Мария Симонова - Одержимые бессмертием

Корчагин застал его в тот момент, когда он выковыривал из стены третий по счету «жучок».

– Вот, видишь, как нас местная СБ встречает? – обратился к нему Гор, словно бы и не видя, что «жучок» – маленький передатчик визио – и звукового сигнала – явно не соответствует уровню местной техники. – Такие обходы будешь делать дважды в день. Смотри, я сам проверю, и не дай тебе боже схалтурить хоть раз. Вмиг вылетишь назад к своему начальнику. Или в поле пошлю с десантурой. Ясно?

Корчагин, ошеломленный таким натиском и очевидным поражением Иванова, только и смог кивнуть.

– Обстановка сложная, – продолжал поучать его Гор, энергично расхаживая по комнате. – Без команды ни шагу. Ясно? Особый контроль на входную дверь и прилегающий коридор. Проверка постов тоже на тебе. И помни, парень, здесь тебе не «люкс». Здесь – клоака, отстойник нашего мира. Ошибешься хоть в чем-то – пеняй на себя, сожрут. Как Буруна, а он покруче тебя был. Вернее, есть. Любой выход за охраняемую территорию только в сопровождении драбантов. А пока вот тебе первое поручение – распорядись по поводу снабжения и спальников. Ночевать будем тоже здесь. И Некрылова с Каменским ко мне. Выполнять!

Тон инспектора не предполагал ни малейшего возражения. Инспектор оказался в своей стихии и чувствовал такой прилив энергии, что устоять перед ним не смог бы и гигантский скалозавр.

Корчагин пулей вылетел из комнаты, царапнув его напоследок ненавидящим, но и растерянным взглядом. Он был явно выбит из колеи.

«Это тебе не на „люксах“ геройствовать…» – подумал ему вслед Гор, усаживаясь за анализатор.

Мы затаились в глубине обширного подвала среди покореженных труб и осыпавшейся штукатурки. Хирург отправился на разведку. Из этого подвала уже можно выйти на улицу, но спешить не следовало – наверху своя специфика и свои проблемы. Северные кланы не очень-то рвались нам в союзники. Так что друзей у нас тут немного, а врагов хватает везде.

Вася вернулся через полчаса, покрытый свежим слоем грязи, словно ходил не на разведку, а провел субботник по расчистке завалов. Нет, мы все тут – не подарок, грязны, как черти в аду, так ведь в нем и бродили. Но то, что принес на лице и одежде Хирург, это песня отдельная. Однако он сказал именно те слова, которых все от него так ждали:

– Да, там выход.

Что тут началось! Все правила конспирации полетели к чертовой матери, словно это был выход прямо в личную квартиру каждого – к ванне, горячей воде и полному холодильнику, а не в развалины Москвы, ненамного более комфортные, чем этот подвал.

Крики «ура!!!» слились в нестройный ликующий ор, и я не стал гасить ликование. Сам чувствовал, как дурацкая счастливая улыбка наползает на физиономию. Я отстегнул фляжку и сделал добрый глоток, покатал воду во рту, сполоснул горло и с наслаждением проглотил. Проверил оба лучевика. Не действуют. Ну и хрен с ними!

Главное – выбрались!

Я подождал, когда уляжется общий восторг. Можно было, конечно, рассказать им, сколько крутого народу погорело, расслабившись в последний момент. Но я не стал – пускай хоть немного порадуются, чуть-чуть радости они заслужили. К тому же я и сам разделял общую эйфорию – вот оно, счастье-то, где – просто выбраться на поверхность, под небо.

Однако мы пока еще находились под землей. Так что в первую очередь надо было отсюда выйти. Потом связаться со своими, с Маджем, если они еще не дерутся под стенами Купола. Затем неплохо бы раздобыть хоть какое-то средство передвижения. И в перспективе, конечно же, – старсшип, который обещал нам старый пират.

Вот. Это сейчас становится базовой задачей. Выбраться с Ч33. Однако оказалось, что о будущем думаю не я один. Вася тоже. Он подошел к мне.

– Дик. Эта… Твой прибор ведь записал наш маршрут? – серьезно и очень тихо спросил он. Под прибором подразумевался мой коминс.

– Ну, – кивнул я. – А что?

– Так ведь мы на Купол собирались наехать. Хорошо бы через Третьяк влезть.

Ай да Вася! Настоящий стратег. И путь он увидел нестандартный, я сам бы не придумал лучшего, чем скрытно пробраться в самое сердце Купола через подземелье. А что до тамошних ужасов, так он сам убедился, что подземных монстров можно прикончить. А что еще нужно парии, чтобы быть уверенным в победе?

– Лады, – опять кивнул я. – Как дойдем, нарисую.

– Пошли, – просто сказал Хирург и улыбнулся, трогая рукоять клинка. Из Третьего мира он наконец возвращался в свою стихию, где был королем развалин и знаменитым на все руины берсом. Здесь лучевик ему не нужен.

– Пошли.

Наверху было немного теплее, но в первый момент меня все же пробрал приличных масштабов озноб: дул пронзительный ветер вперемешку с мелким дождем. И все равно – хорошо-то как!!!

Довольны были даже ветеран с внучкой, хотя откуда им, купольным жителям, знать, что такое дождь и ветер. Так что я не удивился, когда Катя охотно зачихала по-новой. Тепличные они, словно огурчики.

«Осень…» – янтарной рыбкой всплыла в мозгу недодуманная мыслишка. Теперь-то уж в этом не приходилось сомневаться.

Окрестности радовали глаз разнообразно наваленными обломками строений и хаотично расположенными остатками стен. Только теперь, «свежим взглядом» я заметил, что это было здорово похоже на всхолмленную равнину на Батуми-Р26, где проходят знаменитые сафари, если бы не глазницы оконных проемов, пялящиеся там и сям из руин.

Я вытер набежавшую слезу – глаза еще побаливали после кромешной темноты и источали влагу в самые неподходящие моменты – и дал знак Ежу спускаться с груды мусора по другую сторону бывшей улицы.

По моим скромным прикидкам, нам предстояло пройти километров пятьдесят по бездорожью, избегая патрулей и местных диких стай. Да еще со стариком и изнеженной девицей. Но все это ништяк, дойдем. Просто мне уже было мало вылезти из-под земли под низкое клочкастое небо, пьяное дождем и ветром.

Моя душа, или то, что от нее осталось, сейчас рвалась не только за пределы этого неба, но и гораздо дальше. Куда, сам еще не знал. Знал только, что это единственная теперь дорога к Жен. К моей женщине, ставшей заложницей инфинитайзера, или бессмертия, пленницей древнейшей человеческой страсти – желания, единожды родившись, остаться в этом мире навсегда, навеки.

После докладов Некрылова и Каменского, который закончил предварительную сортировку собранных данных, оставив Гельфера строить модели и версии, Гор сделал вывод, что картина вырисовывается не самая радостная. Некрылов предложил отстранить мэра и взять управление Куполом в свои руки. Но инспектор кое-что понимал во внутренней кухне власти и отклонил это предложение, поскольку оно окончательно бы развязало руки олигархам, а вся ответственность легла бы на него.