Старая нищенка - Александра Александровна Сергеева
Из золотых вылупились светлые птицы: Матерь Сва, Орёл, Алконост и так далее. Из железных: чёрный Ворон, лебедь Обида, Грифон и так далее. Мировая Уточка считается прародительницей Ясуней и Дасуней. Ага, вот оно. Боги поделились на две династии: «солнечную» Ясуней и «лунную» Дасуней. Таким образом, светлые боги Прави – это Ясуни. Тёмные боги Нави – это Дасуни. Вот и разобрались.
– Чего примолкла, поперечница? – с подозрением осведомился Дед.
Для чего согнулся чуть ли не пополам, заглядывая в окаменевшее лицо старой нищенки.
– И кто же из демонов-дасуней сюда явится? – уже спокойно и даже ласково поинтересовалась Тина.
– Если Вий, нам конец, – раздражённо процедила за спиной Мошка.
– Чего-чего?! – вновь возвысил голос Полевой дух. – Пса этого знаешь?! Переведываешься с отродьем Чернобоговым?!
– Переведываешься, – передразнивая его, обернулась к ребятам Тина. – Интересно, кто им пишет тексты? Лесной Дед хоть говорил сообразно канонам средневековья. А у этого речь полуграмотного комбайнёра из глубинки.
– Чего ты там про Лесного? – ещё больше насторожился Полевой Дед.
– Виделись, говорю, третьего дня, – вновь обернувшись к нему, устало уведомила Тина. – Перемолвились да миром разошлись. Почтенный старик. И великий мудрец.
– И чего он тебе сказал? – чуть успокоился привязчивый дух.
– Сказал, что судьба мне отыскать ключи от Лихова логова, – пошла напролом Тина. – Один лично отдал. За другими велел самой отправляться. Вот и следую, куда велено. А вы на мою голову дасуней накликали.
– Да, кто их кликал?! – взревел Полевой Дед, расщеперив ноздри и грозно сверкая очами.
Надулся, как индюк – раскритиковала его поведение Анит. Вот-вот лопнет с натуги.
– Если не вы, – спокойно продолжила Тина, – значит, ваша приятельница Полуденица. Ещё и Молот Дажьбога с собой притащила. Пыталась на мою бедную головушку обрушить.
– Вот же тварина! – прямо-таки восхитился полевой дух наглостью огненного собрата. – Совсем из ума выжила. Ну, я ей покажу! – погрозил он кулаком в необозримое пространство.
– Показали уже, – обрадовала его Тина. – Мои защитники. Ямину видал огромную? Вот на том самом месте Молот Дажьбога ей на маковку и рухнул.
Полевой Дед столь громогласно зарыготал, что свеже восстановленные колосья в обмороке попадали на землю. Но тотчас оборвал смех и выпучился на старую нищенку:
– Стало быть, эта стерва у меня тут похозяйничала?
– Дошло, – спокойно констатировал Зорг, встав прямо за спиной Тины.
– Полевик! – рыкнул батя, уперев руки-лопаты в круты боки. – Где ты?! Паразит беспутный!
– А я чегось? – прочирикало у него под ногами в очухавшихся и распрямившихся колосьях. – Я ничегось. А она и грит: дескать, посушу, пожгу. А хлебнушек – это нельзя. Хлебнушек кормит. Таперича пожжёт, апосля голодно станет. Зимой-то люто придётся. Зимой-то…
– Уймись, – нагнувшись, приказал Полевой дух. – А не то тебе сейчас люто придётся. Кого эта злыдня вызывала из Нави? Кто у меня тут хозяйничал?
– Дык трясовицы-оглоедки. Поганки Навьи. А при их Черна немочь. Налетели-набросились, нашумели. Заклятье сотворили. Нарадовались да прочь подались. А я от туточки бедую.
– Я им победую, – с мстительной многозначительностью пообещал Полевой Дед, оглядывая залом. – Я им нарадуюсь. Где эти хвостатые лахудры?! – вновь гаркнул он, оглядывая поле.
– Дык, вон энти побили, – высунулась из колосьев тонкая узловатая ручонка и ткнула корявым пальчиком в победителей Полуденицы: – Ровно тати навалились.
– Ага, – скептично хмыкнула Мошка. – Ещё компенсацию запросите.
Глава 18
Старая воительница
– А чего мы стоим? – вкрадчиво осведомился Гыр. – Время идёт. Мы будем вскрывать третье заклятье, или…
– Не лезь, – бросил ему через плечо Зорг. – Не зли союзника. Мань, как у тебя с репутацией среди духов земли?
– Две единицы, – прямо-таки вожделенно промурлыкала та. – Ещё хочу.
– Будет, – хмыкнул плут.
– Чего скалишься? – сурово осведомился обернувшийся Полевой Дед. – Ты к битве готовься, богатырь.
– Всегда готовы, – на полном серьёзе заверил плут. – Как только велишь, Батя, мы разом за тебя встанем.
– То-то, – благосклонно кивнул Полевой Дед.
И вновь склонился к невидимому полевичку:
– А залом-то Ржа́ница смастерила?
– Она, родименький, – пропищало в ответ. – Она паскуда.
– Ну, и этой задрыге волосья повыдираем, – сладострастно пообещал наиглавнейший полевой дух, потирая руки.
А из хлебного моря тут и там нерешительно высовывались золотые девичьи головки. С обожанием лупали на своего Батюшку почти прозрачными глазёнками в соломенных ресничках. И не подумаешь, что недавно на этом самом месте робкие девы скалили жуткие зубы. Да пытались порвать нагрянувших героев с несокрушимостью пираний.
– А колечка-то я ни на одной не видел, – кивнул в их сторону Зорг.
– И я, – посетовал подошедший Гыр.
– Снаряд два раза в одну воронку не попадает, – многозначительно напомнил Сяхоу.
– Интересно, – задумчиво пробормотала Мошка. – Успеем сегодня четвёртого хранителя пройти? А то завтра вечером детей придётся у мамы забирать.
– Успеем, – как-то неожиданно тепло пообещал ей Сяхоу.
Неужели – подумалось Тине. И губы сами собой расползлись в улыбке. Даст бог, сладится у них.
О деле думай – забрюзжала Анит. Очередная драка на носу, а эта старая воительница в лирику ударилась. Если промеж ребят что и будет, так без твоего участия обойдутся. Она правнука женить не сумела, а туда же: в свахи намылилась. Ты уже однажды получила отлуп от Катеньки Серовой из девятого А, когда полезла мирить их с Глебкой. Тебе чётко и недвусмысленно сообщили: что училки в этом деле понимают, когда сами сплошь разведёнки? Или синие чулки вроде некоторых, которые мы с тобой.
Тина печально покачала головой: Митеньку и вправду пристроить не сумела. А без её извечного зудения он и вовсе захолостякует. Какая же нормальная женщина смирится с вечным пребыванием супруга в гробу? Он же не спящая царевна – его поцелуями будить не станут. Мокрой тряпкой по бесстыжей