Андрей Мансуров - Его Величество Авианосец

Нет, на строительство боевых кораблей с человеческим экипажем сейчас денег не выделяют. Баста. Настало время умных и инициативных компов. И никого не остановил призрак страшилки из старых фильмов вроде «Терминатора» да «Матрицы»: никакой глобальной сети типа «Скайнет», с патологической жаждой избавиться от мурашиков-людишек, мешающих строительству «идеального компьютерного Рая», нигде уже лет семьсот не наблюдается.

Значит, аналитики Генштаба, мать их …тти, оказались хоть в этом правы?

Его всё же расстраивают мысли о том, что люди… Отошли как бы на второй план!

Ощущая, как невольно дёргается оставшаяся своей щека, и поглаживая себя пальцами протеза по другой, искусственной, Билл спустился по гравиколодцу в трюм.

Вот и ангар номер один. В углу, на щербатой и усыпанной заплатами из броневых листов палубе, сиротливо замерла на своей платформе выпотрошенная оболочка от транспортной капсулы. На крышке люка значится: «Капсула № 3».

Уж с этим-то местом у «малыша Билли» связаны одни из самых ярких воспоминаний!

Он тогда был рядовым салагой – буквально только-только из Учебки…

2. Несовместимые виды.

Рентгеновский снимок майор изучал долго.

Но без объяснений доктора Мангеймера всё равно понял бы мало. Вот только тот не торопился их давать – похоже, ждал, оглаживая холёные усы большим и указательным пальцами, пока майор Сидней Дорохов спросит сам.

Пришлось это сделать:

– Док. По-моему это похоже на отверстие от бронебойной пули. Малого калибра.

– Вот именно – похоже. Но – не более. Взгляните-ка. – док провёл концом ручки по рентгенограмме вдоль трассы предполагаемой «пули», – Если бы это и правда была пуля, она оставила бы абсолютно прямую траекторию. А если со смещённым центром тяжести, так и вообще – развороченную огромную полость. Так что если такую трассу оставила обычная пуля, я готов признать себя некомпетентным идиотом.

Мы же не можем предположить, что пуля обладает мозгом? Что вот здесь – она обошла ребро, а вот здесь, – снова тычок ручкой, – повиляла вверх-вниз… И ещё – вот, посмотрите на снимок, сделанный сверху – влево-вправо? А после того, как достигла сердца, так и вообще – повернула под углом к первоначальному общему направлению. На целых восемнадцать градусов.

И это – несмотря на то, что в сердце – лишь мягкие ткани. Мышцы. Ну, тот самый миокард. Обращаюсь к вашему мнению, как профессионала: пули ведут себя так?

– Нет. – майор потеребил себя за мочку правого уха: он буквально годы потратил, чтоб избавиться от пагубной привычки штатских – чесать в затылке! – Нет, даже пули со смещённым центром тяжести, или с мягким… или бронированным наконечником – так себя не ведут. Во всяком случае, известные мне.

Думаете, док, кто-то разработал новую пулю?

– Возможен, конечно, и такой вариант, хотя он несколько не в моей компатенции… – доктор теперь оглаживал эспаньолку, щурясь на очередной снимок, который держал против лампы в искусственной левой руке, – Но мы не принимали его в расчёт до сих пор. Нет. Мы, реалисты-практологи, объяснили странную трассу «пули» более изощрённым способом. – и, в ответ на недоумевающий взгляд майора, пояснил, снова проведя вдоль всей трассы ручкой, – Это – не след от пули.

Это – проход.

Как мы предполагаем, прогрызанный. Каким-то существом, пока нам не известным. Аборигенным. Или, скорее – выведенным кем-то. Тут мы с… э-э… коллегами, согласны, что такое оружие нужно было именно вывести.

И действует оно чрезвычайно эффективно. А что самое странное – чертовски, если мне позволительно так выразиться, быстро. Скорость прохождения сквозь тело… Вполне сопоставима со скоростью – да, обычной пули.

– То есть, вы хотите сказать, что этим… Хм. Неизвестным существом, выглядящим, судя по оставленному следу, всё же навроде пули, кто-то выстрелил в э-э… пострадавшую? И дальше эта тварь прогрызла всё уже сама?! И кевларовый бронежилет, и защитный комплект, и сталлитовую нагрудную пластину?!

– Ничего подобного я не говорил, и не имел в виду. Прогрызла – да. (А вот сталлитовую пластину, как видно вот здесь – просто обошла!) Но вот насчёт выстрела… – учёный скептически поджал губы и чуть заметно покачал головой.

– Я хотел только предупредить вас о нашей, вполне научно обоснованной, версии того, как, и кем мог быть оставлен такой след в теле несчастной. (Кстати, длина тела существа может существенно превышать длину обычной пули. Да и вообще – оно, это самое его тело, может напоминать и банального, скажем… Дождевого червя: ну, тот же тоже проходит как бы сквозь почву, выискивая, где местечки помягче, и лежат всякие листики-ягодки, попавшие под– и – на землю. Только повторю: очень быстро и сноровисто… Работающего червя. Правда, доктор Свендсен считает, что существо напоминает, скорее, древнего корабельного червя – Тередо, так сказать… Н-да.) Так о чём это я?.. Ах да: предупреждение. Так сказать, «Варнинг».

Поскольку именно вам и вашим бойцам придётся иметь дело с неизвестным ни официальной зоологии, ни официальной баллистике, и, предположительно, смертельно опасным существом…

Не ищите никаких снайперов. Не ждите выстрела. Не думайте, что в несчастных кто-то стрелял. Это только отвлечёт ваше внимание от… Хм-м…

Реальной опасности.

Как кажется нашей группе, существа, напавшие на пострадавших, просто…

Живут там. В воздухе.

И чтобы напасть – им не нужно, чтобы кто-то ими выстрелил.

Они движутся сами! Причём, скорее всего – именно сквозь воздух!

Повисшее молчание затягивалось.

– Ну что, майор, – старший аналитик взглянул прямо в глаза Дорохову, и тот заметил в самой глубине глаз матёрого специалиста затаённый страх – такой бывал и у его бойцов, когда они точно знали, что идут на реальный риск, и опасность погибнуть велика, – Прояснил я вам хоть что-то? Ответил на терзавшие вас вопросы? Придал…

Оптимизма?

Дорохов сглотнул.

– А, может, нам нужно было высаживаться вначале в какой-нибудь пустынной местности? Тогда и все девочки могли бы остаться в живых?! – капитан не заметил, как сзади бесшумной тенью подошла Алара. И Майор её видел, но не смог подать капитану знак – женщина неотрывно смотрела прямо ему в глаза.

– Что это значит, майор? Что имел в виду капитан, когда сказал, что «все девочки могли бы остаться в живых»? Наше подразделение… Погибло? – она говорила ровно, но от Дорохова не укрылось сосредоточенное выражение глаз и нарочито спокойный тон.

Всё верно. Поскольку информация засекречена Штабом, даже командир «девочек» пока не знает, что… Вернее, теперь, «с помощью» капитана, уже знает.