Неправильная попаданка. Расхламление по-земному - Татьяна Михаль

— Дана, ты забыла, что я – боевой маг?

— Не забыла. Но можешь же ты всё крушить? Просто поднимешь и переместишь в другое место? Или тебе слабо?

«Слабо» подействовало.

Виктор вздохнул и кивнул. Видимо, он решил, что вчерашние воспоминания слегка подорвали его авторитет сурового вояки.

Мы начали разбор. Омлет устроился на относительно целом куске печи и принял позу прораба – хвост трубой, усы торчком, нос пятачком…

— Вот тут! – крикнул он и указал лапой на груду обломков. – Что-то блестит!

Я оттащила несколько камней и действительно нашла блестящий предмет. Мятая, но целая серебряная сахарница.

— Фамильная вещь, – произнёс Виктор, разглядывая находку. – Моя бабушка подарила её матери на свадьбу.

— Отлично, – кивнула я и отложила сахарницу к нужному.

За следующие два часа мы откопали три кастрюли разной степени помятости, но все — ремонтопригодные, набор серебряных ложек, мраморные ступки разного объёма, классные ножи, сковородки, чугунные формы для запекания и, главная находка, почти целый сервиз! Две чашки из двенадцати разбились, но остальные уцелели.

— Это сервиз моей матери, – тихо произнёс Виктор, держа в руках чашку с золотым ободком. – Я думал, я всё разбил.

— Не всё разбил, – проговорила я и погладила его по плечу.

Он поставил чашку и посмотрел на меня благодарным и немного растерянным взглядом.

— Дана, ты действительно меня спасаешь, – произнёс он.

— Это моя работа, – пожала я плечами. – Ладно, давайте дальше.

Он хотел ещё что-то сказать, но не стал.

Когда все целые вещи были извлечены, а мусор сложен в мешки, я отошла в угол и скомандовала:

— Теперь, Виктор, твоя задача убрать крупные обломки. Те куски стен и потолка, которые мы не можем поднять руками. Но умоляю, аккуратно.

Виктор постоял минуты три, потом вздохнул, сосредоточился, развёл руки в стороны и обломки медленно и неуклюже начали подниматься в воздух. Один за другим они плыли за территорию дома и аккуратно складывались во дворе, в общую кучу строительного мусора.

— Получается, – прошептал Омлет.

Когда последний обломок покинул помещение, Виктор выдохнул.

— Фух, получилось без происшествий, – пробормотал он.

— Да, у тебя всё отлично вышло, – подтвердила я.

— А ты сомневался! – воскликнул Омлет и прошествовал по очищенному полу. – Смотрите, тут даже пол почти целый! Только вот тут трещина, ещё есть дыра, а тут что-то липкое, но в целом, почти идеальный!

Я оглядела кухню. Теперь, когда обломки исчезли, стало видно масштаб разрушений. Стены в копоти, потолка нет, пол местами провален, плита расколота пополам. Но при этом было понимание, что с этим можно работать.

— Тут нужно отстраивать новую кухню, – покачала я головой. – Причём с нуля.

— Согласен, – кивнул Виктор.

Я почесала затылок.

— Постройкой кухни займёмся тогда, когда весь дом будет прибран, – продолжил Виктор.

* * *

— Справедливо, – согласилась с генералом. – Тогда идём дальше.

Мы решили осмотреться в малой столовой, она находилась на первом этаже, в нескольких шагах от бывшей кухни. И, как всё в этом доме, она была в чудовищном состоянии.

— О боже, – выдохнула я, открывая дверь, уже подзабыв, какая она ужасная. А в первый осмотр я как-то не сильно внимания обратила. Мне тогда всё казалось жутким.

Но одно радовало, помещение было небольшим.

— Чьи это следы? – спросила я, указывая на огромные следы в пыли.

— Мои, – признался Виктор. – Я по дому иногда бродил, как призрак слонялся из угла в угол.

— Понятно, – вздохнула тяжко. – Омлет, тащи чистящие средства. Виктор, ты разбирай стол, а я займусь буфетом.

— А можно я просто посижу и покомандую? – с надеждой спросил Омлет.

— Можно. Но тогда ты останешься без ужина, всё равно тебе пора соблюдать диету.

— Я уже бегу! – воскликнул кот.

Через час комната преобразилась. Небольшой обеденный стол был очищен от всякого мусора, стулья поставлены на места, буфет разобран и приведён в порядок.

— Тут не хватает уюта, – заметила я, отходя и оглядывая результат.

— А ты добавь, – предложил Виктор с улыбкой. – Как я понял, ты это умеешь.

Я задумалась, потом улыбнулась.

— Добавлю, но сначала давай проведём ещё одну практика. Согласен?

— О, нет, а я уже настроился на спокойный вечер! – заныл Омлет.

Я не обратила внимания на его нытьё.

— Практика называется «Свидание с самим собой».

Виктор поднял брови.

— Это как же?

— Это когда человек выделяет время, хотя бы один час, чтобы побыть наедине с собой и сделать что-то, что приносит ему радость. Никакой уборки, работы или самокопания. Ничего такого мозговыносящего. Нужно что-то приятное, но в одиночестве.

— Зачем? – не понял меня Виктор.

— Затем, что ты разучился быть собой, – проговорила мягким тоном. – Ты привык быть с болью и воспоминаниями о Стелле, и забыл про самого себя. А теперь, когда мы всё это вычистили, тебе нужно заново научиться быть собой и с собой.

— И что мне делать на этом свидании? – произнёс скептически и даже руки на груди сложил. Опять не верил в мои практики.

— Всё, что захочешь. Можешь просто почитать, а ещё лучше взять и повязать. Или пойти в сад и посидеть под деревом. Да что угодно, хоть просто сидеть и смотреть в окно. Главное, чтобы это было для тебя и приносило тебе удовольствие.

Виктор задумался.

— А мне что делать? – спросил Омлет. – У меня тоже будет свидание с собой?