Удачное вложение - Евгения Высоковская
Следуя указаниям «учебника по загадочным механизмам» я смогла выставить нужное мне время перехода и даже длительность удержания портала открытым. Максимально допустимым значением оказалось пятнадцать минут. Цифровое табло ожило, маленькие карточки с цифрами зашелестели, перелистываясь с бешеной скоростью, и наконец застыли на 16.45. Сейчас была половина пятого, на всякий случай я оставила себе в запасе немного времени. Затем мне пришлось нажать еще несколько кнопок, больших и маленьких, крутануть пару шестеренок, выдвинуть на три деления из паза железный штырь с черным набалдашником, похожий на переключатель скоростей в коробке передач, а затем вернуть в начальное положение самый первый рычаг.
Я лишь не смогла разобраться, как выставить время возвращения, но, по всей видимости, при данном способе этого и не требовалось. Кажется, открывать портал на обратный переход мне предстояло уже из Внутреннего мира. А это значило, что самое главное было не забыть взять с собой эти листочки.
Когда я подняла вверх рычаг, то наконец с удовлетворением услышала уже знакомое тиканье. А после вдруг вспомнила, что так и не прочитала записку от Ильиничны, тоже выпавшую из бутылки. На все про все у меня оставалось еще минут пятнадцать, поэтому я, уложив прямо перед спальней вещи, которые требовалось перенести во Внутрь, попыталась скоротать время за чтением очередного послания.
* * *
Новелла Ильинична писала своей внучке, что та должна строго следовать инструкции, и объясняла, где найти механизм и где откроется переход. Все это мне уже было известно. Также она поведала ей, что незнакомый чужой язык на вырванных страничках сразу станет понятен, как только она перейдет во Внутрь. Я самодовольно покивала. Об этом я тоже догадалась без подсказок.
Дальше она пускалась в новые указания, и я решила все же дочитать письмо не второпях перед порталом, едва удерживая лист бумаги трясущимися ледяными пальцами, а без спешки, в тепле и спокойствии Внутреннего мира. Словно в ответ на мои мысли где-то раздался чуть более громкий, чем тиканье, щелчок, и четырехугольник дверного проема спальни смазался и поплыл, а потом рябь разошлась и мне открылась светлая уютная комнатка во Внутри. Подхватив мокрую куртку, ужасающе грязные ботинки и рюкзак, я шагнула в другой мир, где меня сразу окутали жар и приятный запах хорошо протопленной избы.
Глава 13
«Зачем, зачем я сняла эту квартиру. Ну видела же, в каком она состоянии. Что за глупость, что за блажь, в конце концов?..»
Я вновь и вновь в ужасе переводила взгляд с ванны на грязно-белые стены, изуродованные ржавыми разводами, тянущимися с потолка. Сам потолок сейчас набухал густыми меловыми каплями, источающими запах сырой побелки и ржавчины. А в ванну низвергались кривые струи коричневой воды, которой плевался широкий приплюснутый носик старого крана. Дрожащей рукой я безуспешно пыталась перекрыть воду, но кран сорвало, и вода продолжала хлестать. Горячие рыжие брызги обжигали руки и предплечья. Струи кипятка стекали по стенам, расползаясь на мозаичном полу серой мучнистой лужей. Кто додумался покрыть стены и потолок в ванной побелкой?!
Увязая ножками в белесой жиже, по полу ванной шустро пробежал крупный рыжий таракан.
— Фу ты, ну ты, гадость какая! — Я буквально выскочила из отвратного сновидения и, тяжело дыша, села в кровати. Сердце колотилось, словно я только совершила спринтерский забег.
Что за напасть? Уже второй раз за последнее время мне снился этот неприятный сон. В первый раз — примерно пару месяцев назад, когда я вернулась с дачи. После того самого заезда, когда Зара накормила меня жженым сахаром моего же приготовления, а потом я под проливным дождем вела раскопки на огороде Ильиничны. Поиски увенчались успехом, я нашла печатные страницы с инструкцией и научилась открывать портал в нужное мне время. В тот вечер я, конечно, домой не поехала, осталась еще на одну ночь во Внутри греться и сушить вещи. Там, в уютной избе, я спала сладко-сладко, а зато на следующую ночь, по возвращении в свои родные Мытищи, поймала «трансляцию» омерзительного сна про протечку в ванной. Хорошо, хоть квартира чужая снилась. «По сюжету» я снимала очень старое, обветшалое жилье, где все и случилось.
После этого я побывала в своем «загородном доме» всего один раз, где-то в середине ноября. Как бы ни хотелось туда наведываться чаще, мой нераскрытый дар мешал мне это сделать. Можно было бы приезжать, переходить во Внутрь и проводить время в уютном домике с печкой. Гулять по лесу, вечерами сидеть у костра, читать книги — свои или из небольшой библиотеки Ильиничны, на языке Внутреннего мира, который волшебным образом становился понятен, как только я перешагивала через портал. Но слова сердитой Кузьминичны напугали меня. Она сказала, что чем дольше я буду туда-сюда ходить просто так, тем хуже. И уж тем более не было смысла в моих визитах в деревню с пустыми, по сути, руками. Только видеть осуждающие, недовольные взгляды старушек, да и Зара уже от меня, кажется, была не в восторге. Понятное дело, я не наследница. Я приблудилась случайно. Может, и правда совершенно случайно? Потому что я до сих пор ни на шаг не приблизилась к разгадке, какими такими суперспособностями могу обладать.
В тот раз, помывшись, отстирав грязь с одежды и высушив сырое белье, я принялась читать продолжение напутствия Ильиничны. И уже когда пробежала его глазами, до меня вдруг дошло, что текст совершенно понятен. Я пораженно уставилась в стену напротив невидящим взглядом. Я ведь решила, что все связано: текст из Внутри не читается снаружи и наоборот. Но я спокойно разбирала все, что написала Ильинична, находясь с любой стороны портала.
Неугомонная старушка давала новое задание, но искать нужно было уже во Внутри и дело, на первый взгляд, казалось не срочным. За поисками она отправляла наследницу в лес во Внутри. Найденное могло как-то пригодиться мне в будущем. Точнее, не мне, конечно, а ее внучке Любушке. Я каждый раз с горечью натыкалась на это имя. Не из-за обиды или зависти, что послание предназначалось кому-то другому. А грустно было за человека, который его так и не получил. Несправедливо как-то выходило. Из-за того, что родственнички решили сбагрить с рук дом, внучка Новеллы Ильиничны, уж наверняка обладающая даром, так и не увидит Внутрь. А вместо нее тут оказалась бесполезная