Павел Корнев - Последний город

Стремительно нарастающий рёв послышался за мгновение до того, как из-за крыш домов вырвалась серебристая капля скоростного болида. Транспорт на секунду завис над площадью, и обострённое магофоном зрение выхватило объятый пламенем серебряный трезубец — эмблему Гвардии — на его борту. В следующий миг болид рванулся от потянувшихся в его сторону миазмов Хаоса и исчез за домами.

Краем глаза заметив, как, набирая скорость, несётся к земле сброшенный гвардейцами пузатый бочонок, я отпрыгнул в проход между домами, и тотчас на площади ухнул глухой удар объёмного взрыва. Меня швырнуло на стену, потом потянуло назад, и сразу же кожу и глаза защипало от рассеянных в воздухе частиц серебра. Всё ясно — нечисть зачищают. Значит, теперь прибудет десант.

Протерев глаза костяшками пальцев, я, уже не особенно скрываясь, выглянул из-за дома и удовлетворённо хмыкнул: от укрывавшего тротуар дыма не осталось и следа. Платформа немного чадит, и всё.

Чадит?!

Вот именно! Невесомые язычки призрачного дымка вновь начали сплетаться в непроницаемый покров, подрагивавший синхронно с пульсацией дыры в раскинувшейся над городом Пелене. Похоже, серебро лишь на время ослабило проникшее в город потустороннее существо.

Но давать вновь набраться сил исчадию Хаоса никто не собирался — воздух над площадью прорезали ослепительные линии пентаграммы, и в мастерски наведённый портал вывалился десяток бойцов в полной боевой выкладке. Чёрные, со множеством кармашков комбинезоны, под неглубокими капюшонами глухие маски, на ногах высокие ботинки. Из оружия — покрытые светящимися рунами жезлы, ритуальные клинки, излучатели и странного вида угловатые разрядники. Нет, это не гвардейцы. Это комитетчики. Штурмовики.

Мягко приземлившись на брусчатку, бойцы мгновенно рассыпались в разные стороны и на миг замерли, оглядываясь по сторонам. Много времени для принятия решения им не потребовалось: почти сразу же один из них взмахом жезла отправил полыхнувшую расплавленным серебром молнию в платформу жандармов. Остальные медлить тоже не стали. Трое бросились к жилому дому; стремительно несшийся первым долговязый штурмовик выкинул вперёд пустую руку, и сорванную с петель входную дверь внесло в подъезд. Двое комитетчиков убрали в ножны короткие клинки и алхимическими маркерами прямо на брусчатке принялись выводить линии какой-то сложной схемы. Остальные бойцы, беспрестанно перемещаясь по площади, нацелили на искрившуюся от попадания боевого заклинания платформу излучатели и длинноствольные разрядники. Движения этих штурмовиков были настолько плавными и синхронными, что не кем иным, кроме как оборотнями, они оказаться просто не могли. К тому же большинству служивших в Комитете Стабильности неординаров оружие не требовалось, а вот перевёртыши особыми колдовскими талантами никогда не отличались. Бойцы они превосходные, а в остальном...

Как оказалось, успокоился я рано. Начавшая плавиться от жара алхимического пламени платформа вдруг заскрипела и брызнула во все стороны осколками пластика и рваными кусками металла. Ближайший к эпицентру взрыва комитетчик крутанул в руках жезл, и мерцающая пелена прикрыла ползавших по брусчатке колдунов, уже заканчивавших соединять два рисунка в единое целое. Срикошетив о защитное поле, обломки прошли выше и никого не зацепили, а вот пролетевший мимо смятый купол кабины снёс одного из оборотней и размозжил уже безжизненное тело о стену дома. Ещё один крупный обломок — искорёженная дверца — зацепил другого, только чудом успевшего пригнуться боевика и сорвал у него с головы капюшон. Устоявший на ногах перевёртыш зажал затянутой в чёрную перчатку ладонью царапину, расчертившую стриженную наголо голову, и, опираясь другой рукой о стену дома, заковылял к ближайшему выходу с площади. Думаю, беспокоило его не столько полученное ранение — в обычной ситуации такая рана затянулась бы сама собой за несколько секунд, — сколько распылённое в воздухе после бомбардировки серебро.

В развороченном нутре платформы вдруг что-то задвигалось, а уже мгновение спустя из пылавших обломков транспорта на площадь выкатилось жуткое создание, слепленное из сильно обгоревших тел жандармов. Потустороннее существо присело для прыжка, но тут его накрыл рой ослепительных искр, вырвавшихся из жезла шагнувшего вперёд комитетчика. И сразу же неожиданно громко хлопнул один из разрядников — удачное попадание вырвало из создания Хаоса кусок плоти и заставило замереть на месте, восстанавливая равновесие. Зажавший страшную рану, из которой вместо крови начало хлестать пламя, демон всё же рванул к штурмовикам, но второй выстрел и вовсе сбил его с ног. Свалившаяся на брусчатку тварь попыталась подняться, и тут в неё угодила шаровая молния.

Так и не дождавшись команды возвращаться, я немного подался назад и окинул взглядом продолжавшую медленно увеличиваться в размерах прореху в Пелене. Штурмовую группу Комитета Стабильности пытавшийся прорваться в город Хаос беспокоил ничуть не меньше меня, и теперь стала понятна цель их приготовлений: двое бойцов под руки выволокли из дома безвольно обмякшего мужчину лет сорока и без излишней суеты уложили даже не попытавшегося вырваться ординара на булыжники прямо посреди густо исчертивших камни чёрных линий. Выкинув использованные маркеры, заклинатели времени терять не стали: один рывком разорвал застёгнутую на все пуговицы сорочку, второй коротким ритуальным клинком тут же рассёк завопившей от ужаса жертве сначала левое, а потом и правое запястье.

Брызнувшая кровь густо окропила серые от пыли камни, и чёрные линии колдовского рисунка враз налились багрянцем. Вверх от места жертвоприношения потекло алое сияние, но стряхнувшему с лезвия капли крови комитетчику этого показалось недостаточно, и, скороговоркой проговаривая вербальную составляющую заклинания, он принялся вырезать остриём клинка какие-то символы на груди потерявшего сознание ординара. Завершив приготовления, заклинатель хрипло крикнул и по рукоять вогнал клинок в солнечное сплетение жертвы. Заклубившееся вокруг полыхавшего огнём периметра колдовского рисунка алое марево сгустилось, и тотчас по глазам ударила ослепительная вспышка. Магофон холодом обжёг висок, по щеке потекла тоненькая струйка крови.

Возвращайся, — приказал Артур. — В темпе...

Медлить я не стал. На ходу пытаясь проморгать слезившиеся глаза, побежал по узенькому проходу и уже где-то на середине пути вжался в стену, пропуская спешивших мне на смену гвардейцев. Рослые парни в одинаковых шлемах с зеркальными забралами, защитных костюмах и высоких ботинках на толстой подошве промчались мимо, на бегу готовя к бою тяжёлые излучатели. Одним лишь алхимическим оружием их снаряжение не исчерпывалось: из-за плеч торчали чёрные, обтянутые искусственной кожей рукояти узких мечей, на поясах болтались колдовские жезлы и ручные бомбы, да и в многочисленных кармашках разгрузок наверняка хранились до срока не менее смертоносные игрушки.