Двадцать два несчастья – 5 - Данияр Саматович Сугралинов
— Ну вот! Значит, тогда мы оформляем Сергея Николаевича Епиходова на замену Казанцеву, — повернулась она ко мне. — Казанцев у нас хирург, который оперирует, но он сломал ногу, причем и шейку головки бедра заодно, в общем, там сложные переломы. Ему делали операцию даже в Москве, и у него сейчас будет долгая реабилитация. Пока на его место можно вас взять. Будете помогать доктору Ачикову оперировать.
— Так что, оформлять? — переспросила Лида, переступая с ноги на ногу.
— Да, иди оформляй. К тебе Епиходов минут через десять подойдет.
Она посмотрела меня, а Лида ушла.
— Значит, я буду оперирующим хирургом на замене, — проговорил я. — Ну, это же временный вариант. Сколько бы этот Казанцев ни пробыл на больничном, рано или поздно он все равно выйдет. Пусть через месяц, пусть даже через два, а дальше что?
— А дальше посмотрим. Все равно вам нужно пройти испытательный срок, — сказала Александра Ивановна и отвела взгляд. — Более того, это же только ноль семьдесят пять ставки. То есть вы будете зарабатывать около пятидесяти трех тысяч. Понятно, что этих денег мало, поэтому мы вам можем предложить еще дополнительный вариант. Два дня в неделю вы можете ездить в деревню Чукша. Там есть амбулатория.
— Чукша? — удивился я и еле сдержался, чтобы не хохотнуть.
— Да, есть у нас такая деревенька. Это недалеко, километров семь от Морков. Там живет совсем мало народа, так что работы много не будет. Но тут такая ситуация… дело в том, что там проживает несколько ветеранов Великой Отечественной войны, они долгожители. А также герои военных действий. И поэтому в Йошкар-Оле было принято решение сделать отдельную амбулаторию для них. Показательную. Ну и сделали. А вот врача нету. Никто туда ехать не хочет, так как только четверть ставки. И добираться самому надо. В общем, сейчас там есть только один фельдшер и все. Поэтому мы бы усилили эту амбулаторию, нам для отчетности это прям нужно. Но только еще раз подчеркиваю, добираться вам придется самому, своим ходом.
— Ну, хорошо, — пожал плечами я.
Передо мной остро встал вопрос покупки машины. Деньги тратить не хотелось, но подержанное авто хорошо бы прикупить. В крайнем случае можно было взять скутер. Хотя я отдавал себе отчет в том, что под дождем по местным дорогам на скутере добираться в Чукшу будет не особо комфортно. А уж в метель…
— И за это неплохая доплата, почти семнадцать тысяч, и нормальный социальный пакет, — торопливо добавила Александра Ивановна, при этом в глаза мне так и не смотрела.
Я согласился, потому что выбирать не приходилось. По работе Казанцева была урезанная ставка, а мне все-таки в аспирантуру требовалась бумажка о полном рабочем дне. Так что пусть хоть так пока будет.
— Таким образом у вас получилась полная ставка, — просияла Александра Ивановна и облегченно выдохнула. — Вот видите, как все хорошо вышло? А потом вы будете получать еще больше.
— Сколько? Тысяч сто будет?
Александра Ивановна отвела взгляд и покраснела. Значит, меньше.
Я внутренне усмехнулся. Этих денег в прошлой жизни мне хватило бы, чтобы два–три раза сводить семью в ресторан, да и то не на полную катушку. Но выбирать не приходилось.
Поблагодарив главврача, я вышел в коридор и пошел искать Лиду.
Она ожидала меня у себя в кабинете. Кабинет был совсем крохотный, но уютный — на подоконнике стояла герань в горшке, на стене висел православный календарь с цветочками, а рядом с компьютером примостилась фотография в рамке: Лида лет на десять моложе, рядом мужчина и двое детей-подростков. Нормальная семейная жизнь, которой у меня в этом теле не было и не предвиделось.
Она была старшей медсестрой, но по существу исполняла роль исполнительного директора по всем вопросам. В маленьких районных больницах так часто бывает: главврач решает стратегические вопросы и занимается бюрократией, а старшая медсестра крутит все хозяйство.
Мне она сразу понравилась — мягкая, пышная, но эта полнота ее необычайно красила, эдакая уютная, женская, все округлости на месте, а главное — хорошее настроение и добрая располагающая улыбка с ямочками на щечках.
— Мы вас сейчас быстро оформим, — улыбнулась она мне. — Вы только тут и тут подписи поставьте. Я вам покажу, куда завтра приходить. А послезавтра вы уже сами в Чукшу поедете. График мы вам пока сделаем три на два. Три дня здесь и два там.
— Спасибо, — поблагодарил я.
— Сейчас все по делам разбежались, — продолжила она, — но вот завтра приходите к восьми тридцати, и мы вас на планерке со всеми сразу же и познакомим.
— Договорились, — кивнул я и улыбнулся в ответ.
В этот момент дверь распахнулась, и в комнату вошел мужчина. Доктор, судя по белому халату и шапочке.
Невысокий, коренастый, с широким простоватым лицом и окладистой бородкой. Он посмотрел на меня голубыми глазами, и в его взгляде мелькнуло что-то такое, чего я не понял. То ли настороженность, то ли оценка, то ли что-то еще, тут же исчезнувшее за маской радушия.
— Здравствуйте! — сказал он, и на лице его расплылась широкая улыбка. — Так это вы тот самый хирург из Казани?
— Епиходов Сергей Николаевич, — представился я и встал.
— А я — Ачиков. Тоже Сергей, но только Кузьмич, — добродушно хохотнул он и добавил: — И тоже хирург. Представляете? Получается: если ты Сергей — значит, хирург. Ха-ха-ха!
Я не представлял. Для меня статистическая выборка в два человека из нескольких миллионов мужчин, которые носят имя Сергей, являлась категорически недостоверной. Да даже в Морках сколько Сергеев живет. Наверное, под сотню, не меньше. И что, они все хирурги? Но сбивать оптимизм собеседника на первой минуте знакомства было как-то не комильфо. Тем более это коллега. Хочет он так думать — пусть думает.
— Да, удивительно получается, — улыбнулся я в ответ и крепко пожал протянутую мне руку.
Ответное пожатие Ачикова оказалось вяловатым, а ладонь была слегка влажной. Странно для хирурга. У нас обычно руки крепкие — профессия такая. Или это намеренно? Мол, я тут главный, а ты пока никто? Или просто характер такой, мягкотелый? Ладно, разберемся.
— Так вы у нас теперь работать будете? — подмигнув, задал он мне риторический вопрос. — Хирургом?
— Сейчас я буду заменять врача на больничном и ездить