Одиночка. Том 9 - Дмитрий Лим

Барышев недовольно вскинул голову. Его сытая, холёная физиономия исказилась от раздражения. Он открыл было рот, чтобы отчитать наглого простолюдина, но я его опередил.

— Добрый вечер, — мой голос прозвучал тихо, но в гулкой тишине вагона‑ресторана он прозвучал как удар хлыста. Я смотрел не на Машу. Я смотрел прямо в глаза Барышеву. — Владимир, если не ошибаюсь? А я Владимир Войнов. Очень знаменательное совпадение.

Маша удивлённо моргнула, переводя взгляд с меня на Барышева. Она меня, конечно, не знала. В этом таймлайне мы ещё не пересекались на перроне. Но аристократка была воспитана хорошо, поэтому просто растерянно кивнула.

— Извините, мы заняты, — процедил Барышев, брезгливо поджимая губы. Его рука, лежавшая на столе, сжалась в кулак. — Проваливайте, мальчик. Ищите другое место.

— Молодой человек, — Маша оживилась. — А вы не подскажите…

Ах да, в этой реальности мы даже не знакомы.

Я не отвёл взгляда. Наоборот, я слегка наклонился вперёд, сокращая дистанцию. Искра в груди откликнулась на мой вызов. Она вспыхнула, посылая по нервам болезненный, обжигающий разряд. Я направил эту энергию вовне. Не как атаку — просто как давление. Давление чужеродного, аномального кода, который не вписывался в системные алгоритмы этого мира.

Глаза Барышева расширились. Нет, он не был трусом. Охотник С‑ранга, прошедший не один разлом. Но сейчас на него смотрел не восемнадцатилетний сирота. На него смотрело нечто древнее, хищное и абсолютно чужое. Синие искры мелькнули в моих зрачках, и в воздухе между нами повисла тяжёлая, осязаемая угроза.

У Барышева пошла носом кровь.

Это произошло внезапно. Алая капля выступила из левой ноздри, скатилась по губе, капнула на безупречно белый воротник его рубашки. Аристократ вздрогнул, инстинктивно поднося руку к лицу. Его лицо побледнело, приобретя землистый оттенок. Он попытался что‑то сказать, но слова застряли в горле.

— Тише, тише, барон, — я позволил себе кривую, хищную ухмылку. Искра пульсировала, отдаваясь болью в висках, но я держал её под контролем. — Не стоит так нервничать. Сердце не выдержит.

Барышев затрясся. Он попытался активировать свой навык. Я видел это по напряжению в его плечах, по тому, как напряглись его метафизические каналы. Он хотел пустить в ход «Воздушное лезвие» — его коронный навык, которым он так любил крушить мебель и пугать слабаков.

Но Система снова дала сбой.

Прямо перед моими глазами, в инфракрасном спектре, видимом только мне, вспыхнуло системное окно. И оно было адресовано не мне. Я каким‑то образом, благодаря статусу Аномалии, перехватил управление чужим интерфейсом.

«ОШИБКА! НАВЫК ЗАБЛОКИРОВАН! КОНФЛИКТ ЯДЕР! ХОСТ ПОДВЕРГСЯ ВНЕШНЕМУ ВМЕШАТЕЛЬСТВУ КЛАССА X!»

Барышев захрипел. Его рука, занесённая для удара, судорожно дрогнула и бессильно упала на стол. Он смотрел на меня с первобытным, животным ужасом. Его магия отказала. Система, столкнувшись с моим хаосом, просто заблокировала его навык, чтобы предотвратить критический сбой в секторе. Для него это было равносильно тому, что у него внезапно отняли руки.

— Знаете, барон, — я говорил тихо, почти ласково, наклоняясь ещё ближе, — мне давно хотелось с вами поговорить. Без всей этой аристократической мишуры. Без ваших наёмников и дешёвых трюков.

— Кто вы? — Барышев едва шевелил губами. Кровь продолжала течь, пачкая его дорогой костюм. — Что вы сделали со мной?

— Я? Ничего. Просто ваши гнилая сущность и мои принципы немного конфликтуют.

Я бросил короткий взгляд на Машу. Девушка сидела как каменная, не в силах пошевелиться. Она явно не понимала, что происходит, но чувствовала исходящую от меня угрозу так же ясно, как и Барышев.

— Маша, — обратился я к ней, и мой голос сразу стал мягче. — Мария Романова. Я знаю, кто вы. И я знаю, зачем этот человек вас окружил такой заботой.

— Что? — она растерянно моргнула.

— Он нанял убийц, — я произнёс это прямо, глядя ей в глаза. — Двух головорезов D‑ранга. Они должны были нейтрализовать вашу служанку и похитить вас прямо в поезде. А этот экземпляр, — я кивнул на Барышева, — планировал разыграть роль спасителя, чтобы втереться к вашей семье в доверие. Кажется, ему очень нужны земли вашего отца.

Маша побледнела. Её взгляд метнулся к Барышеву, и в этих глазах, помимо страха, полыхнула ненависть. Она была охотницей, она выросла в этом мире и прекрасно понимала, как работают такие схемы.

— Вы лжёте! — Барышев вдруг обрёл дар речи. Он рванулся из‑за стола, его лицо исказилось гримасой ярости и страха. — Сука, ты лжёшь! Я не…

Он не договорил. Я позволил Искре вспыхнуть чуть ярче. Крошечный разряд, даже не навык, просто концентрация намерения. Давление на его ауру стало невыносимым.

Аристократ схватился за сердце. Его глаза закатились, показав белки. Он издал сдавленный хрип и рухнул лицом вперёд, прямо на стол, заливая скатерть кровью из носа и остатками пролитого чая. Тело дёрнулось в конвульсиях, имитирующих сердечный приступ.

«Синхронизация завершена. Имитация органического сбоя успешна», — сухо отчиталась Система.

Я выпрямился. В вагоне‑ресторане повисла гробовая тишина. Официант за стойкой застыл с кофейником в руке, округлив глаза. Никто не понимал, что произошло. Один момент — здоровый, наглый аристократ сидел за столом. Следующий — он лежал без сознания, с пеной у рта.

— Помогите! — Маша первой пришла в себя. Она вскочила, опрокидывая стул. — Человеку плохо! Вызовите медиков!

Суета поднялась мгновенно. Официант бросился к телефону, кто‑то из пассажиров подбежал к столику. Я отступил в сторону, сливаясь с толпой зевак. Никто не обращал на меня внимания. Я был просто случайным прохожим, оказавшимся рядом.

Но на этом сюрпризы не закончились. Пока официант вызывал по рации врачей из соседнего вагона, двери тамбура с шумом распахнулись. В ресторан ввалились двое крепких парней. Один — бритоголовый, с лицом бульдога, второй — жилистый, с бегающим взглядом. Охотники. Наёмники Барышева. Те самые, которых он нанял для похищения.

Они оценили обстановку за секунду. Увидели своего работодателя, лежащего на столе, и девушку, которая суетилась рядом. Бритоголовый мгновенно потянулся из‑под куртки, доставая короткоствольный автомат. Его напарник выставил вперёд руки, на костяшках которых блеснули металлические накладки — усилители удара.

— Стоять! — рявкнул бритоголовый, направив ствол в сторону толпы. — Всем оставаться на местах!

Пассажиры в ужасе шарахнулись назад. Официант выронил телефон. Маша замерла, не в силах пошевелиться. Наёмники действовали чётко. Жилистый метнулся