Заклинатель 10 - Алекс Каменев
В отличие от воинов я не стал спешить, намеренно придержал коня у въезда на переброшенный через ров мост, пропуская мимо отставших. Помедлил и заметив движение между зубцов одной из угловых башен, небрежно повел рукой.
Тень под ногами лошади налилась силой, формируя отдельные отростки. Получившиеся щупальца рванулись вперед, скользя по вертикальной стене, поднимаясь к вершине башни. Через мгновение наросты мрака нырнули за бортик, где мелькнули фигуры лучников. Спустя мгновение оттуда прилетели дикие крики ужаса.
Один из дружинников Стервятника в этот момент проезжавший мимо вздрогнул и машинально потянув повод на себя, понял, что сделал и торопливо дал шенкеля, лишь бы побыстрее оказаться подальше от закутанной в черное страшной фигуры.
Моя темная аура на мгновение проступила в видимом спектре. Из-за переизбытка энергетических потоков и нестандартного применения последнего заклинания пришлось рывком насытить оболочку, что спровоцировало последствия. Плотность и насыщенность стали запредельными, стороннему зрителю показалось, что куски мрака, окружили колдуна и обрели жизнь. Из густой тьмы чувствовалось жадное внимание вперемешку с сильным голодом. Словно кто-то таился в глубине и жаждал сожрать все живое.
Тьма не могла светиться, но она именно светилась, мерцала густой чернотой. От проявившейся ауры веяло запредельной жутью. И простые люди не выдержали. Даже конь подо мной испуганно ржанул и дернулся, в безуспешной попытке сбросить страшного седока.
Пришлось поднапрячься, удерживаясь в седле, одновременно запахивая разлитую энергию вокруг в плотный кокон. Не с первой попытки, но удалось справиться с разлитой вокруг энергией. Наведя порядок, неспешно направил коня в сторону пролома разрушенных ворот. Цокот копыт прозвучал под сводами каменного туннеля. Но стоило выехать на открытое пространство с другой стороны, как из ближайшей караулки выскочила облаченная в железо фигура.
Кто-то из часовых затаился, пропуская мимо основную массу нападающих и решил напасть на отставшего, без доспехов и оружия, выглядевшего по сравнению с остальными врагами безобидным.
Большая ошибка с его стороны.
Из моей ладони выскользнул хлыст, развернулся, стремительно удлиняясь словно живой. Тусклое призрачное свечение с темно-фиолетовым оттенком упало на лицо «храбреца». Он понял, что что-то не так и в последний миг попытался затормозить.
Поздно.
Небрежное движение кисти, и хлыст сам рванул навстречу жертве с едва заметным свистом преодолев разделяющее расстояние. Сотканной из колдовской энергии жгут хлестко обвился вокруг шеи придурка.
— А-а-а-а!!! — заорал дурным голосом перепуганный глупец, посчитавший всадника в черном безобидным.
Крючковатые пальцы вцепились в светящийся бледно-лиловым свечением хлыст, пытаясь отодрать от своей шеи. Бесполезно, призванное колдовское оружие цепко держало жертву и не собираясь отпускать. По грязной коже заскользили черные прожилки, проникая в глубь человеческого тела.
Крик перерос в хрип, магия жадно высасывала жизнь. В застывших глазах жертвы возник ужас от понимания, что произойдет дальше. Его сущность, его душа, его жизненная энергия — все будет поглощено порождением темной магии…
— Хек, — с тупым звуком опустилась секира, разрубая захваченное в тиски заклинания тело напополам. Мелькнуло лезвие, забрызганное потеками крови, следом на булыжники замкового дворика обрушилась куски распластанного надвое человека.
По другую сторону рукояти секиры обнаружился Клайв — десятник барона Гийома и, судя по всему, его ближайшее доверенное лицо, игравшее роль личного телохранителя.
Воин хмуро посмотрел в темноту опущенного капюшона, смачно харкнул и не выказывая страха перед возвышающимся над ним всадником в темном, угрюмо пробасил:
— Его милость приказали сопровождать вас на случай, если вдруг кто-то нападет, — произнес он, сам понимая, насколько глупо звучат его слова, особенно после случившегося с караульным.
— Правда? — из моего горла вырвался короткий смешок. То, что барон оставил одного из своих людей, присматривать за колдуном, не удивило. Этого стоило ожидать, учитывая, что мы со Стервятником едва знали друг друга.
— Барон сказал охранять вас, я это делаю, — мрачно изрек десятник, видимо не зная, что еще сказать.
Несмотря на показное равнодушие в глубине души он меня боялся. Старался этого не показывать, но иногда истинные чувства прорывались наружу, хорошо заметные в эмоциональном фоне. И убил караульного он не просто так, а чтобы тот умер не страшной смертью. Как и сам мертвец перед смертью, дружинник каким-то чутьем угадал, что того ждет.
— Жалость к врагу ведет к поражению, — раздался размеренный шепот с моей стороны.
Воин сжал зубы, мгновенно уловив невысказанный намек, открыл рот, собираясь возразить, но вовремя опомнился, вспомнив с кем разговаривает.
— Наши люди блокировали казармы, — хмуро буркнул он, резко меняя тему. — Его милость вместе с остальными направился в донжон.
— Стены? — я приподнял голову. Взгляд рассеяно скользнул по верхушке крепостных стен, окружающих замковый дворик.
— Захвачены, — Клайв пнул тело лежащего у ног караульного. — Этот был последним.
К этому моменту призрачный хлыст змеей скользнул обратно, втянувшись в широкий рукав плаща. Исчезновение живого колдовского оружия только порадовало десятника, хотя он и старался это всеми силами не показывать.
По моим губам скользнула тонкая улыбка. Непосредственность вояки, пытавшегося выглядеть невозмутимо при проявлении темной магии, выглядело, как ребяческая выходка, когда дети пытаются показать, что им нисколько не страшно.
Но нет. Страшно. И еще как.
Я видел, что опаска по отношению к неожиданному союзнику перерастает в постоянный устойчивый страх. А где страх, там и ненависть. Сколько понадобится времени, чтобы ближнее окружение барона убедило его не связываться больше с чужаком, обладающим странными силами? С учетом явных сомнений самого Стервятника, можно сказать, что понадобится немного усилий. И недавний союзник, так же быстро станет врагом. Оно мне надо? По крайней мере точно не в данный момент.
А предугадать возможные последствия такого разрыва не составит труда. В какой-то момент Фонтехью может заявить остальным баронам Приграничья, что от опасного колдуна надо избавиться и присоединится к моментально возникшей коалиции.
Я без труда просчитал сценарий возможного будущего и решил немного сбавить давление, хотя изначально планировал показать свою мощь во всей красе. Но видимо будет лучше, если баронская дружина сама одержит победу, получив помощь только в виде снесенных ворот.
— Посмотрим, что внутри, — сказал я, скользнув с седла.
Клайв посторонился, не выпуская из рук мощной секиры, за что заработал со моей стороны ироничный взгляд, к счастью не увиденный из-за скрывающего верхнюю половину лица капюшона. Но видимо что-то почувствовав, десятник набычился и демонстративно переложил оружие из одной руки в другую, ослабив хватку. Мол, даже в мыслях не держал нападать.
Ну-ну.