Старая нищенка - Александра Александровна Сергеева

– Споить меня задумал? – ехидненько уточнил волк, усевшись за стол.

– На кой ты мне пьяным сдался? – уточнил и аркуд, усевшись напротив. – Мне нужно дело сделать и отчалить. А не любоваться на твои пьяные выкрутасы. Ба, ты сядь где-нибудь в сторонке. И про бусы не забудь.

Тина удивилась напоминанию, но взяла на заметку. Прихватила пальцами бусину и навесила над собой ауру. Через которую Нешто прошмыгнул, будто её и не было. Мелкий шалун взобрался на её колени и свернулся клубочком.

Митюша взял в руки огромный кубок, к которому подлетел кувшин с вином. Сам накренился, сам гостю налил и приземлился на стол. Акун Гора ухмыльнулся. И что-то бросил в кубок. Оттуда фонтаном попёрла грязновато серая пена, изгваздав белоснежную скатерть с дивной вышивкой.

– Полагаю, вопрошать тебя о наличии совести смысла нет, – с наигранной грустью уточнил гость у хозяина. – Её у тебя ни в одном глазу.

– Ошибочка вышла, – не моргнув глазом, покаялся…

Невысокий щупловатый мужичок Медный лоб с непропорционально огромными кистями рук. Вот уж, воистину: не руки, а грабли. И в этих граблях кувыркались, перетекая из ладони в ладонь, волшебные карты.

– Митенька, карты с подвохом, – предостерегла внука старая нищенка.

– Кто б сомневался? – добродушно проворчал тот и треснул по столу кулаком: – Вина давай, жмот! И не шельмуй. Ещё раз ошибёшься…, – он демонстративно покосился на своего духа-покровителя.

Большое ухо Нешто мигом встало дыбом.

– Не ошибусь, – пообещал хозяин, опасливо зыркнув в ту же сторону.

К гостю по столу подъехал другой кубок. И над ним в полёте накренился другой кувшин. Тина только глаза выпучила, когда этот обормот замахнул в себя не меньше литра вина. Одним духом – и не поморщился. Русский богатырь куда б на подвиг не сбирался, с места не сдвинется, покуда не налакается. Это даже не национальная трагедия. Это национальное всё.

Митюша повернул к ней голову и весело подмигнул.

Наверняка шельмец тайком в вино что-то подбросил – аж захлебнулась гордостью Анит. Какую-нибудь бусину с заклинанием. Уж Атта ему непременно в дорогу всякого полезного добра надавала. Нет, ну что за умница девка! Как говорила вечная двоечница Танюша Сидоркина: мне ваши Толстые с Пушкиными не сдались – я замуж выйду.

– Со стола прибери, – приказным тоном заявил наглый гость, утирая рот рукавом рубахи. – Насвинячил тут. Я за таким столом играть не стану.

Медный лоб прищёлкнул перстами, и на столе сменилось абсолютно всё – кроме самого стола.

– Ну, давай, сдавай, – разрешил Акун Гора, уложив перед собой на стол медвежьи лапищи. – Посмотрим, что ты за игрок.

– Посмотрим-посмотрим, – многообещающе поддакнул мужичок, подсунув гостю колоду, дабы тот сдвинул.

Старая ветошь

– Жиры козыри, – объявил Медный лоб.

– А углеводы? – машинально схохмил Митенька, иронично выгнув бровищи.

– Жирами раньше называли червы, – подсказала внуку бабушка, перечитавшая тонны книг.

– Прикольно.  

– Запоминай лучше, – проворчала Тина. – Пики называли ви́нами или бурячками.

– Кем? – хмыкнул этот обалдуй, разглядывая и распихивая карты по ранжиру.

– Буряками, а не бурятами, – насупилась Тина. – Мне продолжать?

– Прости, ба.

– Трефы называли желудями, а бубны звонками.

– Запомнил. Ну что, азартный ты наш, – откинувшись на спинку стула, осведомился гость. – У меня жирная шестёрка. Мне и начинать.

– Давай-давай, – понукнули его весьма загадочным тоном.

– Держи, – хлопнул Митенька картой об стол. – Шесть.

– Холоп, – покрыл Медный лоб его шестёрку валетом.

А дальше Тина толком и не успела рассмотреть, что случилось. Из карты хозяина выметнулось что-то тёмное. С огромными блеснувшими металлом когтями. Нацеленными в её мальчика. Она и вскрикнуть не успела, и даже по настоящему испугаться – Митюша молниеносно перехватил тварь богатырской дланью. Зажал правой рукой горло какого-то мохнатого уродца, клыки которого прямо-таки не помещались в пасти. Держа это смертоносное чучело на весу, Акун Гора отложил карты. В левой руке оказался странный нож в форме полумесяца. Которым аркуд и отделил в один присест голову от болтающегося в судорогах бесформенного тельца.

– Бито, – басовито проурчал он.

Отшвырнул убитого монстрика и впился издевательским прищуром в скривившуюся рожу хозяина:

– Заходи.

– Ты же ещё…, – брякнул, было, Медный лоб и тотчас заткнулся.

– Я же ещё что? Не выложил тебе все шестёрки? Не подскажешь, почему у меня в руках их полный набор?

– Бывает, – пожал узкими плечиками противник.

– Ага. А ещё чаще бывает, когда самая старшая карта в руках семёрка. Ты давай, не тяни время. Заходи.

– Ты должен все шестёрки выложить, – упёрся Медный лоб, елозя ногами под столом.

– Я тебе, дядя, ещё ничего не должен, – процедил Митенька тоном киношного бандита. – Давай, не тяни кота за бубенцы.

– Шесть, – с ехидной ухмылкой ударил картой о стол Медный лоб.

– О, как, – почти и не удивился Митенька. – Смотри-ка, ба, – развернул он к ней свои карты.

Вместо шестёрок с семёрками четыре туза и пара королей.

– Ты когда-нибудь в такого дурака играла? Чтобы у тебя карты прямо в руке подменяли.

– Митюш, сосредоточься, – теперь по настоящему испугалась Тина.

– Ага, – прихлопнул он шестёрку.

– Бардадым, – довольно осклабилась нечисть. – Бито.

– Это вы так короля обзываете? Неуважительно как-то.

– Ты заходи, – вкрадчиво поторопил его Медный лоб.

– С туза? – опустил Акун Гора взгляд на карты и хмыкнул: – Ну, хоть пара шестёрок осталась. А не все четыре. Зато семёрок полный набор. Честно играешь, – похвалил он противника. – Шесть!

– Краля! – побил шестёрку дамой Медный лоб.

Из карты взвилась костлявая распатланная старуха в живописном тряпье. И с размаха ткнулась железными руками-крюками в защитную ауру, вспыхнувшую над гостем. Взвыла замызганная дама почище пароходной сирены. Аркуд и с ней расправился с тем же хладнокровием. Хотя на этот раз ему пришлось ударить тварь ножом три раза.

Видать, уровень приличный – нервничала Анит, мечась из угла в угол обмеревшей души. Кто же вылезет в следующий раз? Ну, что ты расселась, ветошь старая?! Тебе что тут, кино?! Делай же что-нибудь!

 И Тина не выдержала. Сделала то единственное, что могла.