Неправильная попаданка. Расхламление по-земному - Татьяна Михаль

Он снова засмеялся.

Я стояла и чувствовала, как кружится голова.

Омлет. Мой Омлет.

И я закричала, как дикая кошка бросилась на Маркуса.

— Я убью тебя, тварь!

Он вскинул руку. Магический пульсар сорвался с его пальцев и полетел в меня, но не долетел. Виктор выставил щит, и пульсар рассыпался.

— Не смей! – рявкнул Виктор.

И тут началась битва. Я даже не заметила, кто первым начал, всё завертелось, как в воронке.

Виктор атаковал, Маркус атаковал и Леон атаковал.

Магия летала по комнате, ударялась в стены, потолок и пол. Она была везде.

Но Маркус был словно неуязвим. Каждая атака, которая должна была его достичь, просто исчезала. Как будто он поглощал её.

А вот Вик и Леон получали от него боевой магией, но щиты спасали. Меня Вик вообще укрыл защитным куполом, иначе меня бы давно изжарил какой-нибудь пульсар.

— Ты не можешь меня победить, – хохотал Маркус. – Это место питает меня! Я нашёл способ стать неуязвимым!

Он засмеялся снова, и в этот момент его глаза вспыхнули.

Леон и Вик начали действовать кулаками. И Маркус получил пару раз в челюсть и живот.

— Всё, вы мне надоели! – заорал он и взмахнул рукой. Тёмная магия сорвалась с его пальцев, и она ударила в Виктора, потом в Леона. И оба взяли и застыли.

Я видела, как Виктор замер, его глаза расширились. Он попытался двинуться, но не смог. Леон тоже застыл, с занесённой для удара рукой.

Они были в ловушке. Вращали глазами, пытались что-то сказать, но не могли ничего!

Маркус подошёл ко мне.

— Они всё видят, слышат и чувствуют, – пояснил он, кивая на застывших мужчин. – Но они утомили меня. Зато теперь мы можем спокойно поговорить, красавица. Мне крайне интересна твоя суть.

Я не думала, просто влепила ему пощёчину.

Отличный вышел звук. Моя ладонь горела.

— Живо освободи их! – заорала я.

Маркус потёр щёку, потом рассмеялся.

— О-о-ох, Дана, – протянул он. – А ты мне нравишься.

— Ненавижу тебя, мразь.

— Что ж, обычно меня боятся, или презирают. Ненависть – сильное чувство, рядом с ней рука об руку ходит любовь.

Он отошёл к окну и посмотрел на жуткую природу.

— Ты знаешь, почему я здесь? – спросил он.

— Мне плевать, – прошипела я.

— Потому что это единственное место, где я в безопасности. Змеи меня не трогают. Я для них свой.

— Ты – сумасшедший.

— Возможно.

Я оказалась в ловушке. Омлета нет. Вик и Леон скованы магией. Я – одна против злодея.

И тут…

* * *

— ОМЛЕТ —

Знаете, что самое унизительное в заточении?

Совсем не клетка под напряжением, и даже не тот факт, что ты, потомок древних и гордых кошачьих, сидишь в этой чёртовой клетке, как какой-то стрёмный хомяк. Самое унизительное – это осознание, что твоя хозяйка, которая, между прочим, должна была уже десять раз меня спасти, где-то прохлаждается!

Ну, то есть, я, конечно, понимаю, что она не прохлаждается, а страдает и переживает за меня, но всё равно! Я тут, а она там! Что за несправедливость?

Короче, сижу я в этой чёртовой клетке и мне плохо, я от стресса сильно проголодался.

Маркус, сволочь крашеная (это я про его пепельные волосы, не подумайте, что я завидую, просто у него они выглядят так, будто он их покрасил, помыл профессиональным шампунем, потом уложил и утюжком разгладил), запер меня на маяке и улетел куда-то по своим злодейским делам, а я остался совсем один!

И я начал орать.

И орал я так громко и протяжно, что, наверное, все чайки на материке оглохли. Я звал Дану и Виктора сначала в голос, пока чуть не охрип, потом мысленно.

«Дана! Дана, ты меня слышишь?! Это я, твой любимый, пушистый, обаятельный и уже нервный кот! Меня опять похитили! Я на каком-то маяке! Вам надо с Виком проверить все маяки, я на каком-то одном сижу-у-у! Дана-а-а-а!»

Тишина.

Я напрягся. Я изо всех сил пытался дотянуться до нашей с Даной связи. Раньше она работала, я же смог передать ей сообщение, когда Стелла меня похитила! А сейчас вообще ничего. Как будто кто-то взял и отрезал нашу ниточку. Или что-то глушило нашу связь…

«Дана... – прошептал я уже без особой надежды. – Дана, ну, где ты там? Спаси меня!»

И тут в моей голове раздался голос, но это точно была не Дана, если она, конечно, не научилась шипеть и не научилась говорить сразу множеством голосов Или если в неё не вселились демоны и заговорили разом.

«Ты зсссвал на помощщщщщь».

Я просто обалдел и шерсть встала дыбом. Это было жутко.

«Мы поможшшшем. Мы сссссслышшшшим тебя, зовущщщщий».

Я оглянулся. Ну, насколько можно оглянуться в небольшой клетке.

А потом я их увидел.

Змеи! Они выползали из щелей, одна разноцветная птица, похожая на попугая с огромным клювом, разбила этим клювом окно, и оно поползли через окно.

Большие, маленькие и средние змеи. Чешуя блестела в тусклом свете, раздвоенные языки пробовали воздух.

Я буду с вами честен, но со страху я чуть не обделался.

«Змеи! – заорал я и заметался по клетке, получая от прутьев шоковые разряды. – Змеи! Мамочки! Дана! Виктор! Кто-нибудь! Тут змеи-и-и-и!»

«Мы не причиним тебе вреда», – произнёс тот же хор голосов.

Теперь я понял – это змеи говорили в моей голове, как Дана когда-то, но это было иначе, спокойнее что ли, как будто они веками никуда не спешили.

И тут они вцепились хвостами и клыками в клетку и просто разорвали её к чёртовой матери. И их даже