Ловушка для полоза - Дина Сдобберг

Вот в южных землях, что с Великой Степью граничат, издревле ставили по обычаю соседей. Каменный купол сверху засыпали землёй, чтобы ни ветер, ни мороз не пробрались, а внутри обшивали особыми брёвнами. - Вспоминала Рогнеда. - Обязательно брали смолистые породы, ель или сосну, и вымачивали год в особом зелье. Потом сушили. Дерево после этого не горело и не гнило совсем. У меня сундук из такого выточен. Так там даже травы хранятся куда лучше, чем в обычном. Вот и тут, сколько простояло, неведомо. А внутри, как будто вчера хозяин порядок наводил. Только воздух застойный и выдаёт, что давно там никого живого не было.

Тем не менее, после небольшого перекуса, ведьма и кот занялись поиском дымохода. Оказалось, что пар шёл не в трубу, как в обычных банях, что и для Нежина были привычны, а вот в те самые оконца. А дым из печи отводился по двум раструбам, выходы которых нашлись далеко не сразу.

Хорошо проветрив баню и наведя за собой порядок, ведьма и кот решили, что в баню отмываться завтра придут.

Но уходя, ведьма оставила на краю банной лавки одну из поджаренных рыбок и кувшин с водой.

- Эх, квасу бы и хлеба ломоть, - махнул хвостом кот. - Вот бы банник обрадовался!

- Так чем сами богаты, тем и угощаем, - погрустнел голос ведьмы. - Хлебушка и правда хочется, да и как квас без хлеба ржаного поставить? Видно придётся думать как в деревню идти и с чем.

- Я тебе пойду! - тут же поднял шерсть дыбом кот. - Давно на костре не была? Или думаешь, что снова полуденница выручит? От этих полозов добра жди-не жди, толку не будет. Дома сиди!

Глава 50

Несколько дней прошли в трудах и заботах. Ведьма и её кот, словно муравьи или пчёлы, наводили порядок в своём лесу.

Уже и тропинка от порога лесного домика до самой реки была выложена широкими пластинами слоистого камня. И по обеим сторонам от неё стояли горшки с цветами, да различными растениями. И сам дом был окружён горшками.

Рогнеда, как и любая ведьмочка, едва обретя кров, начала обрастать запасами. То нашли сломанную недавней бурей сосновую ветку, да с молодыми завязями шишек. Ведьмочка собрала ещё зелёные шишки в берестяное лукошко. А потом нарезала на тонкие колечки и чуть подсушила, чтобы кидать в котелок с кипящей водой, да пить в холода сосновый чай.

Места вдоль низин и стариц, что были напитаны влагой, заполонила таволга.

- Сейчас самая пора для сбора, лист молодой, зелёный да в самой силе, - радовалась ведьмочка осторожно обрывая по несколько листочков с одного стебля. - Как зацветёт, то только для аромата и годится.

Места для сбора она выбирала тенистые, чтобы прямых лучей солнечных не было. Не любила таволга солнца. Из чудесной и целебной солнце превращало её в обычную траву.

Перебрав листья, Рогнеда укладывала их по горшкам, укутывала, да брала с собой в баню. Пока натопят, пока намоются, пока ещё сама баня остынет, а больше было и не надо. После ночи в бане, листья темнели и пахли мёдом. Ведьмочка переминала их, да прятала под гнёт. Утром положит, а вечером раскладывала на печи за трубой, в тепле и темноте. Только шевелила время от времени. Через пару дней лист уже и готов был.

- Ягода пойдёт, в отвар добавим. Вкусно будет! - обещала коту Рогнеда. - А с отваром таволги и при простуде не пропадëм. Она и жар снимет, и сил прибавит, и успокоит. Сон крепче будет.

Черныш ходил недовольный.

- Пообносилась вся, - вздыхал он глядя на ведьму, одежда которой с каждым днём больше напоминала лохмотья. - Скоро из крапивы рубашку вязать будешь! Эх, придётся всё ж к полозам идти. Да и с едой что-то решать нужно!

- Так не голодаем же, Чернослав, - показала на стол Рогнеда.

Кот оказался славным охотником и добытчиком. Да и лес был щедр на гостинцы. Разбирая давние завалы у ельника, нашли брошенное гнездо пчёл. Может старая матка умерла, а новая как водится у этого племени увела рой за собой, а может мороз пчёл сгубил. Но ведьма и фамильяр получили в дар пчелиные запасы.

Мед видно был в сотах давно, кое-где и чуть засахарился. Но Рогнеда в том беды не увидела.

Зато у неё теперь стояло целых семь горшочков с диким мёдом и огромное деревянное блюдо, как ведьмочка подозревала крышка от кадушки или поднос для хлебных караваев, с сотами. Настоящее лакомство.

А на днях нашли в речной осоке утиное гнездо с семью яйцами. Два дня наблюдали, Черныш в засаде в стороне сидел. Но утки к гнезду не возвращались. Проверив яйца при помощи воды, ведьмочка пустила их на стол. В густой рыбный бульон, благо рыбачил кот почти каждый день, добавила травяную ароматную кашу. Перетëрла в каменной ступке собраные травы, которые примечала то тут, то там. Даже целую полянку дикого чеснока нашла. Отварила два яичка и положила, разрезав каждое на четыре части в зелёный суп. Ещё два разбила на сковороду утром, а вот Черныш любил кушать яичко, сваренным в смяточку.

- Если есть гнездо, значит утки сюда всё же прилетают. А утка... Утка это дичь! Как ты думаешь, Рогнеда, справлюсь я с уткой? - думал кот, примеряясь к новой добыче.

- Справишься конечно. Линь-то вон какой крупный был. Да и с рыбой в воде наверное тяжелее бороться, чем с птицей, - не сомневалась в своём кормильце Рогнеда.

Да и как сомневаться, если на столе то бульон с рыбьим мясом, то жаренная тушками рыба, а за баней висели уже несколько гирлянд потрашëнной и подсоленной рыбы?

Кот ещё день другой походил, подумал, забравшись высоко на ветви Древа, а потом предупредил ведьму, что утром к краю леса пойдут.

- Ты в лесу останешься. Спрячешься в условленном месте и ждать меня станешь. А я к дороге пойду, там вроде деревня недалеко виднелась. - Мурчал на коленях Рогнеды Черныш. - Девица в рваном тряпье вопросов вызовет, отвечать устанешь. А кот никого не удивит. В пыли только изваляться надо будет.

- Это зачем? - удивилась Рогнеда.

- Так я при ведьме же живу. За столом ем, на постели из душистых трав сплю, в бане купаюсь, как сыр по маслу катаюсь. Шëрстка у меня чистая, шёлковая,