Киноманьяк - Наиль Эдуардович Выборнов

— Меня ограбили, — честно сказал я.

— Вот как? — он прищурился. — И ты пошел в кино?

— А куда еще идти? В полицию?

Черный Клинт Иствуд рассмеялся и, давясь смехом, открыл двустворчатую дверь. Наружу просочился грохот спецэффектов, до этого приглушенный.

Кинозал оказался ни на йоту не чище вестибюля, но все равно он меня удивил. Таких больших экранов я прежде не видел: гигантское белое полотно нависало над, наверное, тысячей зрительских мест. Сверху даже выпирали балконы, как в филармонии. Но величие этого кинотеатра было лишь призраком безнадежно ушедшего прошлого.

Дрожащий луч проектора, рассекая облака сигаретного дыма, выводил на киноэкран пленку с трейлерами. Я шел мимо весьма забитых рядов, люди увлеченно обсуждали увиденное, ели, пили, веселились. Парочки изучали практическую анатомию без стыда и совести. Щупали друг друга, короче.

Между рядами было просторно, поэтому мне не пришлось тереться о колени недовольных зрителей. Я уселся в центре зала и уставился на экран. Хороший момент и подходящее место, чтобы исчезнуть в своих мыслях.

— Наполовину легенда, наполовину дьявол — в теле одного мужчины. Черный… В белом городе, — вещал закадровый голос, рекламирующий фильм. С экрана смотрели в зал два суровых негра в ковбойских шляпах. — Теперь он — их шериф, нравится им это или нет. И он принесет им черную справедливость… Они называют его… БОСС НИГГЕР.

По залу пробежал хохот и аплодисменты, люди засвистели, когда главный герой перестрелял целую кучу белокожих бандитов из своей рычажной винтовки. Побежали кони, зазвучала песня, пошли диалоги, в экран полетели комья попкорна. Но я мало чего слышал — думал о своем.

Кто я? Помню, что жил в России, помню, что был уже не молод, но имени своего не помню. Что еще?

Меня преследовало отвратительное чувство, словно еще час назад я жил другой жизнью, и что в момент пробуждения в холодной ванне эти воспоминания у меня еще были, но стоило мне покинуть воду, как они исчезли, растворились.

Может, это был сон? Наваждение. Мне приснилась другая жизнь, а реальность — она здесь. Или же конкретно сейчас я спал? Тогда нужно проснуться.

Спящий должен проснуться… Забавно. Кажется, это что-то из Линча. Из «Дюны», вроде. Так она же еще не вышла? «Дюна» вышла в 1984 году, потом был «Синий бархат» и «Твин Пикс», а через двадцать лет вышел третий сезон.

Стоп. Я помню фильмографию Линча, но не помню собственного имени? Как такое возможно? Я совсем ненадолго задумался о фильмах, и на ум пришли сразу десятки, нет, сотни лент — и я знал актеров, режиссеров, годы выхода, примерные зрительские оценки и даже сюжеты. Я помнил фильмы из будущего вплоть до 2026 года.

Хм… Если я все-таки действительно из будущего, значит, последним моим годом был две тысячи двадцать шестой.

И что интересно, сегодня восемнадцатое мая тысяча девятьсот восьмидесятого года. Я точно помню, что родился в этот день и в этот год. Совпадение ли, что меня забросило в день моего рождения? Это же очень символично. Неужели мне дали второй шанс?

Но кто? И второй шанс — на что?

Кажется… Кажется, я был каскадером. Хорошим каскадером. Умер на съемках музыкального клипа. Причем в нынешнем времени клипы в привычном смысле еще не изобрели…

Если представить, что я человек все-таки из настоящего времени, то откуда мне знать о клипах? В следующем году появится MTV, и там будут крутить клипы. Это будет прорыв. Новое медиа. А пока по телевизору крутят записи скучных выступлений музыкантов на различных шоу.

Я помню, какие фильмы выстрелят, а какие станут провалом… Можно ли на этом заработать? Нет. Заработок меня не интересует.

Второй шанс не дается ради загребания денег.

Я закрыл глаза и прислушался к себе. Сквозь туман прошедших десятилетий я увидел ее. Свою мечту, олицетворение амбиций. Я хотел быть звездой. Наследить в истории фильмами со своим участием. Дарить детям ту радость, которую мне в свое время подарили Брюс Уиллис, Сталлоне и Арни.

Я помню уныние. Недовольство жизнью. Я жил грезами и умер из-за своих фантазий. Меня убило желание доказать, что я еще не списанный кадр, что у меня еще есть потенциал. Теперь я могу попробовать еще раз, но теперь у меня более подходящее время и место. Вся классика, вдохновлявшая меня, еще впереди, и я могу успеть засветиться в ней.

Но что говорить обо мне…

Что насчет этого парня, Джошуа Клейтона? С ним-то что случилось? Похоже, его убили грабители — утопили в собственной ванной. Куда после этого попал он? В загробный мир или в мое предыдущее… точнее, в мое будущее тело? Или же после смерти он просто исчез, словно его и не было никогда?

А может, он остался здесь, в этом теле, кричит внутренним голосом, но я его не слышу? А что, если он — это я и есть?

Голова закипела. Метафизику я никогда не любил. И все-таки я пользовался его мозгом и двигал его конечностями, дышал его легкими, и в груди сердце билось тоже не мое. Как-то неправильно забирать себе чужое тело. И еще непонятно, остались ли у меня его воспоминания.

Я ощутил на себе пристальный взгляд и обернулся. Справа, буквально через пару мест, сидел юноша с белыми волосами. Он испуганно пялился на меня, но украдкой, прикрывшись за ладонями. Мы пересеклись взглядами, и он резко отвернулся. Еще один мой знакомый? Точнее, знакомый Джошуа.

— Эх, Пенелопа, какая у тебя упругая попка… — услышал я из динамиков. Посмотрел на экран — там зрелый мужчина в солидном костюме поглаживал ноги нимфетки в откровенно короткой юбке.

— Господин ректор, научите меня скорее взрослой жизни! — актриса прислонилась к «ректору». — Все девочки записываются на этот курс, и теперь я понимаю, почему!

— Учти, я очень строг. У меня нет лекций, только практические занятия, а в конце будет экзамен. Сдавать будет вся группа…

— Я буду вашей самой лучшей студенткой!

— Поверь мне, дорогая, я слышу это каждый день… Тебе придется удивить меня.

Дело шло к откровенной порнографии. Я снова повернулся, посмотрел на парня — он широко раскрытыми глазами смотрел на меня, весь красный от стыда и страха. Облизнув высохшие губы, парнишка вдруг вскочил с места, развернулся и побежал на выход.

Меня словно молнией пронзило — надо бежать за ним. Интуиция подсказывала, что он точно знает Джошуа Клейтона.

Я жаждал узнать, кем был человек, чье тело я