Торговец будущим 5 - Мархуз
Впервые Великобритания столкнулась с подобной проблемой и не находила выхода из сложившейся ситуации. Всё упиралось в отсутствие поставок материалов для кораблестроения, как из Европы, так и из той же Америки. Новый президент Соединённых штатов ещё в прошлом году запретил своим торговлю с Англией, а теперь его торговцы с удовольствием покупали каперские патенты.
— То есть, мы по сути отрезаны от всего мира, сэр Генри? — уточнил премьер-министр.
— Да, сэр Спенсер, и ситуация будет ухудшаться с каждым днём.
Те, кто держал за горло всю планету железной морской рукой за горло, вдруг осознали что остались без сей удавки. Дальше шли обсуждения того, как бороться если вторжение всё-таки состоится и в итоге пришли к горькому выводу. Примером послужили раздербаниванья Австрийской империи после двух войн, потерявшей значительные территории. Вот только сама Великобритания не столь велика по площади и коли её расколят на части страны-победительницы, то непонятно что от страны останется.
Выход, как ни странно, предложил регент Георг, официально наконец-то провозглашённый таковым.
— Джентльмены, к всеобщему сожалению, но нам лучше сдаться на милость победителя сейчас, в преддверии вторжения, чем потом когда войска Франции и России будут на нашей территории.
Кощунственные слова правителя сначала возмутили членов кабинета, но затем были признаны разумными. Всё-таки нация торгашей умеет выпутываться из разных ситуаций в отличии от наций «благородных», которые не признают реалий от слова «совсем» и готовых воевать до последнего своего налогоплательщика. Мало того, ближе к концу января 1810 года (год Белой Лошади, кстати) Спенсер Персиваль нашёл-таки вариант того, как ещё при этом запудрить мозги противникам.
— Мы можем сдаться, запросив временной приостановки военных действий, и вступить в переговоры, но… Каждой из стран отдельно, хотя и в одно время.
Ход конём, но по голове, причём великолепный в создавшейся ситуации. Ну не будут Париж и Санкт-Петербург согласовывать свои требования к Лондону в деталях. Тем паче, что французам нужно одно, а русским другое. Да ещё и каждый из великих монархов сегодняшнего европейского дня постарается перехитрить другого, а в итоге может обмануть самого себя. А примкнувшего к ним третьего жадного медвежонка проще простого можно будет обвести вокруг пальца, всяк это понимает.
В конце концов под конец января в Париж и Петербург прибыли три полномочных представителя короны, удивив, честно говоря, готовностью сдаться «на милость победителя». Учтя нюансы, возникшие в Вене, к министру Шампиньи пожаловал лорд Ричард Уэлсли. С канцлером Куракиным в переговоры вступил хоть и бывший, но авторитетный, министр иностранных дел Джордж Каннинг. К нам с Кочубеем — старый знакомец, покладистый лорд Грэй.
Единственным общим во всех трёх переговорах явилась дата приостановки боевых и экономических действий, а именно 20 февраля 1810 года по григорианскому календарю.
— Сэр Чарльз, вы же понимаете, что одномоментно невозможно остановить боевые действия и тем более каперскую войну. Уйдёт не менее трёх месяцев пока до каждого капитана дойдут соответствующие приказы, — я лично опускал на землю представителя регента.
— Мы всё понимаем, ваше величество, и никто в Лондоне не ждёт слишком быстрой реакции. Если вы, например, уже отправили свою эскадру куда-нибудь в Индию, то чудес наши набобы из Ост-Индской компании не дождутся. Им придётся смириться с фактом.
Намёк настолько прекрасен, что имеет смысл попробовать им воспользоваться. Впрочем не удивлюсь, если и два других представителя Великобритании по-своему мутят воду. Простой пример: каков будет размер контрибуции, востребованный Наполеоном через Шампиньи? С Австрии, например, Франция получила 75 миллионов гульденов, что соответствует шести с хвостиком миллионов фунтов стерлингов. Спрашивается какую сумму французы затребуют с британцев: стопятьсот мильонов или аж целых десять-двенадцать? И какими объёмами в этом же вопросе будет оперировать Александр? Впрочем, пусть великие мира сего сами определяют как стричь аглицкого барана, а у меня всё продумано по-своему. Думаю, что весной всем всё станет известно, главное такому сюси-пусику, как я, чтобы наконец-то наступил мир во всём мир. А то кое-что уже нахапано и хотелось бы этим попользоваться, то бишь, переварить, как удав.
Переговоры велись с учётом приоритетов, имеющихся в данный момент. Александр Первый узаконил прихватизацию Ганноверского курфюршества и отказ от него британской правящей династии. Зато из аглицких колоний его конкретно интересовала лишь одна потому что ко многим другим Россия не была пока готова. С учётом того, что особых военных действий русские не провели (кроме захвата некоторых торговых судов эскадрой Сенявина), то и на какие-нибудь солидные репарации не претендовали. Под десятилетний контроль российский император взял лишь два графства: Корнуолл и Девоншир, в первую очередь из-за портов с верфями, а значит и с соответствующими специалистами. Ну и медь с оловом, которыми богат этот регион лишними не будут, как и шерсть.
Французский император больше интересовался тем, чтобы породниться с Габсбургами, а также усилить свой военный флот. Поэтому непосредственно собирался контролировать не только столицу, но и южные графства. Он хотел чуть ли не все британские колонии, но мало иметь здоровый аппетит, которому следует соответствовать. Поэтому ограничивался самыми сладкими на его взгляд, не распыляясь на мелочи. С учётом того, что переговоры вёл Шампиньи, а не Талейран, складывалась специфическая картинка, отличающаяся от русской или от позиции королевства Эсте. А если учитывать планы Наполеона по новому обустройству Италии, то рук у корсиканца на всё просто не хватало.
Мой подход давым-давно обдуман и особо заморачиваться не пришлось, поэтому именно мы с лордом Грэем первыми передали образец прелиминарного соглашения в Лондон. Приятно, что кабинет министров ничего особо не имел против, поэтому предварительный мирный договор между Великобританией и королевством Эсте был завизирован англичанами. Лишь в начале марта примерно такие же нагибаторские предложения поступили британцам от французов и русских.
Не обошлось без некоторых эксцессов, особенно когда французский император вздрючил своего министра иностранных дел за размер контрибуции. Точнее, когда он узнал о размерах, затребованных Александром и мной.
— Мсье Шампиньи, почему вы указали сумму меньше, чем даже король Эсте?
— Ваше величество, но она и так велика, в полтора раза больше чем мы получили от Австрии. Кто же знал, что англичане согласятся уплатить его величеству Денису Первому…
Бедолаге министру было невдомёк, что я разменял несостоявшийся налёт Ревельской эскадры на Индию в обмен на проплату половины возможного дохода от «индийского похода». Шампиньи видимо понял фразу «на милость победителя» излишне буквально и решил проявить своеобразное благородство за счёт казны своей страны. Ясен перец, что регент Георг и премьер-министр обрадовались, увидев предварительную сумму контрибуции в