Мир второго шанса - В.Руденко
— Кто вы такой… Так фамильярно разговаривать с богиней?
— Молодой человек, тебе приходилось бывать в Астерре?
— Да. Был в составе посольства.
Алексей приблизился, его одеяние путника сменилось на лёгкий доспех.
— Вы…
— Да. Император Алексей. Это Нешшара, моя… первая женщина в этом мире, наша дочь Таришша, и внучка Мишшатара.
Юноша упал на колени.
— Ну, ну… Вставай, и иди. У тебя не так много времени осталось, потом Мишшатара вернётся к своему настоящему облику, и домой.
Юноша вскочил, и держа девушку на руках, поспешил к выходу.
— Так, что ты там говорил про статуи? — Спросила Нешшара.
— Она просила прекратить изображать её беременной. Устала, всё болит.
— Что!? Но как…
— Изобразите её… молодой и красивой, или зрелой. Но никаких беременностей, можете добавить детей на руках, это будет соответствовать облику прародительницы… Нет! Точно нет! Она мне за эту ораву потом все мозги вынесет. Просто здоровой нагой.
— Я… поняла.
— Хорошо. А пока займёмся наполнением гнезда жителями.
* * *
Гнездо наполнилось жителями, и благодарная Зушшана сделала его процветающим. Нешшара передала пост матриарха Таришше, и вскоре мирно скончалась. Таришша, хоть и старела медленнее других наг, но тоже уже была не молода, и через несколько лет передала пост Мишшатаре, уйдя на покой. Мишшатара была мудрым матриархом, но это уже не имело значения.
Вокруг озера вырос город Шур’Балаим, архитектура которого была воссоздана на основании руин древних королевств нагов. Этот город стал столицей королевства Шонагар, что было независимым, но находилось под протекторатом и защитой Астерры. Первыми правителями стали король Чушшуруш, сын Мишшатары, и его жена, королева-соправительница Кашшапата, лесная нага, прибывшая из дальних земель, сначала как странник-разведчик, потом, как та, что вела за собой нагов из земель, что лежали далеко на востоке, и были разрушены Великим землетрясением.
* * *
«О исторических хрониках королевства Оверия»
Глава 11 (фрагмент)
///
«А теперь, мы переходим к самой загадочной фигуре того исторического периода королевства. Королева Митара. Та, что играла важную роль в жизни королевства, и о которой неизвестно ничего, ни её происхождение, ни место, где она появилась на свет, ни, даже, её имя.
Да, это удивительно, но во всех документах она записана как «Королева-воительница», «Жена короля», «Мать наследного принца». Её имя упомянуто лишь в одном документе, и сам хронист указывает, что этот документ имеет повреждения, в том числе, в том месте, где указано её имя, и сама запись выглядит как «Известная как королева Ми — тара» где «—» обозначает дефект на листе (сквозная дыра), размер которого позволяет предположить, что там были записаны один, или даже два символа.
История её появления при дворе описывается следующим образом (что подтверждено параллельными документами соседних стран).
В течении первых восьми лет, после восшествия на престол, Дориан II Калтадде лишился всех братьев и дядюшек и их потомков, что при отсутствии у короля наследника создало опасность кризиса власти и возможность начала гражданской войны. Только через пять лет королева наконец произвела на свет долгожданного сына. Однако, ребёнок оказался слаб здоровьем, так что его рождение хоть и ослабило, но не исключило возможность войны за трон.
Лишь через десять лет принц был исцелён. Этому предшествовали долгие и безуспешные поиски, во время которых король искал способ спасти сына, обращаясь к различным целителям, магам и жрецам. И наконец, он вместе с сыном, отправился в безлюдные земли на севере. Куда именно он держал путь, и что там произошло осталось неизвестным. Когда отряд короля достиг подножия гор Ришкалар, он приказал разбить лагерь, и оставив там спутников, двинулся в горы только вдвоём с сыном. Упоминается, что когда они вернулись, ребёнок выглядел более здоровым, и последующие годы болезни обходили его стороной.
По прошествии двенадцати лет, здоровье короля пошатнулось, и принц Седрик объявил, что отправляется в путь чтобы «вернуть старый долг». В путешествие он отправился с небольшим отрядом, но в горы поднялся в одиночку, отпустив отряд домой. И по пути обратно, нагнал их, но уже не один, а с девушкой.
Прозвище «Королева-воительница» подходит ей идеально. Митара описывается как высокая, красивая девушка, с телом закалённого в боях воина, и умелая в обращении с мечом. Что интересно, форма клинка оружия, что она использовала, была незнакома в королевстве, и, как позже описали иностранные послы, и в соседних странах. Много позже, похожее оружие наблюдали у некоторых наг-воинов, в возникшем севернее королевстве Шонагар.
Принц Седрик отказался сообщать о том, кто она, сказав лишь что «Её кровь благороднее чем моя». Однако, отцу он рассказал, ибо король Дориан разрешил брак, и признал их будущих детей законными наследниками.
Через несколько месяцев, когда стало ясно, что жена принца беременна, некоторые дворяне подняли мятеж, не признавая брак законным в отсутствии доказательств происхождения Митары. Несмотря на то, что она ждала ребёнка, принцесса выходила на поле боя, и одерживала победу в каждом поединке.
Дориан II успел увидеть своего внука, но вскоре после коронации Седрика IV его жена пропала. Именно пропала. Нет записей врачей, о том, что для неё роды прошли тяжело, наоборот, они отмечают её крепкое здоровье, и что она быстро оправилась после родов. Также, отсутствуют и записи о болезни королевы. В ведомостях казны ничего не говорится о сооружении гробницы для неё или о проведении похорон. Нет и протоколов суда или указов о изгнании. Нет и могилы с её именем или упоминания о проведении тайных похорон. Митара просто загадочным образом исчезает из истории королевства, меньше, чем через год после столь-же таинственного появления.
Нет упоминаний о ношении королём траура, но в новый брак он не вступал долгие годы. По сути, пятнадцатилетний наследный принц сам заставил отца взять новую жену. Опасаясь, что дворяне вновь могут поднять мятеж.
Опасения принца оказались не беспочвенны, однако в открытую усомнится в его праве на трон никто не решился.
Король Аларик «Дракорин» — сын Седрика и Митары. Прозвище, под которым он вошёл в историю — «Дракорин», на древнем, к тому времени вышедшим из употребления наречии королевства Оверия означает «Драконокровый». Причин для данного прозвища много, и если утверждение что «один глаз его жёлт как песок, а второй цветом подобен небу», и «он смотрел на них глазами змеи» (вертикальный зрачок) подтверждаются послами и торговцами, что видели его во время аудиенций с близкого расстояния, то вот утверждение о том, что «он мог изрыгать пламя» вероятнее всего является легендой. Хотя, возможно, что это