Юлия Архарова - Дорога в ночь

Быстро спеленал пленника, засунул в рот орку кляп.

— Сажа, я немного разведаю округу. Ты — сиди здесь. С пленника глаз не спускать. Если что случится — свисти.

Беглый осмотр деревни и окрестностей занял минут двадцать. И, если верить следам, кроме отряда орков, здесь уже дня три никого не было…

Недобитка я нашел. Удивительно, но орк не только был еще жив, но и даже пытался куда-то ползти. Неужели надеялся добраться до своих? И не значит ли это, что где-то поблизости может быть еще один отряд зеленомордых или даже целая база?.. Орка я добивать не стал, решил, что он пригодится мне для разговора с другим пленником.

Вернулся к Саже, сгрузил стонущего, изрыгающего проклятия недобитка наземь.

Пока я прогуливался, пленник, которого сторожил мальчишка, окончательно пришел в себя…

Это был типичный орк из касты воинов (к слову, всего каст девять, и воинская занимает второе место после касты жрецов и шаманов). Совсем еще молодой, вряд ли больше двадцати пяти лет. Но в бою уже отличился не раз, о чём свидетельствуют десятки ритуальных шрамов на плечах и предплечьях орка. Не удивлюсь, если окажется, что мой пленник был главным в тройке, а то даже и во всей шестерке зеленомордых… Внешность тоже более чем обыкновенная: рост метра полтора, плечи широкие, чуть сгорбленная спина. Руки длинные, до колен, шестипалые. На лицо красавец: тяжелый, выступающий вперед подбородок, из-под нижней губы торчат небольшие желтоватые клыки, нос приплюснутый, глаза маленькие, черные, глубоко и близко посаженные, лоб низкий. Ни ресниц, ни бровей, ни какого-либо намека на бороду или усы, только длинный смоляной хвост на затылке. Кожа бледная, с ярко выраженным оливковым оттенком.

Воины орков не носят доспехов, их им вполне заменяет одежда из кожи ящеров. Вот и на моем пленнике были мокасины, штаны и безрукавка.

Я вынул изо рта пленника кляп.

— Ну, поговорим? — спросил я по-ургски.

В ответ воин выругался и зарычал.

— Это ты зря, — миролюбиво улыбнулся я, так чтобы зеленомордый мог оценить длину моих клыков. — Я ведь по-хорошему поговорить с тобой хотел.

Орки не боятся смерти, они верят в перерождение души. У представителей этой расы высокий болевой порог, они вообще чрезвычайно упертые создания, так что даже виртуозу пыточных дел разговорить орка нелегко.

К счастью, я знаю, как сделать так, чтобы пленник сам захотел мне всё рассказать.

— Сажа, лучше не смотри, — предупредил я мальчишку, а затем поднял недобитка с земли. Встал так, чтобы связанному пленнику был прекрасно виден не только я, но и раненый орк. Вгрызся недобитку в шею…

Всего пара глотков, больше нельзя!

… Отшвырнул тело мертвого зеленомордого прочь.

— Ну, орк, теперь ты будешь говорить? — спросил я у пленника, вытирая текущую по подбородку кровь. — Или ты хочешь, чтобы я выпил и твою душу?

Зеленомордые панически боятся вэров. И всё почему? Они верят, что тот, кого укусил вампир, уже никогда не сможет переродиться… Так оно на самом деле или нет, я не знаю. Я вообще во все эти перерождения не верю.

— Ты! Кровосос! Как ты смеешь так называть меня!!! Я принадлежу к могучему племени ургов! — За яростью орк пытался скрыть страх.

— Хорошо, — покладисто согласился я, — орком я тебя больше называть не буду. Но, видишь ли, у меня проблемы. Есть ряд вопросов, на которые мне позарез нужны ответы. И есть голод, который мне всё труднее сдерживать. А у тебя в жилах течет такая вкусная, сладкая кровь, — я наклонился к ургу и плотоядно облизнулся.

Пленник дернулся и от страха еще больше позеленел.

— Если расскажу… Если отвечу… Ты не убьешь меня?

— Почему, — усмехнулся я, — убью. Ты в любом случае сегодня умрешь. А вот как, решать тебе.

— Если отвечу, обещаешь, что не попробуешь ни капли моей крови?

— Ответишь на все мои вопросы, тогда обещаю.

На лице пленника отразилась целая гамма эмоций: упрямство, страх, ярость, неуверенность…

— Ты кровосос! Лживая тварь! Тебе нет веры!

— Кажется, мы договорились обойтись без взаимных оскорблений. Верить или нет, решать тебе.

С минуту орк раздумывал, а потом сквозь зубы вздохнул. Сдался.

— Хорошо, что ты хочешь узнать?

Я сбросил с лица снисходительную усмешку.

— Для начала, есть ли поблизости другие отряды твоих соплеменников.

— Зачем тебе?! — прорычал ург. — Я не предатель!

— А я не собираюсь их убивать. Наоборот, хочу избежать с ними встречи. Ну, отвечай. Или передумал? — я демонстративно понюхал шею орка.

— Нет тут никого, — быстро заговорил орк. — Нас послали разведать брошенную деревню.

— В другие деревни тоже отряды послали?

— Да. В округе и дальше к горам. У реки никого из наших еще нет, но на эльфов и их рабов натолкнуться можно.

А нам с Сажей как раз надо к горам…

— Что вы должны были делать в деревушках?

— Разведать, закрепиться, ждать, пока подойдут основные силы.

— Основные силы?.. Что вообще вы, урги, делаете так далеко на юге?

Пленник ощерился в злой усмешке.

— Забираем принадлежащее нам по праву. Все эти земли уже наши, а скоро мы перейдем Велайю и вырежем всех эльфов подчистую. Или нет! Лучше! Сделаем высокомерных ублюдков своими рабами!

Ну, это вопрос спорный. Эти территории никогда не принадлежали оркам. Если уж говорить о правах, то эти земли испокон веков были людскими. Да и эльфов я бы слабыми противниками не назвал.

— Значит, война?

— Да…

Я задал пленнику еще множество вопросов. Выяснил, где располагаются ближайшие поселки дэйш'ли и что меня может ждать в предгорьях.

Узнал кое-что и о самой так внезапно начавшейся войне. Оказалось, что у орков был какой-то таинственный союзник. Я долго пытал пленника на предмет, кто же это такой, но внятного ответа так и не добился. Похоже, ург и сам этого не знал. Ясно одно, Ургостан в союз ни с гномами, ни с троллями не вступал… Но кто же тогда? Какая еще сила могла вмешаться в противоборство эльфов и орков, да так, что преимущество впервые за двести лет оказалось на стороне зеленомордых? Да так, что эльфы испугались и побежали?..

Сажа всё это время сидел рядом и внимательно вслушивался в мою беседу в орком. Ургский язык мальчишка знал плоховато, но вполне достаточно, чтобы понимать, о чем шла речь.

Ну а когда у меня закончились вопросы, а у орка ответы, я сдержал обещание.

— А обязательно пленника было убивать? — тихо спросил Эрих.

Я окинул воспитанника задумчивым взглядом… Мальчишка бледный, лоб покрыт испариной, зрачки расширены. У ребенка шок. Слишком много крови и смертей даже для того, кто долгое время жил в Старом городе. Но держится малец хорошо, и, кажется, моя природа его совсем не пугает.