То-Рек. Великая охота - Катэр Вэй

И вот тут возник следующий вопрос.

А как, собственно, мы всё это богатство тащить собираемся? За две ходки точно не управимся, а если делать три или четыре, то до темноты не успеем.

Я взглянул на небо и недовольно поморщился. Солнце уже вовсю припекало макушку, а значит, время перевалило за полдень. Об этом тут же напомнил и желудок, болезненно сжавшись от голода.

Да уж, обеденный перерыв сегодня явно отменяется. Тут бы хоть до ужина управиться! А ведь всю эту гору мяса ещё и сохранить кому-то нужно.

Пришлось снова пораскинуть мозгами и вспомнить, как мы тащили козлятину и шкуры гиен. Тогда ведь справились! Значит, и сейчас что-нибудь придумаем.

К счастью, люди принесли с собой длинные жерди, а недостающие мы нарубили тут же, в лесу. Нэра, похоже, выгребла из нашей пещеры все запасы кожаных ремней и верёвок, так что материала для креплений хватало. Из жердей соорудили несколько широких носилок, скрепив их поперечинами и натянув между ними ремни. Получилось грубовато, зато достаточно прочно, чтобы переносить тяжёлые куски мяса.

Другие тяжёлые куски мяса мы подвесили к длинным палкам, предварительно связав их попарно, чтобы те не слишком прогибались под тяжестью. Теперь каждый такой груз могли нести двое, положив концы жердей себе на плечи.

А для особенно неудобных нош пригодились волокуши.

Собственно, ничего сложного. Берём две длинные жерди, связываем их с одного конца, а свободные разводим в стороны, чтобы получился треугольник. Между жердями закрепляем поперечины из крепких веток, укладываем на них груз и хорошенько притягиваем верёвками, чтобы ничего не свалилось по дороге. Остаётся только приподнять связанный конец и тащить за собой. Широкая часть волочится по земле вместе с грузом.

Простейшее изобретение, а пользы — вагон.

Правда, на мягком лесном грунте волокуши временами цеплялись за корни и застревали в кочках, зато по более ровным участкам скользили вполне прилично.

Проверив крепления и убедившись, что мешки не сваливаются при каждом рывке, я наконец объявил:

— Всё! Первую партию отправляем!

Носильщики засуетились, разбирая приготовленные грузы. Взрослые взваливали на себя самые тяжёлые мешки и брались за носилки, подросткам доставалась ноша полегче. Даже пятилетняя мелюзга не осталась в стороне: четверо малышей впряглись в одну из волокуш и дружно потащили вполне приличный груз. Трое тянули спереди, а четвёртый старательно подталкивал сзади.

Надо же! Неожиданно. А ведь неплохо у них получается!

Я ещё раз оглядел ребятишек и вдруг сообразил, что среди них не хватает Таш.

А где наша егоза?

Похоже, Нэра оставила её дома присматривать за близнецами и Кабу — тем самым мальчишкой с черепно-мозговой травмой, которого Барк забрал в нашу пещеру.

При этой мысли я невольно нахмурился.

Надеюсь, Кабу не вздумает обидеть Таш. Парнишка вроде спокойный, но после такой травмы всякое возможно.

Особенно меня беспокоило возможное повреждение лобных долей мозга, прежде всего префронтальной коры. Именно эти отделы отвечают за самоконтроль, планирование действий, оценку последствий и торможение импульсивных реакций. При их повреждении человек иногда начинает вести себя совершенно нехарактерно: становится раздражительным, вспыльчивым, теряет способность сдерживать внезапные порывы. В тяжёлых случаях возникает так называемая посттравматическая расторможенность, которая может сопровождаться приступами немотивированной агрессии.

И ведь это ещё не всё. После сильного удара головой опасны отёк мозга и внутричерепные кровоизлияния. Иногда пострадавший сначала выглядит вполне благополучно, а затем его состояние резко ухудшается.

