Развод с холодным драконом. Хозяйка Снежной долины - Светлана Романова

— Мария, ты в порядке? — Томас стремглав бежит ко мне, бросив круглые камушки, которые кидал в воду. Это я научила его.

Огромная ладонь покидает талию, и Томас тут же устремляется в мои объятия, опасливо поглядывая на магистрата.

— Он обидел тебя, Мария? Если да, то я ему как дам… как стукну! Ты только скажи! — Томас грозно сжал кулачок и грозил им Михелю.

— Что ты, Томас! Магистрат Дан, наоборот, помог мне не упасть, — обнимаю детское тельце, так доверчиво льнущее ко мне.

— Уважаю храбрость, малец! Это достойно того, чтобы получить угощения. Голоден?

Томас поднял на меня глаза, ища одобрения, и, конечно же, я не могу разочаровать ребенка. Одобрительно киваю.

— Голоден! — тараторит ребенок. Мы с Марией сегодня ещё не ели. В доме ничего нет! — ребенок умилительно разводит руки в стороны, и магистрат не сдерживает улыбки.

— Тогда чего же мы ждем? Нужно срочно исправлять эту оплошность! Приглашаю вас двоих на завтрак, а потом могу показать вам тут всё. Ну как, согласны?

Томас оторвался от меня и запрыгал от радости.

— Согласны, согласны! Да, Мария?

Улыбнулась ребенку и взяла его за маленькую ладошку.

— Мы с удовольствием, — улыбаюсь и прячу глаза.

Что это со мной. Я смущаюсь? С чего бы это?

Магистрат шел широким шагом, и мы едва поспевали за ним. Приходилось практически бежать! Какой уж там осматривать окрестности.

— Прошу вас… не могли бы вы, — задыхаюсь и пытаюсь ухватить мужчину за рукав.

Михель резко останавливается, и я впечатываюсь в широкую спину, хорошенько так проехавшись по ней носом. Хорошо хоть соплей нет.

Томас заливается смехом, схватившись за живот, а Михель осторожно поворачивается и смотрит на нас недоуменно.

— Не могли бы вы идти помедленнее, — хриплю, не успев перевести дыхание.

— Я сто лет не прогуливался с женщинами. Привык ходить быстро. Простите старого холостяка. Забылся. Собственно, мы уже пришли.

— Да, не такой уж вы и старый, — бубню, рассматривая небольшой бревенчатый домик.

Магистрат хмыкает и приглашает нас внутрь.

Что сказать. Холостяцкая берлога. Ни о каком уюте и речи не идет. Нет, все прибрано, чисто. Просто обстановка… Стол, три стула, печка и кровать, ещё пара навесных шкафчиков. Собственно, всё! Ни о каких коврах или хотя бы ковриках речи не идет. Просто голый деревянный пол. Одно окно без занавески. Зато светло. Солнце заливает небольшое пространство.

Михель поставил на печку чайник. Помог мне снять белую шубку. Томас сам разделся.

Магистрат достает из шкафчика, который висит над печкой, коробку и вытягивает оттуда большой леденец в форме дракона.

— Только после завтрака. Выдержишь?

— Выдержу. Я сильный, — Томас не сводит взгляд с леденца, нетерпеливо ерзая на стуле.

— Я не силен в готовке, к сожалению, но надеюсь, выйдет съедобно.

Мужчина достает из кладовки, которую я не сразу заметила рыбу и бутыль воды. Серьёзно? Опять? Он её ещё и варить удумал? Думаю, нужно вмешаться.

— Давайте лучше я, Магистрат Дан. Говорят, у меня неплохо получается готовить.

Мужчина садится за стол, а я иду в кладовку, скрестив пальцы и не теряя надежды, что там найдется что-нибудь ещё, кроме… рыбы. Я её уже видеть не могу, не то что есть. Но кроме горсти муки и остатков жира, по цвету похожего на свиной, в кладовке ничего нет.

— Скажите, магистрат, в Снежной Долине кроме рыбы есть ещё еда?

— Очень редко. Мы привыкли к рыбе. Она очень полезна и питательна.

— И всё же. Насколько редко и откуда поступает еда. И есть ли шанс увеличить её поставки?

— Шанса увеличить поставки нет, — твердо чеканит Михель. — Раз в месяц, Горин, он, дракон, прилетает и приносит столько еды, сколько может унести за один раз. Это в основном свиной жир, мука, сахар и соль. Иногда ему удается впихнуть в тюк немного какой-нибудь крупы.

— А вы не пробовали заняться сельским хозяйством? — развожу руки в стороны. — Ну, не знаю, разводить скот, держать куриц, уток, индюков. Выращивать овощи, в конце концов!

— Разве вы не видите, Мария? Вокруг зима! Думаете, мы не пробовали? Скот погибает, а овощи никогда не вырастут в таком холоде.

— А как же теплицы?

— Теплицы? Что это?

— Как-нибудь расскажу, — разделывая рыбу острым ножом, отвечаю. — А поведайте мне, господин Михель. Почему люди живут здесь? Почему не покинут столь суровые условия?

— Как можете не знать? Мы не можем покинуть долину! Через два дня и вы не сможете, если не уйдёте прямо сейчас.

Нож вываливается из моей руки и с оглушительным грохотом ударяется о деревянный пол.

— Почему? — поднимаю нож и ополаскиваю его в тазу с холодной водой, а затем начинаю рубить им филе, которое избавила от костей.

— Долина вплотную примыкает к проклятым землям. Как вы знаете, никто не может покинуть их, если уж оказался там. Проклятье настолько сильное, что влияет и на нашу долину. Прожив тут некоторое время, человек не может покинуть это место. Только раз в несколько лет, когда на людской мир находит тень, мы можем уйти, но никто не пытается. Мы привыкли. Каждый житель долины оказался здесь не просто так, Мария. У каждого своя история. В большом мире нам нет места.

— Ну, раз уйти отсюда всё-таки можно, значит, я остаюсь.

Получившийся рыбный фарш смешиваю с мукой, подсаливаю и хорошо перемешиваю.

— Я видела неподалёку лес. Водятся ли в нем животные? Медведи, лоси, а может кабаны?

— Если бы они водились, Мария. Мы бы не питались одной лишь рыбой.

— А мы и не будем питаться ей одной. У меня есть план, магистрат. Но чтобы его осуществить, понадобится ваша помощь. Я могу рассчитывать на вас?

Ставлю сковороду на раскочегаренную печь и добавляю жир. Жду, когда он растопится, и начинаю формировать котлетки.

— Я полностью к вашим услугам. Не поделитесь, что задумали? — мужчина с интересом наблюдает за моей вознёй возле печки.

— Я дам вам знать, когда всё обдумаю.

Опускаю получившиеся котлетки в сковороду и обжариваю их с двух сторон. Выкладываю их на блюдо, найденное в шкафчике, и подаю на стол. Михель тем временем заваривает какие-то ветки и разливает их по чашкам.

— Что значит, в большом мире вам нет места, Михель? Вы преступники? — отламываю вилкой кусочек котлеты и кладу в рот. М-м-м, а это вкусно!

— Преступникам место в тюрьме, Мария! — магистрат пробует мою стряпню и жмурится от удовольствия, а я удовлетворённо вздыхаю. — Мы изгои! Не такие, как все! Преступников среди нас нет, если вы