Как стать девушкой Тёмного Властелина? - Дарья Весна

Потом Паша с тем же выражением глянул и на меня — досадную помеху, из-за которой на него уже свалилась неприятность. А я пристально-жадно смотрела в его глаза стараясь запомнить этот прозрачный небесно-голубой цвет, чтобы точно такой же сделать в следующем колоринге. Паша фыркнул и, развернувшись, ушёл. Наверное, достали его девчонки, которые вот так восторженно пялятся. По душе резануло неприятное чувство.

«Не люблю таких людей» — похоже, одновременно подумали и я, и уходящий от меня прочь Паша.

— Вот странный чел — вроде ни одна девка его ещё не кидала, а стоит пообщаться, так бесится — жуть! — оповестила меня довольная собой Габриэль.

— По-моему он из-за того, что договориться с организаторами не успел бесится, — только и сказала в ответ я.

Обсуждать Пашу почему-то не хотелось.

— А, ну да! — неунывающе согласилась светлая. — А я не думала, что тебя к тёмным пошлют, у них людей сейчас больше. Ну, что ж, временная татушка тебе идет! Мне пора!

И она упорхнула. А я, наконец, обратила внимание на её слова: сначала про метку, а потом про тату. У меня она что, на лице написана? На всякий случай я наслюнявила палец, потёрла лицо и посмотрела на руки — никаких следов краски. Ладно, доберусь до гримёра, посмотрюсь в зеркало, у неё точно должно быть.

Я сделала несколько шагов прочь от рокового шатра и внезапно остановилась. В голову наконец-то пришла здравая мысль: «А откуда Паша знает про Витьку? Неужели он видел меня с ним раньше?» Действительно, он единственный из всех встреченных сразу признал во мне знакомую Старикова. Или Витька всё же предупредил его? Горе-Властелин про меня не забыл? А я-то столько зла успела пожелать своему курьёзному приятелю. Эх, нужно мне срочно начать расти над собой и больше доверять людям. Но на душе от сделанного открытия стало немного легче. Я пришла к выводу, что ничего плохого, если я поучусь наносить грим, не случиться и решила искать Ирену.

Осмотревшись, я действительно увидела навес с белыми бантами и побрела туда. Он как раз был одним из тех сооружений, которые я приняла за свадебные. Но на самом деле оказался не переносным шатром для выезда, а стационарным сооружением. Пожав плечами, я откинула занавесь, натянутую по периметру навеса, и зашла внутрь.

Оказалось, что здесь есть не только навес, но и деревянный помост. Похоже, он тут стоит капитально. Внутри был оборудован целый салон на открытом воздухе — пара плетеных кресел, круглый стол, идущий к ним в комплекте, и три высоких ящика, явно сколоченных наспех, но которые заменяли гримировочные столики. Зеркало тоже нашлось — оно стояло на столе, рядом с выставкой париков. Хозяйничала здесь миловидная, плотненького телосложения девушка со сложным окрашиванием-омбре на голове. Видимо, это и есть Ирена, поняла я.

— Привет! Меня зовут Валентина, я художник и меня попросили тебе помочь! — дружелюбно улыбнулась я, стараясь не повторять ошибки с Валентинкой.

— Я — Ирена, визажист и парикмахер, здесь занимаюсь гримом — улыбнулась она. — Правда, только для главных персонажей — набиваю портфолио. Ты когда-нибудь работала с гримом?

— Только с аква-гримом, на детских праздниках, — неловко улыбаясь, призналась я. — Могу нарисовать на лице розовую бабочку или тигрёнка!

— Ух! А затонировать лицо сможешь? — старательно улыбалась девушка.

Я согласилась, и она выдохнула с облегчением. А потом показала мне свою косметику и объяснила, какая баночка для чего используется. Я старательно запоминала. И тут к нам под навес ввалился Никита. Выглядел актёр довольным и уставшим, хотя сильно сомневаюсь, что его гоняли по полю с мечом в руках.

— Загримируйте меня! Быстрее! Иначе она меня убьёт! — заныл с порога Никитка.

— Кто убьёт? — не поняла Ирена.

— Моя за-айка! — зевнул актёр.

— А, Саша Миликова, — перевела для себя Ирена. — Хорошо, сейчас мы тебя спасём! Садись, — пригласила она его в кресло.

Никита плюхнулся на сиденье с блаженным видом, и пока мы разбирали баночки, которые только что раскрывались передо мной — преспокойно заснул. Но на этом номер не закончился. Стоило нам с напарницей немного похихикать над спящим актёром, которому я предложила-таки нарисовать тигрёнка, как явился Тёмный Властелин собственной персоной!

Он вёл себя так, словно как минимум хозяин этого места. С серьёзным видом кивнув Ирене, он упал во второе кресло. Я постаралась сделать приветливое лицо, чтобы хоть как-то наладить отношения. Все же он Витькин друг. Или знакомый. Но Паша только нахмурился сильнее, развернул кресло спинкой ко мне, откинулся на неё и, судя по его напряжённой спине, приготовился играть роль сидящего памятника.

Ой, наверное, он не хотел со мной возиться, а Витька в своей пофигистичной манере свалил грязную работу на приятеля и был таков. Чем руководствовался мой друг в этой ситуации? На этот вопрос я точно могла ответить. Витька считал, что тиграм надо гулять! Тигры — это мы с ним, родившиеся в год тигра. Поэтому он регулярно прогуливал лекции, а потом клянчил отксерить конспекты перед экзаменами, в связи с чем, я грозила ему атрофией совести, а он мне — рахитом из-за беспросветного домоседства. И вот Витька решил меня выгулять. А то, что мне прошлого дня рождения хватило, он уже забыл.

Что ж… я вдохнула поглубже, и приготовилась быть единственным взрослым человеком в своём окружении. Не то, чтобы эта готовность мне помогала, но я старалась!

Сам Тёмный Властелин успел переодеться во все чёрное: куртка с нашитыми на неё полосами чёрной кожи идеально обтягивала складную фигуру Паши — он явно старше нас с Витькой на пару лет и его фигура уже приобретала более мужественные пропорции. Или он просто из тех счастливчиков, которые легко набирают мышечную массу, а не лишний вес. Шикарный чёрный плащ, обшитый галуном с искристыми блёстками, он перекинул через спинку стула и тот свешивался с неё чёрными крыльями. Я, стараясь ступать, как можно осторожнее, обогнула кресло, собираясь завести разговор о том, как честно не стану ему мешать.

Выглядел Паша в костюме Тёмного Властелина действительно старше, чем в белой рубахе. Растрёпанный и с расшнурованным воротом он совсем не походил на тёмного, а сейчас стал казаться строже, суровее, холоднее. Чёрные волосы длиной чуть ниже ушей, рваная стрижка, рассчитанная на то, чтобы волосы не лезли в глаза. Я никогда раньше его не встречала. Иначе непременно бы запомнила.

Я стояла и беспардонно смотрела на Пашу во все глаза. К счастью, он ничего не мог мне возразить или отвернуться.