Вера Петрук - Слепой
Когда-то Арлинг любил Согдиану. Но это было давно. Сейчас он мечтал только об одном – оказаться, как можно дальше отсюда. Лучше всего на краю света. Там, где они с отцом окажутся на равных.
Даррен опаздывал. Он должен был прибыть час назад, но серая лента дороги, ведущая к дому Канцлера, по-прежнему пустовала. Двухэтажный особняк Регарди высился над набережной, словно зуб морского чудовища, выброшенного на берег весенним штормом. Арлинг ненавидел этот вычурный дом с множеством эркеров и башенок, массивными колоннами, налепленными по всему фасаду, и широким каменным крыльцом, расходящимся на две стороны.
Уже месяц как Элджерон удалил от себя сына, переселив из дворца на окраину города.
Однажды возвращаясь из Мастаршильда, Арлинг допустил неосторожность, чем вызвал очередной приступ отцовского гнева. И хотя ему помогал Даррен, который часто переодевался под Арлинга, чтобы отвлечь людей Канцлера, держать в секрете чувства к Магде становилось труднее. Элджерон не хотел верить, что его сын настолько полюбил охоту в мастаршильдских лесах, что пропадал в провинции неделями ради удовольствия подстрелить быстроногую олениху. Дичь, которую молодой Регарди скупал у Ларса-охотника, отца не убеждала. Иногда Арлинг холодел от мысли, что Элджерон узнает о Магде. До сих пор с помощью Даррена и Влахо ему удавалось обманывать Канцлера, будто под охотой он прятал интерес к сельским красавицам, устав от холеных гранд-дам и утонченных согдианок.
Новый дом был похож на военную крепость. Почти весь первый этаж занимала охрана, сопровождавшая его повсюду, а на окнах второго этажа появились решетки. Не иначе как от воров, для отпугивания которых, по мнению Канцлера, было недостаточно стаи свирепых псов и две стрелковых башни с караулом в центральных воротах.
В последнем разговоре с сыном Элджерон дал ясно понять, что любым способом намерен остановить сельские развлечения Арлинга и сделать его достойным высокого звания гранд-лорда.
– Все в молодости совершают проступки, о которых потом жалеют, – сказал ему отец. «Впоследствии такие ошибки умело используются врагами и становятся теми трещинами, которые ведут к краху, если их вовремя не исправить.
С тех пор Арлингу еще ни разу не удавалось улизнуть за пределы Согдианы. Все его передвижение по городу ограничивалось Академией и домом Даррена, где он мог встречаться с невестой. И хотя временное заключение должно было закончиться через неделю, младшего Регарди это не радовало. Как он ни просил отца отодвинуть свадьбу, Элджерон был непреклонен. Церемония состоится в Праздник Первого Снега, ведь императорские астрологи подсчитали, что это самое удачное время для заключения брака. Почему отец был уверен, что сын не вернется к своим «сельским увлечениям» после свадьбы, Арлинг не знал. Возможно, Канцлер надеялся, что вступление в совет гранд-лордов и новые обязанности отвлекут любвеобильного наследника, а с девушками из деревни разберется супруга, которую согдарийский закон наделял правом физической расправы с любовницами мужа.
Роль Магды в качестве любовницы Арлинга не устраивала. Всего несколько дней… Ему не хватало совсем немного, чтобы быть уверенным в абсолютной победе.
– Господин! – лысая голова лакея услужливо просунулась в дверь, заблистав в свете ониксовых светильников. – К вам Даррен Монтеро. Передать, что уже поздно, и вы легли спать?
– Нет, – Арлинг с трудом подавил желание запустить в лакея сапогом. – Я жду его. Мне нужно отправить срочное письмо невесте. На вас, слуг, в таких делах положиться нельзя. Разболтаете на весь двор, потом слухов не оберешься.
– Как скажете, – поклонился лакей, не спуская с Регарди подозрительного взгляда.
Нарочито медленно подойдя к столу, Арлинг достал письменные принадлежности, сделав вид, что приготовился сочинять послание. Пусть отец не волнуется, хотя бы сегодня. Завтра у него появится достаточно причин для беспокойства.
Монтеро вломился в комнату в застегнутом до горла пальто, перчатках для езды и шляпе, припорошенной снегом. Арлинг и не заметил, как за окном разыгралась непогода. Оно и к лучшему. Шторм идеально подходил для его дерзких планов.
– Входи скорей, – приветствовал он его. Разговор им предстоял долгий.
Монтеро без слов плюхнулся на стул и сонно потер глаза.
– Надеюсь, это не розыгрыш. Мне стоило больших трудов заставить себя подняться. И не говори, что тебе нужно срочно увидеть Магду. В такую погоду я никуда не поеду.
– Как странно ты назвал мою невесту, дружище! – воскликнул Регарди, подкрадываясь к двери. – Не знал, что у нее есть другое имя.
Резко распахнув створки, он столкнулся нос к носу с лысым лакеем, который тут же принялся смахивать пыль с декоративной вазы, стоящей рядом.
– Сам уйдешь, или тебе помочь? – вкрадчиво спросил Арлинг, недобро оглядывая слугу с головы до ног. Встретившись глазами с Регарди, лакей решил не связываться и быстро скатился по лестнице на первый этаж.
Оставив створки дверей открытыми, Арлинг вернулся к Даррену и уселся так, чтобы ему был виден коридор и вся лестница. Он давно понял, что открытые двери – лучший способ борьбы с любопытными слугами.
– Да, дружище, – задумчиво произнес Арлинг. – Не так я хотел с тобой попрощаться.
Даррен уставился на него, решив, что ослышался.
– Отец отправляет тебя в монастырь?
– Нет, – усмехнулся Регарди, не сводя глаз с проема двери. – Я уезжаю сам. Далеко и навсегда.
Даррен вздохнул и, сняв пальто, кинул его на кушетку. До места пальто не долетело, осев тяжелым, грузным комом на полу.
– Завтра, – добавил Арлинг, поняв, что Монтеро не собирается комментировать его слова. – Завтра я покидаю Согдарию. Отправляюсь на корабле в Ерифрею, а оттуда в Сикелию. Ты знаешь, где это? Очень, очень далеко отсюда. Последнее завоевание Империи. Седрик Второй получил эти земли почти даром – все города сдались, едва Армия Жестоких высадилась на берег. Там повсюду песок, а жара такая, что стекло плавится. Только представь: дюжина городов, разбросанных по бескрайней пустыне. Отцу придется попотеть, чтобы найти меня там.
Даррен шумно встал и поднял с пола пальто. На какой-то миг Регарди показалось, что он сейчас развернется и уйдет. Но Монтеро лишь иронично усмехнулся.
– Рад, что ты вообще обо мне вспомнил. В последнее время я был нужен тебе только для того, чтобы устроить свидание с деревенской дурочкой. А Тереза знает, что ее жених собрался убежать за неделю до свадьбы?
– Нет, – досадливо поморщился Арлинг. – И надеюсь, что ты ей пока об этом не скажешь. Тереза очень эмоциональный человек. Она станет волноваться, и Канцлер что-нибудь заподозрит. Это моя жертва Даррен. Ради нашей свободы, ведь Тереза мне как сестра. Если я сбегу, ей не придется быть женой нелюбимого мужа, разве не ясно?