Старая нищенка - Александра Александровна Сергеева

Нужное место им бы сроду не отыскать – во всяком случае, при жизни Тины – но тут подключился Митенька. Его спецы в считанные часы отыскали местечко, более всего подходящее под отгадку нелепицы про бережок да реченьку. Реченькой этот поток идеально чистой воды и впрямь не назвать. Ибо вытекал он из одного озерца и буквально через сотню метров вливался во второе озерцо. Такие вот природные сообщающиеся сосуды, информация о которых хранилась в базе данных клана Веле́ты. 

Бережков у реченьки – в прямом смысле слова – не наблюдалось. Оба берега на полсотни метров от реки залиты водой. По колено человеку и по пояс травам с камышами, что торчали из воды частым гребнем. Красивенькое и чертовски опасное место. Его ребята из клана Веле́ты когда-то излазили вдоль и поперёк, перебив встреченную нечисть. И благополучно предали забвению. Даже новичкам для кача жидковато, а уж хаям тут вообще делать нечего. Местная нечисть мелкая, кладов нет. Дно у затопленного берега ровное, без ловушек. Дальше речка, после такой же берег и всё. Даже водяного сюда засунули туповатого и мелкоуровневого. Скука.

– Готовим ритуал, – скомандовал Зорг, которого как-то незаметно для Тины признали их лидером. – В темпе. Тиата, командуйте.

– Траву драть надо? – поморщился Гыр, пнув кочку.

– Не надо, – в который уже раз штудировала порядок ритуала Тина. – Сюда, на кромку воды нужно притащить большой камень. Широкий и хорошо бы плоский.

Гыр тотчас умчался.

– Плошка, – протянула чародейка Тине грубую посудину без единого мазка краски или лака.

– Ножи, – начала поочерёдно выуживать их Тина из инвентаря, упрятав туда мешающий сейчас посох. – Подержи.

Сяхоу с Зоргом внимательно следили за окрестностями. И за разливом реки, и за небольшим леском неподалёку, и за лугом между ними. Гыр играючи припёр камень и бухнул в указанном месте.

– Плошку на середину камня, – командовала Тина. – Зерно потом мне в правую руку насыплешь. А после сунешь в левую хлеб. Так. Склянки с водой выложить по порядку слева, ножи справа. Давай-ка девонька одновременно, – предложила она, положив глиняный нож.

Мошка напротив осторожно поставила склянку с болотной водой. И так далее: быстро и аккуратно.

– Куда и откуда она течёт? – уставилась на речку-перемычку Тина.

Зорг взмахом руки обозначил направление течения. Она встала к речке левым боком – так, чтобы взгляд направить против течения. Одной ногой в затопленной траве, второй в береговой – благо, хоть вода здесь стояла стоймя.

– Ну, с богом, – выдохнула бабушка, собираясь с мыслями, и принялась зачитывать из путеводителя: – Ты услышь меня, Мать-сыра Земля. Приоткрой мне своей тайны краешек.

Гыр хмыкнул и тут же поймал оплеуху Зорга. Сяхоу недобро глянул на весельчака и тот замер.

– Да позволь тайный путь мне узретити, – неторопливо, с чувством читала Тина. – И прими от меня Дар сердечнейший.

Она протянула руку, и Мошка высыпала в ладонь горсточку зерна. Тина бросила его на землю и продолжила:

– Ты услышь меня речка текучая. Приоткрой мне своей тайны краешек. Мне бы с братцем твоим перемолвиться. С братцем меньшим твоим – духом вод речных. И прими от меня Дар сердечнейший. 

Река в полусотне метров. И как, спрашивается, кинуть к неё ритуальный хлеб? Мошка сделала знак рукой, дескать, бросайте. И что-то прошептала одними губами. Неловко брошенный хлебец свистанул, как камень из пращи, и плюхнулся в реку. Готово. Теперь нужно прочесть сам заговор и нигде не споткнуться:

– Прошу тебя, река могучая: яви мне братца своего Пово́дника, позволь нам перемолвиться, – на одном дыхании напевно протараторила она.

И низко, в землю поклонилась реке. Дала знак Мошке приступать к делу, как заранее уговорено. Чародейка выставила над плошкой глиняный нож параллельно земле. Остриём вверх – если его можно так назвать. Тина откупорила склянку с болотной водой. И принялась лить её на нож, стараясь, чтобы тот рассекал поток на две половины. Да ещё и приговаривала выученный наизусть текст, ибо подсматривать в путеводитель уже не выйдет:

 – Призываю я тёмные воды. Помогите найти мне Пово́дника.

Получилось, и Мошка ободряюще подмигнула. Остальные ножи и во́ды постигла та же участь.

– Призываю я светлые воды. Пробудите-ка духа Поводника, – полилась на деревянный нож родниковая вода. – Призываю я сильные воды. Напоите вы силой Поводника, – солёная вода на каменный нож. – Призываю я мягкие воды. Вы уймите гневливость Поводника,  – дождевая на стальной нож. – Призываю я квёлые воды. Дайте милости сердцу Поводника, – выпаренная на медный. – Призываю я крепкие воды. Дайте крепости слову Поводника, – в финале пролилась на костяной нож колодезная вода.

Последний штрих. Тина поморщилась и уколола средний палец левой руки серебряным ножом. Выступившую капельку крови с третьей попытки стряхнула в воду. Человеческая кровь вкупе с серебром являла реке доказательства, что заговор читала не обратившаяся человеком нежить. Стало быть, дела с ней вести можно.

Тина плеснула из склянки в плошку речную воду: просто так, без ножа – река своё и без того узнает. Оставалось самое неприятное. Направиться к самой реке, беспрестанно помешивая окровавленным перстом смесь из семи вод. Благо, заражение крови игровому персонажу не угрожает. Но главное, не отвлекаться на всякие пустяки. Которые тут же и полезли со всех сторон, норовя опрокинуть наглую попрошайку.

Впереди неё топал гмур. В новеньком пластинчатом доспехе на обещанный пятидесятый уровень. На него ушла вся выручка за прежний экип и с боем врученное золото старой нищенки. Топор был раза в два больше прежнего – во всяком случае, на её взгляд. Рогатый шлем, казалось, должен смять голову в лепёшку – жуткая громадина. Щит закрывал Сяхоу от ног почти до макушки – одни рога наружу.

Справа шагал Гыр в кольчужном доспехе – не успел бедняга как следует прокачаться. Зато его мечом можно паровоз надвое разрубить. Перед этим остановив его таким же огромным щитом. Передвигался скиф мягко, пружинисто, будто и не по колено в воде. Вот его шлем Тине понравился: округлый, аккуратный, с железными пластинами, прикрывавшими шею по бокам и сзади.

Слева скользил Зорг, из ладоней которого выходили-вились серебряные нити. Нити Жыжа – прочитала Тина – двенадцатиглазого духа огня, одним своим взглядом воспламеняющего, что угодно. И даже разрушающего