Двадцать два несчастья – 2 - Данияр Саматович Сугралинов

— Все, — кивнула Татьяна и смутилась.

— Отлично. А теперь уточни еще такой момент… А он же может быть врачом, адвокатом или обязательно должен иметь свой бизнес?

— Лучше типа инженером! — быстро перебила меня Татьяна. — Айтишник — это ваще круто! Им щас ипотеку дают с маленьким процентом!

— Прекрасно. Но я тебя не совсем об этом хотел спросить, — сдержал усмешку я от невеликих Танюхиных притязаний. — В общем, представь прямо сейчас, визуализируй вот этого своего мужчину, о котором ты мне рассказала. Представила его?

Татьяна прикрыла глаза и с мечтательной улыбкой кивнула:

— Угу.

— Тогда представь, что это просто какой-то чужой мужчина. И что он к тебе не имеет никакого отношения. Вроде как артист, которого ты видишь по телевизору. Представила?

Она снова кивнула.

— А теперь вообрази рядом с ним женщину, супругу или невесту, или пусть даже любовницу. Неважно. Какой у нее образ, да и весь спектр качеств, что ты перечислила? Какая у него может быть женщина? Расскажи, только подробно. А еще лучше опиши ее.

— Ну, она должна быть тоже худенькая, чтобы у нее бока не отвисали, красивая такая, ухоженная, с длинными густыми волосами, типа фитоняшка, а еще она должна иметь образование, интересоваться искусством, музыкой, быть хорошей хозяйкой… — начала перечислять Татьяна.

Я дождался, пока она перечислит все критерии, а это затянулось надолго, потом сказал:

— А теперь третий вопрос. Возьми вот эту идеальную женщину, что ты сейчас описала, ее образ и себя. И поставь вас рядом…

— Да ладно! — распахнула глаза Татьяна.

— Не отвлекайся! Продолжаем. А теперь сравни ее и себя. И посмотри внимательно: чтобы тебе стать такой, как она, чего не хватает? Давай, перечисляй.

— Ну, я толстая, она худенькая… — растерянно пробормотала соседка. Голос ее уже не был столь мечтательным.

— Так. На сколько килограммов разница у вас?

— Ну, двадцать… двадцать пять даже…

— Видишь, для того чтобы твои двадцать килограммов скинуть, что надо сделать?

— Не есть оливье и борщ с беконом и колбаской по вечерам и бегать утром в парке, — потерянно пробормотала Татьяна. — Или не бегать. Но ходить. В общем, двигаться.

— Замечательно! — одобрил я. — Теперь пошли дальше. Следующий твой критерий: она красивая. Красивая — это какая, как кто? Что значит, она красивая? Вот представь, какой-то образ звезды или актрисы, которую ты считаешь красивой…

— Как Вероника Файнберг-Кудряшова, — после минутного раздумья Татьяна назвала имя актрисы, о которой я вообще никогда не слышал и не представлял, кто это такая.

— Покажи мне лучше фото, — сказал я. — И объясни, в чем, по-твоему, ее красота?

Она быстренько пощелкала по телефону и показала мне фотографию в социальной сети. Объяснить не смогла.

— Посмотри, — помог ей с анализом я, — судя по фото, у нее красота естественная, минимум косметики. Максимум — хороший образ жизни, подтянутое тело. Правильно я понимаю?

— Правильно.

— А у тебя что? Морковные волосы и наращенные ресницы? Хорошо хоть ногти ты сняла. А еще жирные бока, обтянутые яркими лосинами. Это подходит под ее образ?

— Нет.

— Тогда что тебе надо сделать?

— Типа перебрать гардероб?

— Стоп, стоп! Да подожди ты с гардеробом! — возмутился я. — Гардеробом ты займешься только после того, как приведешь свое тело в порядок, и никак не наоборот.

— И что, я так и буду ходить как дурочка типа?

— Ну, если ты до сих пор ходила как дурочка и чувствовала себя при этом нормально, то почему не можешь еще немного потерпеть?

— Ну да, — вздохнула Татьяна, с отвращением посмотрев на свои леопардовые лосины, которые плотно обтягивали безразмерные ляжки.

— Вот и замечательно, — сказал я. — Теперь, когда мы поняли, что тебе надо изменить в себе, чтобы стать тем идеалом, на который посмотрит достойный мужчина, можешь сесть и разработать план. Итак, по поводу похудения мы обсудили, по поводу того, что мы спортом занимаемся, договорились. Что еще?

Татьяна вздохнула и задумалась. Как же тяжело с ней. К анализу она явно не привыкла.

— Значит так, Татьяна! Я даю тебе это как домашнее задание. Давай сейчас не будем обсуждать, чтобы не терять времени, да и устал я сильно. Сама продумай, посмотри, погугли, поищи где-нибудь советы. А потом, когда составишь для себя комплексный план — а ты его сама должна составить под свои привычки, — придешь и покажешь мне.

— А почему я? Ты же доктор, ты лучше составишь! — попыталась поторговаться Татьяна.

— Да, конечно, лучше. Но я составлю, исходя из своего понимания. Видишь, я тебе подсказал, как лучше сделать, чтобы худеть — не есть вечером, налегать на зелень, ягоды, овощи, фрукты и срезать все мучное и сладкое. А ты сразу же сорвалась! И хорошо хоть это были оливье и борщ, а не торт «Наполеон» и пицца! Но вместо оливье лучше бы ты шубу поела, там хотя бы свекла и селедка, они полезные. В общем, тебя хватило ровно на один день.

— На три! — возмутилась Татьяна.

— Так это еще хуже! Потому что знаешь, как ты предала свое тело?

— Как? — насторожилась она.

— А вот так. Слушай, что с тобой происходило, и пусть тебе будет стыдно. В первый день на здоровой еде твое тело было в шоке: «Где булочки? Где сахар? Что за фигня?» На второй день паника сошла на нет, и твой организм на нормальной пище начал разгонять метаболизм, думая: «Ну ладно, мне это нравится, может, хозяйка взялась за ум, так что пора начать уже тратить все эти накопленные жиры, а то что-то не комильфо».

Я сделал паузу, а Татьяна дернула плечом, буркнула:

— А потом че?

— Потом, на третий день твой организм, не веря своему счастью, начал строить новое тело и исцеляться. В крови твоей была ровная глюкоза, инсулин — спокойный, полезная микробиота в кишечнике бурно размножалась, плясала и радовалась клетчатке, очаги микровоспаления по телу начали угасать, а печень пела песню «Спасибо Танюхе, что дала продышаться!». Да ты, наверное, и сама поняла, что тебе уже меньше хотелось сладкого?

Она отвела взгляд, а я объяснил:

— Это потому, что твой организм начал переходить на использование жиров. А теперь ты все это