Пол Андерсон - Агент Терранской Империи

Наконец человека привели к какому-то кабинету, искусственной пещере с толстым слоем соломы на полу, сумеречными тенями по углам и тонкой струйкой воды, сбегавшей по желобку в стене. На ворсистом помосте, упершись в него локтями так, чтобы голова была на уровне наклонной столешницы, растянулся крупный ардазирец. На нем была только плетеная кожаная рубашка да кривой нож и весьма современный бластер. Еще были в кабинете телеэкран и коммутатор — тоже новые. Доставившие Фландри охранники в его присутствии прижимали руки к своим черным носам.

— Идите, — сказал он им на урдаху, — и подождите в коридоре. — Охрана повиновалась, а он крикнул Фландри: — Если хотите, садитесь.

Человек сел. Он был еще слаб после всех испытаний, грязен, голоден и оборван. Машинально он пригладил волосы и мысленно поблагодарил человеческую леность: на обработанных специальным ферментом щеках борода еще долго не будет расти. Моральный фактор был для него весьма существенным.

Его больные мускулы напряглись — дело снова завертелось.

— Я — Свантозик из Джанир Йа. — Голос грубый. — Мне доложили, что вы — капитан Доминик Фландри из флотской разведки терран. Можете считать, что по положению мы на равных.

— Как коллега коллеге, — прохрипел Фландри, — не дадите мне попить?

— К вашим услугам. — Свантозик показал на артезианский ручеек. Фландри бросил на него укоризненный взгляд, но ему надо было добиться еще кое-чего.

— Если бы вы снабдили меня темными очками и сигаретами, это было бы благодеянием, заслуживающим моей благодарности. — В силу необходимости слово «сигареты» было произнесено на англике. Ему удалось выдавить из себя улыбку. — А попозже я вам расскажу и о других проявлениях вежливости, которые должны стать нормой.

Свантозик затявкал — так он смеялся.

— Так я и думал, что у вас будут болеть глаза. Вот. — Он полез в стол и выложил пару зеленых поляризованных защитных очков, несомненно взятых с какого-нибудь убитого виксенита. Фландри надел их и присвистнул с облегчением. — А курить запрещено, — добавил Свантозик. — Только виды с притупленным обонянием способны переносить его.

— Ничего не поделаешь. Да я без злого умысла спросил. — Фландри обхватил руками колени и прислонился к стене пещеры.

— Пустяки. А теперь я хотел бы поздравить вас с вашими дерзкими подвигами. — Улыбка у Свантозика была жутковатая, но казалась дружественной. — Мы искали ваш корабль, но он, должно быть, успел покинуть планету.

— Спасибо за известие, — вполне искренне сказал Фландри. — А то я боялся, что вы успеете добраться до него и уничтожить. — Он вскинул голову. — А за это… Послушайте меня, друг (буквально: припавший рядом со мной в засаде), когда имеете дело с людьми, то их лучше обескураживать. Вам бы следовало заявить, что вам удалось захватить мой корабль прежде, чем он успел улететь, а в случае необходимости даже состряпать что-нибудь в доказательство, чтобы я поверил. Это бы скорее склонило меня подчиниться вашей воле.

— В самом деле? — навострил уши Свантозик. — А вот у Черного народа эффект был бы совершенно противоположным. Добрая весть заставляет нас расслабиться, испытывать благодарность и расположение к вестнику. От дурной вести растет дух противоречия.

— Ну конечно, не все так просто, — сказал Фландри. — Обычно, чтобы сломить сопротивление человека, надо помучить его как следует, потом перестать мучить и заговорить с ним по-хорошему, а еще лучше подпустить для этого кого-нибудь другого.

— Даже так, — Свантозик прикрыл свои холодные глаза. — А разумно ли с вашей стороны рассказывать все это мне, если это действительно правда?

— Это прописная истина, — ответил Фландри, — и будьте уверены, тот, кто наставлял вас в делах Терранской Империи, подтвердит это. Никаких секретов я не раскрываю. А как вы и сами, должно быть, знаете, прописи в жизни не помогут. Есть своя тонкость в обращении с каждым человеком, и тут ничто не поможет, кроме собственной интуиции, основанной на богатом личном опыте. У вас же, поскольку вы не человек, никогда такого опыта общения с людьми не будет.

— Верно, — согласился он, кивнув вытянутой мордой. — Я и правда вспоминаю, что читал что-то об этой черте людей, о которой вы сказали… Но перед началом Великой Охоты, которую мы сейчас ведем, столько всего надо было переварить, что эта информация как-то ускользнула у меня из памяти. Итак, вы выговариваете мне за то, что я мог использовать, словно я на вашей стороне! — И в косматой глотке что-то глухо заскрежетало подобием смешка. — Нравитесь вы мне, капитан, поглоти меня Небесная Пещера, если не так.

Фландри улыбнулся в ответ:

— Вот тогда бы повеселились. А каковы ваши намерения относительно меня сейчас?

— Узнать по возможности всего побольше. Скажем, были ли вы замешаны в убийстве четырех наших воинов и похищении пятого в Гарте. Не так давно. Как только мы начинаем тщательно расспрашивать того, кто навел нас на вас, то сразу же начинаются истерики — настоящие или мнимые. До сих пор… Поскольку похищенный ардазирец был Вожаком стаи, а потому располагал ценной информацией, подозреваю, что и вы в этом приняли участие.

— Клянусь на «Золотом осле» Апулея, что нет.

— А что это такое?

— Одна из наших самых почитаемых книг.

— «Одни лишь духи ночью рыщут», — процитировал Свантозик. — Другими словами, клятвам — грош цена. Лично мне не хочется ни с того ни с сего причинять вам боль, поскольку я почему-то скептически отношусь к пользе пыток, знаю, что офицерам вашего ранга прививается иммунитет против так называемой «сыворотки правды», а потому необходимо будет производить перепрограммирование, а это длительный и утомительный процесс, к тому времени как захочешь говорить, в ответах уже не будет требуемой новизны, а потому уже больше никакой ценности не будешь представлять ни для нас, ни для самого себя. — Он пожал плечами. — Но я скоро собираюсь вернуться на Ардазир отчитаться и получить новое назначение, и я знаю, кого назначат на мое место — офицера, которому не терпится испытать некоторые методики, которые, как нам сообщили, весьма эффективны в отношении терран. Так что я бы посоветовал вам сотрудничать со мной.

«Он, должно быть, один из высокопоставленных оперативников, — подумал Фландри, похолодев. — Он руководит всей разведывательной работой на Виксене. Теперь, когда Виксен прибран к рукам, его пошлют заниматься тем же самым при нападении на следующую планету Терранской Империи. И это случится скоро!»

Фландри ссутулился.

— Договорились, — сказал он понуро. — Я брал Темулака.