Бастард Императора. Том 34 - Андрей Юрьевич Орлов

Мирика продолжала стоять.

Девушка следила за происходящим, будто ещё не решила, какое место ей вообще позволено занять в этой комнате. Я осторожно взял её за локоть и направил к ближайшему дивану.

Только после этого ученица пошла вместе с нами.

Когда Аня поставила торт, выяснилось, что он не один. Их четыре.

Я посмотрел на стол, затем на жён.

По их хитрым взглядам стало понятно, кто именно занимался приготовлением. Да и сами торты при ближайшем рассмотрении немного выдавали создательниц: кое-где узор получился не совсем ровным, украшения отличались размером, а один край крема явно пришлось поправлять уже после завершения работы.

Но я уверен, что мне эти четыре торта понравятся куда больше любых других.

Аня заметила, что я разглядываю результат, и чуть приподняла бровь, ожидая реакции.

Я только улыбнулся ей, а подойдя ближе, поцеловал.

После того как все расселись, Яна решила устроить «мини-представление».

Она подняла руку, и ветер осторожно подхватил торты, приподнимая их над столом. Вика тут же выпрямилась возле Ани, а дочка Вадима и Лены подалась вперёд, не отрывая глаз от зависших сладостей.

Яна спокойно повела пальцами.

Воздушные лезвия разделили торты на порции, после чего каждый кусок плавно отправился к своей тарелке. Ни один не перевернулся, крем не размазался, а последние украшения опустились вместе с порциями так аккуратно, словно их всё это время придерживали руками.

Рты девочек приоткрылись.

Вика посмотрела на приземлившийся перед ней кусок, затем на Яну и первой захлопала в ладоши. Дочка Вадима сразу присоединилась, а через мгновение обе уже смеялись, поглядывая на оставшиеся части тортов в надежде, что представление продолжится.

Яна довольно улыбнулась и опустила остатки обратно на стол.

Похоже, обычное разрезание торта ножом теперь будут считать досадным упущением. Вот так и поднимают планку в семейных застольях. В следующий раз придётся удивлять чем-то совсем иным.

Мы принялись за чай.

Вика устроилась возле Ани, и я искренне порадовался, что дочь выбрала именно её. Папа, конечно, важен, но матери, которые так долго ждали возвращения ребёнка, сейчас заслуживают хотя бы немного спокойного времени рядом с ним.

Особенно Аня.

Она слушала Вику, помогала ей с тарелкой и всё ещё время от времени проводила ладонью по её волосам.

Владимира в гостиную не принесли.

Сын пока слишком маленький, а наши разговоры и детский смех только разбудили бы его. Поэтому знакомство Мирики со всеми членами семьи сегодня всё равно не состоялось бы.

Я взял ложку и попробовал свой кусок, с огромным удовольствием наслаждаясь им.

Минут пять Вика честно сидела рядом с матерью. Потом дочь будто о чём-то вспомнила, соскочила с дивана и оказалась возле меня. Не спрашивая разрешения, забралась на колени и весело засмеялась, когда я подхватил её за талию.

Я посмотрел на дочь, потом на собственную тарелку.

— Ты ко мне или к торту?

Вика не стала долго выбирать и с самым серьёзным видом ответила:

— К тебе, папа.

Я рассмеялся и обнял её.

Вот так, в семейном кругу, а не на огромном пиршестве или торжественном балу, мы и отмечали свою победу.

Пусть на фоне того, что ещё предстоит, она пока кажется лишь одной из первых и маленьких, ведь впереди нас ждёт немало сражений, битв и побед. Но сейчас можно не думать об этом каждую секунду, а просто радоваться.

Мы сидели вместе, пили чай, смеялись и рассказывали забавные истории. Аня что-то возразила Яне, Егор немедленно добавил своё замечание, и за столом снова раздался смех.

Вика устроилась удобнее у меня на коленях. Я поцеловал дочь в макушку и продолжил слушать, позволяя себе хотя бы сейчас никуда не торопиться.

Так бы и сидел с ними дальше… Если бы в какой-то момент не ощутил знакомое движение энергии.

Я замер с ложкой в руке, прислушиваясь. Затем улыбнулся ещё шире.

Вика сразу повернулась ко мне, заметив перемену, а я поцеловал её в лоб и осторожно спустил с колен на диван рядом.

— Хоп. Присмотришь за моим кусочком?

Дочь деловито кивнула.

Я поднялся и посмотрел на остальных.

— Простите, нужно ненадолго отлучиться. Но скоро вернусь с той, которая тоже заслужила быть на этом празднике.

Не дожидаясь возможных вопросов, я телепортировался.

Жёны, в отличие от остальных, наверняка уже поняли, кто проснулся.

Возле её двери я остановился всего на мгновение. Затем открыл и вошёл.

Таня сидела на кровати, осоловело оглядываясь, а её чёрные волосы немного растрепались после долгого сна.

Услышав дверь, она повернула голову и посмотрела на меня.

Я улыбнулся, подходя к кровати.

— Ну привет, спящая красавица…

Далёкая планета чуть дальше Солнечной системы:

На огромной, рыжего цвета из-за рыжих, прогоняемых по ней ветром песков планете, среди громадных, но ныне наполовину едва выглядывающих из-под песков чёрных строений, скользила небольшая чёрная тень.

Словно змея, она ловко и стремительно проносилась мимо зданий, пока не приблизилась к одному из самых больших и не скользнула внутрь сквозь щель.

Стремительное падение вниз закончилось у самого едва припорошённого песком пола трансформацией в женский чёрный образ.

Образ, встав на ноги, огляделся, а затем пошёл к трону на возвышении. Уже на нём, сев, женская фигура создала копьё, которое ударило о пол, и во все стороны поползла чёрная энергия, ускользая вниз трещинами.

Одна из валькирий прошлого какое-то время прислушивалась к чему-то, а затем едва заметно улыбнулась.

— Наконец мы на свободе, сёстры. А значит, можем привести в исполнение наш план… Все нечестивицы должны быть убиты, а копьё — вновь стать единым.