Valley - Burglars trip

Потому что я мог бы еще простить обыски моего кабинета самому Моуди. Я бы даже мог простить ему нападение на Драко. Это было один раз, я его предупредил, и в дальнейшем он благоразумно воздерживался от подобных шагов. По большому счету, мне следовало насторожиться еще тогда. Настоящий Моуди благополучно наплевал бы на мои «предупреждения». Но, так или иначе, я мог бы простить все это Аластору Моуди, например, за то, что его любит Дамблдор. Но я ничего не мог простить этому щенку, сыну Крауча. Ничего. Ни своего кабинета, ни Драко, ни Белл, ни… Фэйта.

Он бы все рассказал.

И то, что с Белл в свое время его познакомил Фэйт, тоже.

Фэйт знал о Лонгботтомах. Альбус просто не спросил об этом у Крауча, а в Министерстве спросили бы обязательно. И он назвал бы Фэйта.

Этого нельзя было допустить ни в каком случае. Фадж здорово перепугался, когда сразу после рассказа о том, как нами пойман Упивающийся смертью, я вскользь упомянул, что у нас в Хогвартсе преступники имеют тенденцию пропадать из закрытых помещений. Он не забыл того скандала, который раздули год назад по поводу побега Блэка в «Пророке». Крауч никому больше ничего не расскажет. И если повезет, Фэйт даже не узнает, в какую жуткую неприятность он чуть было не угодил по милости этого пристававшего к нему в министерских коридорах поганца.

Но за всеми этими заботами я совершенно не подумал о том, что Альбусу нужен свидетель. Я вообще не подумал, что нам придется доказывать возрождение Темного Лорда. Какие могут быть сомнения?

- Министр настоял на том, чтобы вызвать дементора для охраны, - тихо сказал я директору, и Фадж не спорил, потому что он действительно сам настоял. – С этим дементором он явился в кабинет, где Барти Крауч…

Минерва не дала мне договорить. Она была в ярости и кричала на Фаджа совершенно неприличным образом. И он тоже был не в себе:

- Поскольку я являюсь министром магии, то именно я решаю, брать ли с собой охрану!

- И как только это существо вошло в кабинет…

- Туда ему и дорога! – выкрикнул министр.

- Но теперь он не сможет свидетельствовать, Корнелиус, - тихо сказал Дамблдор. – Теперь он не сможет рассказать, почему он убил этих людей.

Я понял, что натворил, но радость оттого, что Крауч свидетельствовать не сможет, все-таки никуда не делась. В конце концов, какое мне дело до Фаджа и Министерства.

- Почему убил? Но ведь это ясно, - горячо возразил Фадж. – Он сумасшедший. Он воображал, что выполняет приказы Сами-Знаете-Кого.

- Но он действительно выполнял приказ Волдеморта, - Альбус, судя по всему, еще надеялся убедить министра.

- Абсурд… Дамблдор, это же нелепость… - в полной растерянности пробормотал Фадж.

- Мы слышали признание Барти Крауча, - втолковывал ему директор. – Под воздействием веритасерума он рассказал нам, как ему помогли бежать из Азкабана и как Волдеморт, узнав от Берты Джоркинс о его освобождении, явился, чтобы избавить его от отца и использовать для захвата Гарри. План сработал, говорю я вам. Крауч помог Волдеморту возродиться.

- Послушайте, Дамблдор, - улыбнулся Фадж, - верить словам сумасшедшего…

Дальше Альбус мог не стараться. Он, конечно, большой специалист убеждать идиотов в своей правоте, но в данном случае дело было глухо. Министр категорически не желал признавать факт возрождения Темного Лорда. Он прямо в больничной палате заявил, что Поттер склонен к галлюцинациям.

Я ненавижу это слово.

«Айс, у меня галлюцинации…»

«Возможно, у Малфоя галлюцинации…»

Так тебе и надо. Ты ведь тогда пошутил, да? А теперь пошутила Рита Скитер. Результат – официально тебе сейчас никто не поверит. Аккуратнее шутить надо, мальчик. Шутки, они имеют тенденцию возвращаться. И не всегда в смешном виде. По себе знаю.

- Послушайте, - Поттер попытался соскочить с кровати, но Молли Уизли ему не позволила. – Я сам видел, как Волдеморт возродился! Я видел Упивающихся смертью! Я могу назвать их имена! Люциус Малфой!

Убью!

Сделав над собой невероятное усилие, я продолжал смотреть на Фаджа. Вопрос снят. Я теперь сам сделаю все, чтобы тебе, идиоту, никто не поверил. В следующий раз будешь лучше следить за своим языком, бестолочь четырехглазая.

- Малфой был оправдан! – негодующе воскликнул Фадж. – Старинный род! Пожертвования на благородные цели!

Судя по всему, Фэйт времени даром не терял. Этот дурак будет до хрипоты его защищать.

- Макнейр! – выкрикнул Поттер.

- Тоже оправдан! – огрызнулся Фадж. – Сейчас работает в Министерстве!

- Эйвери!

Нет, я тебя точно прибью сегодня…

- Нотт, Крэбб, Гойл!

- Ты просто повторяешь имена тех якобы Упивающихся смертью, кто был оправдан тринадцать лет назад, - зло осадил Поттера Фадж. - Ты мог прочесть их имена в старых судебных отчетах! Ради бога, Дамблдор! Мальчишка рассказывал такую же безумную историю в конце прошлого года. Его истории становятся все длиннее и неправдоподобнее, а вы продолжаете глотать их…

- Вы дурак! – закричала на министра Минерва. – Седрик Диггори! Мистер Крауч! Эти смерти не дело рук какого-то безумца!

- Нет никаких свидетельств обратного, - заорал на нее в ответ Фадж. – Вы готовы сеять панику, которая разрушит все, что нам удалось построить за тринадцать лет!

Дамблдор сделал еще несколько безуспешных попыток доказать ему свою правоту, и они разругались окончательно. Директор становился все мрачнее и в итоге пригрозил, что будет бороться против Темного Лорда, не учитывая позицию Министерства. Фаджа это серьезно напугало.

- Не мог он вернуться, - его голос звучал жалобно. – Дамблдор, это же просто невозможно…

Нет, так не пойдет. Если они сейчас, не дай бог, договорятся, то у нас будут большие проблемы. У Фэйта точно будут.

Я ринулся к Фаджу и, закатав рукав мантии, ткнул руку ему в физиономию. Он отшатнулся.

Правильно. Сейчас я надолго отобью у тебя охоту верить в такие ужасы, как возвращение нашего любимого Шефа.

- Вот смотрите. Черная метка. Темный Лорд впечатал свой знак в руку каждого Упивающегося смертью. Именно так мы узнавали друг друга. Как вы думаете, почему Каркаров бежал сегодня? Мы оба чувствовали, как горит метка, мы знали, что он вернулся.

С ужасом и отвращением глядя на мою руку, Фадж попятился и, посмотрев на Дамблдора, прошептал:

- Я не знаю, чего добиваетесь вы и ваши сотрудники, но я услышал достаточно. Добавить мне нечего.

Он оставил Поттеру мешок с тысячью галеонами и быстро пошел к выходу.

- Предстоит очень много работы, - сказал Альбус, как только за министром закрылась дверь.

Директор раздавал указания, а я думал, что мне надо домой. Кесу следует узнать обо всем как можно скорее.