Конечно, у Кабу пока нет явных признаков повреждения именно лобной коры. Да и удар по лбу вовсе не означает, что пострадала обязательно она. Но без томографа попробуй тут разберись! А рядом маленькие дети.

Я недовольно поморщился.

Надо будет сразу по возвращении проверить мальчишку. И с Таш поговорить, чтобы не пыталась справляться с ним сама, если вдруг начнёт вести себя странно.

Вел быстро проверил, насколько удобно закреплены носилки, и помог нескольким женщинам поднять жерди на плечи.

Я тем временем оглядел оставшуюся добычу.

М-да…

Это мы, значит, только первую партию собрали? А сколько же тут ещё осталось⁈

Впрочем, деваться было некуда.

Барк, Куру и Айла оставались охранять мясо. Под присмотром опытного охотника за ребят было спокойнее, но тревога не отпускала. Моё жопное чутьё буквально выло:

Хоть умри, Егор, но до заката нужно успеть забрать всю добычу и вернуться домой!

Дорога оказалась куда тяжелее, чем представлялось.

Без груза мы проходили этот участок довольно быстро, но теперь каждый толстый корень превращался в препятствие, а каждый небольшой подъём заставлял носильщиков останавливаться и перехватывать жерди поудобнее.

Особенно трудно приходилось тем, кто тянул волокуши. Стоило широкому заднему краю зацепиться за корень, как груз останавливался, и его приходилось освобождать.

Внезапно одна из женщин пронзительно взвизгнула и завопила дурным голосом:

— А-а-а! Пусти! Пусти меня! На мне защита Ха-Рука! А-а-а!

Оказалось, её нога провалилась почти по колено в пустоту под мхом. Бедняжка перепугалась до икоты, решив, что живой лес наконец решил ею пообедать. Но надо отдать ей должное: мешок с мясом она так и не выпустила из рук!

Тётку освободили, защиту обновили и снова продолжили путь. Пока я колдовал, люди невольно замедляли шаг, а некоторые испуганно оглядывались.

— Не останавливайтесь! — рявкнул Вел. — Вы под защитой Ха-Рука! Идите!

Ещё во время разделки лосихи я подробно рассказал Велу, как люди перепугались живого леса и каким способом мне удалось заставить их идти дальше. Рыжий внимательно выслушал, немного подумал, а потом попросил наложить такую же защиту и на него. Мол, мало ли что, лишней не будет.

Алан и Куру наблюдали за нашим колдовством с явным недоумением. Их, кстати, шевелящаяся под ногами земля почему-то совершенно не смущала. А вот Айла побаивалась, хотя и не настолько, чтобы впадать в панику. Но защиты у меня так и не попросила.

То ли не поняла, чем это мы с Велом занимаемся, то ли решила, что сама справится. А может, просто мне настолько доверяет, что никакие заклинания ей не нужны. Пойди разбери этих девчонок!

К счастью, серьёзных происшествий не случилось.

Постепенно зыбкая земля осталась позади, и мы вышли к знакомому ручью.

Я уже собирался предложить короткий привал, когда заметил скалы, между которыми вода делала крутой поворот.

Твою ж дивизию! Рыбачки!

Совершенно вылетело из головы, что наши девушки остались у каменной чаши. Ведь обещали же забрать их на обратном пути!

— Лиор! — окликнул я парня. — Помнишь, где мы оставили женщин рыбу ловить?

Парень кивнул.

— Женщины. Рыба. Вода. Камни. Да, То-Рек, помню. Приведу.

Скинул свой груз, взял копьё поудобнее и побежал к расщелине.

Вел поднял руку и громко объявил привал. Люди облегчённо выдохнули и принялись опускать грузы, после чего без сил повалились на землю прямо там, где стояли.

Я устроился на поваленном стволе, осторожно вытянув раненую руку. Плечо неприятно ныло, но повязка держалась хорошо, и свежей крови на ней