Медведев. Книга 8. Договор - Гоблин MeXXanik

— Он слишком смел для человека, которого сковало дерево, что может раздавить его в любой момент.

Корни вокруг груди пленника едва заметно затянулись. Мужчина с хрипом втянул воздух, но продолжал улыбаться.

— Не трогайте его, — спокойно произнёс Морозов. — Пусть говорит.

— Он не говорит.

Воевода усмехнулся и присел перед пленником.

— Вы знали, что мы найдём лесопилку? — уточнил он.

Мужчина промолчал.

— Значит, знали.

— Там действительно ловушка, — заключил я.

Лада за моей спиной негромко выругалась. Митрич тяжело вздохнул:

— Теперь, мы хотя бы знаем, что может нас ждать, — заключил Морозов и поднялся на ноги. — Идемте, Николай Арсентьевич. Митрич, проведешь нас своим путем?

Леший кивнул, развернулся и направился в сторону деревьев. Мы последовали за ним.

Перед тем как тронуться в путь, я ещё раз взглянул на пленников. Старший мужчина встретил мой взгляд спокойно.

— Вы не вернётесь, — процедил он.

— Почему?

Мужчина окатил меня ненавидящим взглядом и лишь потом ответил:

— Потому что тот, кто там, не любит незваных гостей.

Митрич повернул к нему голову.

— А кто любит?

Пленный злобно усмехнулся.

— Он уже знает, что вы идёте.

В лесу вдруг стало тихо. Исчез стрекот насекомых. Смолкли птицы. Даже ветер, до этого лениво качающий ветви, словно затаился.

Я ещё несколько мгновений смотрел на пленника, пытаясь понять, была ли в его словах настоящая уверенность или он просто хотел напугать нас перед дорогой. Мужчина выдержал мой взгляд и улыбнулся. Спокойно и почти торжествующе. От этой улыбки становилось не по себе.

— Да… идёмте, — наконец ответил я.

Митрич уже стоял у края поляны.

— А эти не сбегут? — Владимир Васильевич кивнул в сторону напряженных кукловодов.

— Земля их не отпустит. Но даже если у кого-то и получится выбраться, то они ж не дураки, — отмахнулся Митрич. — Ежели сунуться в лес, то там их встретят лесовики. И подвешиванием над муравейником они не отделаются. Вы потом даже косточек их не найдете, уж поверьте.

После этих слов молодой пленник побледнел словно мел. Он не упал лицом в землю лишь потому, что корни надежно держали его на месте. Его более старший товарищ скривился, но мне показалось, что дураком он не был точно.

Леший постучал посохом по земле, и кусты перед ним едва заметно шевельнулись и раздвинулись. Перед нами открылась узкая тропа, которой ещё мгновение назад не существовало.

— По людской дороге пойдём долго, — пояснил леший. — А лесной путь короче. Ваша дружина наверняка на машине поедет и как раз поспеет к нашему приходу.

Старик повернулся ко мне и взглянул в упор. В его зрачках колыхнулось золото. Еще пару мгновений назад он казался добрым дедушкой. И вот уже от одного его вида каждый волосок на теле приподнялся. Перед нами стоял древний старец, который мог одним движением пальцев заставить реку уйти под землю. Я невольно сглотнул.

— Только под ноги смотрите, — предупредил леший, вновь принимая людской облик. — Не дай боги, споткнетесь и окажетесь не пойми где.

— В каком смысле? — поежился я.

— Лучше вам не знать, Николай Арсеньтевич, — Дубов покачал головой. — Мои тропы ложаться не там, где могут ходить человеки. И потому ступайте за мной осторожно.

Я подумал, что раньше старик не предупреждал меня об опасности. Хотя уже водил по своих дорожкам.

— В другое время земля спокойная, — пояснил старик, словно прочитав мои мысли. — Но сегодня вы тут натворили дел.

— Мы не нарочно, — смущенно пробормотал я.

— Как только лес не спалили, — вздохнул Митрич. — Иволгин едва с ума не сошел, когда увидел зарево. Решил, что погибнут молодые березки. Особенные, серебристые, которые нигде больше не растут.

— Хорошо, что вы вовремя поспели, — буркнул воевода.

— Нет худа без добра. Думаю, что теперь сосед позволит мне взять саженцы этих деревьев и посадить и на моей стороне, — рассеянно заметил Митрич и направился по тропе вперед.

Старший из Иволгинских коротко произнёс несколько слов на шуршащем языке. Его воины практически сразу попятились, исчезая среди деревьев. От этого зрелища я невольно вздрогнул. И подумал, что теперь не смогу без подозрения смотреть на лесные тени. Морозов легонько толкнул меня в спину, решив, что я замешкался. И мы направились за лешим.

Лада и Гаврила шли позади нас. Парень опасливо озирался, но девушка неожиданно положила ему на локоть узкую ладонь и сжала пальцы. Дроздов тотчас расправил плечи. Вскоре золотистое свечение за нашими спинами начало слабеть. Между деревьями ещё раз мелькнуло бледное, неподвижное лицо старшего пленника, с той же неприятной улыбкой, — и чаща окончательно скрыла его от нас.

Тропа то поднималась на покрытые мхом пригорки, то ныряла в неглубокие овраги, где под ногами тихо чавкала вода. Ветви цеплялись за одежду, корни норовили попасть под подошву ботинка, а где-то над головой негромко перекликались ночные птицы.

Я старательно выверял каждый шаг, чтобы ненароком и впрямь не свалиться куда-то, откуда сам вряд ли выберусь. Потому как понимал, что Митрич не шутил, говоря об опасности.

Сам леший двигался впереди уверенно, будто видел дорогу даже с закрытыми глазами. Стоило ему приблизиться к густому кустарнику, как ветви сами расходились в стороны. Упавшие деревья словно становились ниже, позволяя переступить через них без особого труда.

Морозов шёл рядом со мной. Раненое плечо явно давало о себе знать: время от времени воевода морщился и прижимал руку к груди. Но стоило мне посмотреть в его сторону, как лицо Владимира Васильевича вновь становилось невозмутимым.

— Может, стоило дождаться дружину на поляне? — негромко спросил я.

— Тогда мы потеряли бы время, — возразил он. — А сейчас хотя бы успеем осмотреть место.

Дорога до лесопилки заняла минут пятнадцать, хотя среди одинаковых стволов и ночных теней время ощущалось иначе. Постепенно запах сырой хвои сменился ароматом старого дерева, ржавого железа и застоявшейся воды.

Митрич замедлил шаг. Поднял ладонь, призывая нас остановиться, затем осторожно отвёл в сторону низкую еловую ветку.

— Почти пришли, — едва слышно прошелестел он.

И правда, впереди, в небольшой низине, показалась старая лесопилка. Здание было небольшим и приземистым.

Мы заняли позиции среди деревьев и некоторое время просто наблюдали за тёмным зданием. Бойцы Иволгинского клана уже были здесь. Их силуэты едва различались между стволами, но я чувствовал на себе внимательные взгляды лесовиков.