Душа человека. Том 1 - Анхель Блэк
– Добрый день, – знакомый бархатный голос прозвучал через весь зал.
Я молча глядел то на него, то на слуг и стражников, стоящих по обе стороны от дверей. Они были совершенно спокойны, будто не Черный хозяйничал в доме.
– Ты снова проглотил язык?
Меня словно пригвоздили к полу. Как я отсюда выберусь? Зачем ему все это?
– Я отвечу на твои вопросы, если ты перестанешь вести себя как деревенский дурачок. – Голос Черного стал серьезным, и я вздрогнул.
Уже второй раз возникло ощущение, что он может читать мысли. Или эмоции написаны у меня на лице?
– Прошу к столу, и мы все обсудим. – Черный жестом указал на стул, стоящий по правую руку от него.
Собравшись, я сделал шаг, стараясь держаться уверенно и достойно, но все равно чувствовал себя очень глупо. Внезапно меня окатило волной злости, будто Черный специально игрался со своей добычей. Я, словно муха, увяз в паутине, и он медленно, как паук, закручивал свой кокон, отвлекая мягким голосом.
– Не думал, что ты так быстро очнешься, поэтому не успел послать кого-то из слуг, – сказал Черный, когда я почти подошел к стулу.
Сердце колотилось так бешено, будто меня застали за каким-то постыдным занятием. Или я сказал что-то вслух?
– Ты, наверно, ужасно проголодался? – Тон его снова стал насмешливо-заботливым.
На столе стояла фарфоровая супница, накрытая крышкой, и аппетитное жаркое, поданное прямо на чугунной сковороде. Ржаные булочки, аромат которых я почувствовал бы и на небесах, наверняка были еще теплые. В животе предательски заурчало. Я не помню, когда ел последний раз. Вряд ли еда была отравлена, и я что-то выиграю, отказавшись, поэтому согласно кивнул в ответ на вопрос и занял предоставленное мне место.
– Прекрасно! Люсия, будь так любезна, дорогуша, – в той же ласковой манере сказал Черный, и служанка начала наполнять тарелки едой.
Меня заинтересовал ее внешний вид, и я украдкой старался рассмотреть молодую женщину в платье горничной. Она выглядела лет на двадцать пять, но ее волосы, заплетенные в толстую тугую косу, были полностью седыми, как у старухи. При первом взгляде могло показаться, что Люсия обладала пышными формами, но вблизи стало очевидно, что ее тело было мускулистым и подтянутым. По резковатым, даже механическим, движениям создавалось впечатление, что ее либо сковывало платье, либо работать служанкой раньше не приходилось.
Я взял накрахмаленную салфетку, хотел заправить за воротник, как требовал этикет, но передумал и расстелил на коленях. Все это время Черный наблюдал за мной, и в конечном итоге я посмотрел ему в глаза. Вблизи они были еще более жуткими, приковывавшими к себе. На мгновение я потерялся в бесконечном потоке оттенков янтаря и не мог пошевелиться. Пришлось моргнуть. Казалось, если буду смотреть хоть секунду дольше, то огненная бездна поглотит без остатка.
Тем временем Люсия закончила подачу блюд и встала на прежнее место.
– Прошу, – Черный кивнул на тарелку. – Приятного аппетита.
Когда я брал ложку, то испугался, что пальцы подведут, но нет. Зачерпнул горячий, ароматный суп и начал есть, опасливо поглядывая в сторону Черного. Физические потребности брали свое, и от ощущения сытной еды, наполняющей пустой желудок, хотелось черпать ложкой быстрее и быстрее.
Вопреки ожиданиям, Черный не стал на меня пялиться. Он взял газету, которая все это время лежала на краю стола, придвинул к себе чашку с чаем и углубился в чтение, шурша страницами.
Закончив с супом, я принялся за второе блюдо. Абсурдность ситуации просто зашкаливала. Мир определенно сошел с ума. Жаркое я так и не осилил до конца, боясь, что от волнения меня вывернет наизнанку. Аккуратно сложив приборы, глянул на хозяина дома.
Он оторвался от газеты, посмотрел на остатки еды в тарелке и нахмурил красивые брови:
– Невкусно? Люсия плохо постаралась?
Мне кажется, я физически почувствовал, как девушка вздрогнула.
– Вкусно, – наверно, слишком быстро ответил я. – Просто много. Спасибо.
– Не за что. Пей чай, тебе нужно набираться сил. Нас ждут великие дела. – Черным ответил таким голосом, будто я был его любимым племянником, заехавшим в гости.
– Нас? – переспросил я.
– Да-да, именно нас. Не буду ходить вокруг да около и строить из себя милого родственника. Ты и твои друзья наверняка думаете, что все мы… Такие, как я, поддерживаем нового императора. Но это не так.
Я даже не стал скрывать своего удивления от того, как резво он перешел к этому разговору:
– В смысле?
– В прямом. Мне не нравится то, что сейчас происходит. И дело вовсе не в том, что мне горько смотреть на смерти хороших людей. Врать не буду, на людей мне плевать. Но поверь, смена власти – это самое безобидное из того, что они затевают. И вот это уже вызывает опасения даже у меня.
Я слушал, всматриваясь в лицо мужчины. Наконец, с него слезла эта слащавая маска. Он говорил серьезно, если это, конечно, не было очередной игрой.
– Что это? – поинтересовался я.
– Арнольд, Люсия, оставьте нас, – приказал Черный, даже не взглянув на слуг.
Мужчина и девушка безоговорочно повиновались и через несколько секунд вышли. В зале остались только мы и стражники у дверей. А затем произошло невероятное. Я успел заметить, как на мгновение глаза Черного полыхнули багряным, а по рукам заструились темные росчерки. Антигармония жидким туманом проскользила по дорогому паркету и вцепилась в горла стражников. Мужчины одновременно вскинули руки, выронив оружия, и захрипели. Их глаза закатились, из носов и ртов повалил черный дым.
– Не смотри, – тихо и даже как-то беспечно произнес Черный.
Его голос отвлек меня, и я услышал лишь сдавленный хруст и глухие удары мертвых тел о пол. Окончания убийства я не увидел, но прелюдии оказалось достаточно. Под головами стражников расплывались кровавые лужи, а Черный спокойно выдохнул и сделал глоток чая.
– Слуги безобидны, а вот с ними могли возникнуть проблемы.
К горлу подкатила горечь, а съеденная еда грозила вернуться в фарфоровые тарелки. Если бы я увидел такую картину несколькими неделями раньше, то наверняка бы не сдержался. Я выпрямил спину, глубоко задышал и сжал салфетку на коленях, посмотрев на остатки жаркого. Кусочки мяса, прежде казавшиеся аппетитными, вызвали новый приступ тошноты, и я спешно перевел взгляд на Черного.
– Так что они затевают? И кто они? – Я продрал слова через пересохшее горло. Если все это был спектакль, то я не хотел принимать в нем участие ни как актер, ни