и ночью, буквально преследовать.

— Понятно, понятно…… Легче прибить, чем отделаться от гляделок…. — чуть ли не хватаясь за сердце, пробормотала я, — а чье мясо мы ели тогда в таверне, в первый день?

— Ну как чье? Попорога. Рог у него на заднем месте. Их даже в боях используют, — провел мне экскурс в местную фауну Валериус.

Как же мне теперь жить с этими знаниями? Лучше бы, как и раньше, считала мясо в тарелке просто каким-то мясом, без шокирующих подробностей!

— Я сам закажу, а ты иди за дальний стол у окна, — скомандовал он и я безропотно подчинилась.

Через минут пять он присоединился ко мне.

— И что же ты заказал? — я подозрительно сощурилась.

— Стейки с овощами и вино, — меланхолично ответил Валериус. У меня же как-то пропало настроение спрашивать, чье же мясо мне сейчас принесут — попорога или несчастную козюлю. Сжую даже ее.

Ужин проходил в неловком молчании. Со всех сторон на нас косились оборотни, демоны и даже парочка вампиров. Кровососы-то здесь что забыли? Или специфические пакеты в продаже тоже имеются?

«Ага, из случайных путников набирают!» позлорадствовала нервная система, да тут никаких нервов не хватит.

— Я заказал комнату на ночь, завтра на рассвете продолжим путь, — Валериус спрыгнул со стула и начал подниматься на второй этаж.

Забрав у служанки ключ и расплатившись за ужин и ночлег, я присоединилась к нему.

Комнатка была скромно обставленной. По стеклу небольшого замызганного окошечка ползали пара мух. Что ж, постоялый двор оправдывает свое название уже наполовину. Осталось только убедиться в наличии клопов в постельном белье.

Вот бы в нашем мире гостиницы и рестораны имели названия, отражающие их суть, ну, например, гостиница «Нестиранное постельное белье» или ресторан «Вчерашний суп».

Все же решила проверить постель на вшивость, точнее на клоповость. Вроде ничего нет. Но все же спальное место вызывало сомнения, а не кусачее ли оно?

— Не хочешь раздеваться, так ляжем поверх одеяла, — предложил Валериус.

— Это лучше, чем ничего, — ответила я, и мы достаточно удобно расположились поверх покрывала.

Не смотря на одолевающие меня сомнения, кусать нас никто не спешил, и уснуть получилось довольно быстро.

Что это за шорохи странные? Приоткрыв один глаз, всмотрелась в темноту. За нашей дверью кто-то копошился. Тело в мгновение ока перешло в боевую готовность. Через секунду вскочил и Валериус.

— Там кто-то есть! — прошептала тихо.

— Да слышу я, дверь заклинанием вскрывают…. Вставай и возьми свой мешок, может и бежать придется, — обрадовал он меня, — но лучше сразу беги в дверь, не разбираясь.

Сам же Валериус встал в боевую стойку, спину выгнул, шерсть дыбом, ну просто боец ММА.

Схватив мешок и прижав его к груди, застыла как суслик в углу за дверью. Через пару минут дверь для нашего незваного гостя поддалась и неизвестный не то грабитель, не то убийца, ввалился в комнату и направился к постели.

Недолго думая, я, не разбирая дороги, метнулась в дверь и затем вниз по лестнице. Сзади же раздавались душераздирающие вопли с упоминанием всех матерей на свете.

Внизу в столь поздний час никого не было. Выскочив на улицу, решила укрыться в тени больших деревьев, что росли напротив постоялого двора. Кто же это был? Может действительно наш странный кучер? По приезду сюда я его не видела. Может он остался в экипаже, а потом что? Грабить нас пошел?

Так обчистить он нас и днем мог, в ближайшем лесу. «И никто не узнает, где могилка твоя!» скорбно и щемяще надрывно голосила моя нервная система, «Вина еще не доказана, не нагнетайте! Может это вообще другой постоялец в не самом адекватном состоянии двери перепутал! Ирония постоялого двора такая!» предложил разумный довод мой рассудок. Ну, а сердце что? А сердце пыталось отряхнуться после того, как смачно грохнулось в пятки.

Стояла я тут не то в засаде, не то в укрытии уже порядка четверти часа, пока за моей спиной шорох не раздался.

Я даже развернуться полностью не успела, как меня повалили на землю.

— Не меня ожидала увидеть? — хитро прошептал Валериус. Именно он собственной персоной и навалился на меня под деревьями.

— А ты как думаешь? Просто подойти нельзя было⁈ — шипела я. Да уж, сердце у меня уже второй раз за последний час отряхивается после глубокого падения.

— Тут могут быть еще подельники нашего ночного будильника, так что лежи и прислушивайся, — прошептал он, не слезая с моей груди.

— А этот будильник то сам кто? — спросила я, передвигая его лапу ниже, чем он ее сейчас определил. «Ну, ни стыда, ни совести! Совсем молодежь распустилась! Накладывают тут, понимаешь ли, мохнатую лапу без предложения бессрочно взять под свое покровительство руку и сердце дамы, да и все остальные части тела тоже!» возмущалось мое наконец-то отряхнувшееся сердце.

— Да кто его знает? В маске он был…. Но точно не наш кучер, если ты хотела именно это спросить, — добавил он больше загадок, чем ответов.

— И кто тогда? Кто вообще мог знать, куда мы едем? — спросила я и, наконец-то села вертикально, спустив Валериуса с рук, хоть он там уже и пригрелся.

— В идеале никто, никто не