Тренер Гильдии Фамильяров 2 - Сергей Харченко

До последней дорожки Желешка двигалась очень неплохо, то собираясь в ком, то вновь переходя в блин. Пока не добралась до финальной, самой быстрой и непредсказуемой дорожки. Резкий реверс и толчок подбросил её в воздух.

— Желешка! Держись! — отчаянно воскликнул Костя, уже оказываясь у финиша. Он замахал ей.

Слайм уже потерял форму, с хлюпаньем приземлился на самый край ленты и чудом, в последний момент перевалился за финишную черту.

— Лужа жалуется, что слишком лёгкая, — пробормотал Сверчанский.

— Смирнов, это провал, — жёстко констатировал я, благодаря сверчка за подсказку.

— Но тренер, мы прошли, — возразил Костя.

— Этого недостаточно. На Центрифуге твоя Желешка улетит в ров. Последний элемент не только быстрый. Он ещё поворачивается под сорок пять градусов, — заметил я. — Завтра с утра заставь её впитать десять литров воды. Ей не хватает массы. Она не должна прыгать на реверсах. Растекаться по ним. Цепляться за резину поверхностным натяжением. Вот её задача. Понял?

— Д-да, Тренер! Десять литров, понял! — воскликнул взбудораженный и слегка растерянный Костя, вытирая пот со лба. Всё же он не знал, радоваться ему или огорчаться.

— Следующие! Ветров, Неон! — скомандовал я.

— Опять мы? — протянул Дэнни. Затем встретился взглядом с Лерой, и сжал губы, поднялся со скамьи.

Мажор с барсом вышли на старт. В первые два дня Неон падал с каждой второй дорожки, а Дэнни, пытаясь ему помочь, инстинктивно заступал за белую черту, и зарабатывал тем самым дисквалификацию. И сейчас хрустальный барс снова нервничал.

— Барон, что у барса? — негромко спросил я, глядя, как Неон неуверенно переступает лапами перед стартом.

— Сплошная истерика, сударь, — отозвался Сверчанский. — Хрусталик вопит, что у него вестибулярный аппарат сейчас узлом завяжется. Боится, что задние лапы разъедутся на стыках. И ещё. Он боится, что его током ударят за ошибку.

Я сжал челюсти. Отцовские шокеры глубоко впечатались в мозг зверя. Снова вылезли на поверхность. Придётся и это проработать.

— Ветров! — я перекрыл гул моторов. — Неон ждёт подвоха! Он боится стыков! Не дави на него! Сопряжение! Помнишь⁈ Транслируй ему только холодное спокойствие. Ты не ведёшь его, ты просто светишь! Вперёд!

Дэнни сглотнул, закрыл глаза на долю секунды и шагнул вдоль меловой линии. Неон прыгнул на первую дорожку. Затем на вторую. С горем пополам, на трясущихся лапах, он преодолел дистанцию. Да, их время до сих пор никуда не годилось, но Неон переборол скрытый страх, Дэнни нашёл подход.

— Всё, мы молодцы, — Денис потрепал Неона по холке, и барс радостно зарычал.

Я проводил взглядом Ветрова. Его отец заставил его вкачать все свободные очки Ядра барса в силу и живучесть. Природную ловкость они проигнорировали.

Я понимал, что Неону критически не хватало координации, баланса. Но как перекинуть очки талантов, тем более вне серьёзного корпоративного оборудования, которое стоило более десяти миллионов, я не знал. Но выход точно есть. Я чувствовал это. Сделал пометку, я переключился на следующий тандем.

— Мангуст! На старт!

Лера была собранной, а в глаза её пылала злоба, и Бублик зеркалил её, пыхтя и напрягаясь в мышечный ком.

Лера выкрикнула команду на старт, и Бублик попёр вперёд. Варан брал полосу чистой физикой. Мощно отталкивался, приземлялся, прыгал и снова отталкивался, за прошедшие несколько дней привыкая к нагрузкам. Но что было плохо, как и до этого Бублик вновь изредка открывал пасть, и тратил силы на лишние движения.

— Сударь, этот бронированный шкаф вообще не думает, — доложил барон. — У него в голове та же мысль, что и раньше: «Пройти напролом. Сожрать ленту». Он злится, что не может укусить тренажер.

— Лера! Бублик слишком напряжён! — я выкрутил тумблер реверса на последней дорожке на полную. — Сама успокойся. И гаси его ярость! Он не должен кусать ленту! Он должен ловить баланс хвостом. Вот его главная задача!

Варан прыгнул на последнюю, самую коварную дорожку. Мотор под лентой взвыл, а сам лента резко дёрнулась назад. Бублик зарычал, потерял равновесие и с грохотом упал на маты.

— Да это слишком быстро! — Лера в бешенстве пнула мат под ногами. — Вы специально накрутили скорость!

— Ещё раз! — холодно скомандовал я. — Ещё подход. И скорость будет такой же. Хвост, Соколова! И баланс!

Лера лишь зарычала в ответ, таща Бублика на старт.

На следующей попытке грузная рептилия, уже не пыталась укусить покрытие дорожки. Послушно взмахивая тяжёлым хвостом, Бублик неуклюже, но прошёл последний этап и перевалился за финишную черту.

Все наши «проблемные» тандемы худо-бедно научились выживать в этом хаосе.

Все, кроме одного.

Идеально выдрессированная Матильда, способная с закрытыми глазами проходить любые классические полосы препятствий, оказалась абсолютно беспомощной перед хаосом Центрифуги.

Да к тому же её хозяйка нервничала, и было от чего.

— Итак, на арену снова выходит безупречная Матильда! — воскликнула Лера, расплываясь в ироничной улыбке.

— Ты за собой смотри, — огрызнулась Анна, напряжённо посматривая в её сторону.

— Так я что сказала? — ухмыльнулась Лера. — Вроде ничего обидного.

— Соколова, перестань подначивать, — предупредил я, сбивая тем самым улыбку с лица Мангуста. — Ты выступаешь совсем неидеально.

— Но мы прошли, — заметила Лера.

Их конфликт перешёл в тлеющую стадию, изредка вспыхивая вот такими искрами. И Белов уже голос сорвал, стараясь разогнать их по углам. Понятно было, что Лера так сбрасывала накопившийся стресс. Но Анне от этого не лучше. Она наоборот, будто копила неудачи внутри себя. И ругала себя за это.

— Сударь, у этой рыжей паника, — заметил Сверчанский, нервно переступая лапками на моем плече, когда тандем Савельевой замер у зелёной черты. — Кричит: «Неправильный алгоритм! Неправильный вектор!». Ждёт команды от хозяйки, а та не может сформулировать. Лиса не понимает, почему земля под лапами движется.

— Анна! — я перекрыл гул моторов, глядя, как блондинка застыла на старте. — Ты слишком напряжена! Твой перфекционизм её убивает! Здесь нет инструкций! И нет правильных векторов! Импровизируй!

Анна кивнула, значит поняла. Матильда прыгнула на вращающуюся ленту, инстинктивно пытаясь зацепиться когтями, но дорожка резко ударила по тормозам. Лиса пошатнулась, перепрыгнула на следующую дорожку, чуть не упав в прореху между участками.

— Импровизируй, Савельева! — рявкнул я. — Отпусти свой разум! Перестань просчитывать траектории, просто дай ей двигаться! И отставить панику!

Анна старалась, и не могла. Её